ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ БРОНИРОВАННЫЕ МАШИНЫ 1945–1965 ГГ. (XXIII)

М.В. Павлов, кандидат технических наук, старший научный сотрудник. И.В. Павлов, ведущий конструктор
«Техника и вооружение. Вчера, сегодня, завтра...» №06, 2010 г.
Материал предоставлен авторами и публикуется с разрешения редакции журнала

<<< См. предыдущий материал

 

 

Скачать публикацию «ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ БРОНИРОВАННЫЕ МАШИНЫ 1945–1965 ГГ. (XXIII)» в формате PDF

Прежде чем продолжить публикацию цикла статей «Отечественные бронированные машины 1945–1965 гг.» и перейти к рассмотрению легких танков, хотелось бы выразить искреннюю благодарность и огромную признательность за понимание проблем и участие в данной работе руководству НТК ГАБТУ МО РФ, 38 НИИ МО РФ, кафедры «Колесные и гусеничные машины» Санкт-Петербургского политехнического университета, Музея бронетанкового вооружения и техники в Кубинке, Музея Уралвагонзавода, старейшему сотруднику отрасли, бывшему начальнику отдела научно-технической информации ВНИИТрансМаш И.В. Баху, Генеральному директору – главному конструктору ОАО «УКБТМ» В.Б. Домнину, ветерану ОАО «УКБТМ» Э.Б. Вавилонскому, директору – главному конструктору ООО «ГСКБ «Трансдизель» B.C. Мурзину, бывшему главному конструктору ОАО «Барнаултрансмаш» А.С. Калюнову, заместителю директора – главного конструктора ОАО СКБ «Турбина» Н.Ф. Строкову, бывшему начальнику сектора главных специалистов ВНИИТрансМаш по заводам отрасли В.В. Поликарпову, ветерану ВгТЗ Ю.М. Сорокину, бывшему главному конструктору танкового КБ Уралвагонзавода, заместителю председателя НТК ГБТУ генерал-майору ИТС в отставке Л.Н. Карцеву, полковникам в отставке Г.Б. Пастернаку, П.И. Кириченко и М.М. Усову, а также Е.И. Прочко, А.Ю. Хлопотову, С.В. Устьянцеву, Д.Г. Колмакову, А.Н. Кощавцеву, М.Н. Свирину, С.В. Поддубному, И.С. Зиннатуллину, С. Нетребенко и многим другим сотрудникам предприятий отрасли.

Параллельно с выпуском очередных номеров с последующими главами мы посчитали необходимым начать публикацию всех опубликованных материалов цикла на сайте www.otvaga2004.ru с исправлением допущенных опечаток и уточнением отдельных данных. Полагаем, что это позволит ознакомиться максимальному количеству читателей с объективными и достоверными материалами, освящающими непростую историю развития отечественных бронированных машин в период с сентября 1945 г. до конца 1965 г.

Считаем необходимым сообщить, что параллельно с подготовкой текущих статей продолжается планомерная работа над следующим циклом статей «Отечественные бронированные машины 1966-2000 гг.». Публикация этих материалов также пройдет в журнале «Техника и вооружение».

С уважением, М.В. и И. В. Павловы.

 

1.1. Легкие танки

 

Легкие танки, находившиеся на вооружении Красной Армии и использовавшиеся в первые годы Великой Отечественной войны для непосредственной поддержки пехоты в бою, к концу 1943 г. оказались неспособными (вследствие недостаточной огневой мощи и противопульной броневой защиты) в изменившихся условиях ведения боевых действий противостоять немецким средним и тяжелым танкам. Поэтому с 1944 г. выпуск легких танков Т-70 был прекращен. Находившиеся в строю на советско-германском фронте легкие танки стали применяться для ведения разведки и выполнения различных вспомогательных задач. Для этого они должны были обладать характеристиками подвижности, значительно превышавшими аналогичные показатели средних и тяжелых танков. Однако во время войны подвижность отечественных легких танков находилась, в лучшем случае, на уровне средних танков.

После окончания войны в бронетанковых и механизированных войсках Красной Армии имелось достаточное количество как довоенных малых плавающих танков Т-37 и Т-38, легких танков Т-26 и БТ различных модификаций, так и легких танков Т-60 и Т-70, выпущенных в годы войны. Так, например, на 1 января 1946 г. численность танков Т-60 и Т-70 составляла, соответственно, 606 и 1502 машины, а Т-37 и Т-38, Т-26 и БТ – 450, 1455 и 1091 танк. Легкие танки Т-60 и Т-70, в основном, были сосредоточены в западных военных округах, а танки Т-37, Т-38, Т-26 и БТ – в военных округах Дальнего Востока и находились или в войсках, или на ремонтных заводах и складах. Большая часть этих машин требовала различных видов ремонта, однако вследствие израсходования всех имевшихся запасов агрегатов и запасных частей он не производился.

Поэтому в середине 1946 г. было принято решение танки довоенной постройки (Т-37, Т-38, Т-26 и БТ) списать с учета материальной части военных округов Дальнего Востока с последующей разборкой их на запчасти. При этом часть исправных танков Т-37 и Т-38 (без башен) в количестве 137 машин передали Министерствам энергетики и лесной промышленности. Исправные двигатели разбираемых малых плавающих танков предполагалось использовать для ремонта автомобилей ГАЗ-АА, эксплуатировавшихся в Вооруженных Силах, а корпуса, башни и другие неисправные агрегаты и детали отправили в Главвторчермет как металлолом. Из машин военного года выпуска танки Т-60 по выходу в капитальный ремонт без снятых, пригодных к использованию агрегатов и оборудования, также передавались в Главвторчермет. Аналогичным образом поступили и с Т-70, с тем лишь исключением, что снятые с них двигатели, годные агрегаты и запчасти использовали для поддержания в исправном состоянии парка самоходных установок СУ-76М. Кроме того, 11 танков Т-70 в 1946–1947 гг. передали Войску Польскому и Министерству общественной безопасности Польши согласно их заявке.

Необходимость наличия на вооружении Красной Армии (с февраля 1946 г. – Советской Армии) легких танков возникла после окончания Великой Отечественной войны в связи с изменением характера ведения боевых действий бронетанковыми и механизированными войсками как в условиях применения ядерного оружия, так и обычных средств поражения. В такой обстановке наступление, являвшееся основным видом боя, должно было вестись в высоких темпах и на значительную глубину обороны противника. При этом возросло число и объем специальных и вспомогательных задач, для решения которых привлечение средних и тяжелых танков из-за снижения ударной силы частей и подразделений было нецелесообразно. Кроме того, их использование для выполнения такого рода задач приводило к быстрому износу материальной части, из-за увеличения пробега и дополнительного расхода моторесурса машин.

Таким образом, армия нуждалась в многоцелевом легком танке, предназначавшемся для решения специальных задач – разведки, охранения, связи, форсирования водных преград вплавь для захвата плацдармов и важных объектов в глубине обороны противника, прикрытия флангов, проведения морских десантных операций и т.п. Для выполнения этих задач новый легкий танк должен был обладать амфибийностью (плавучестью).

 

 

В начале 1946 г. КБ завода №112 «Красное Сормово» выступило с инициативным предложением о разработке легкого плавающего танка массой 10-12 т, вооруженного спаренной установкой из 76,2-мм танковой пушки обр. 1943 г. и 7,62-мм пулемета СГ-43, монтировавшейся во вращающейся башне. Машина имела противопульную броню, обеспечивавшую защиту от бронебойных пуль 12,7-мм пулемета «Браунинг», и оснащалась дизелем мощностью 110 кВт (150 л.с.). Однако предложение, направленное в Наркомат транспортного машиностроения, поддержки не получило.

В то время среди военных руководителей, научных работников, а также руководящего состава заводов танковой промышленности не было единого мнения относительно целесообразности придания свойств амфибийности легкому танку. Одни специалисты полагали, что поскольку время работы легких танков на плаву несравнимо меньше времени их эксплуатации на суше, то не следовало усложнять и удорожать конструкцию машины за счет ее герметизации и введения устройств, обеспечивавших движение на воде. Другие, основываясь на боевом опыте форсирования водных преград во время Великой Отечественной войны, считали отказ от амфибийности легких танков совершенно недопустимым.

В январе 1947 г. с предложением о развертывании НИОКР по созданию танков-амфибий, самоходных установок-амфибий и транспортных машин-амфибий в Главное оперативное управление Генерального штаба Вооруженных Сил СССР обратился Главный штаб Военно-Морских Сил. При этом в предложении, помимо разработки легких разведывательных танков-амфибий, предусматривалось создание танка-амфибии, основные характеристики которого при действиях на суше были бы не ниже, чем у Т-34-85.

При рассмотрении данных предложений в Научном танковом комитете ГБТУ ВС (НТК ГБТУ ВС) возможность изготовления плавающих боевых машин средней категории по массе была отклонена ввиду их сравнительно больших габаритов и недостаточной броневой защиты (из-за требований обеспечения плавучести), вследствие чего они становились весьма уязвимыми от огня противника. Кроме того, в это время НТК ГБТУ ВС уже развернул ОКР по оснащению средних и тяжелых танков специальными средствами индивидуальной переправы через водные преграды.

Разработка легкого разведывательного танка-амфибии и транспортных машин-амфибий типа открытых бронетранспортеров (БТР) также была признана НТК ГБТУ ВС нецелесообразной.

За возрождение легких танков в марте того же года выступил и командующий БТ и MB Группы советских оккупационных войск в Германии (ГОСВГ) маршал бронетанковых войск П.А. Ротмистров. По его мнению, таким типом боевых машин необходимо было оснащать, формируемые в это время, авиадесантные войска (Воздушно-десантные войска, или ВДВ – Прим, авт.), так как, несмотря на развитие военно-транспортной авиации (ВТА), она не могла осуществлять переброску по воздуху не только тяжелых, но даже средних танков. Кроме того, легкие танки были необходимы при ведении боевых действий на Ближнем и Среднем Востоке, где пропускная способность мостов на государственных шоссейных дорогах ограничивалась грузоподъемностью 12 тс, а большее количество остальных мостов было рассчитано только на 3 тс. На Восточном театре военных действий (ТВД) из-за отсутствия развитой железнодорожной сети танкам требовалось преодолевать большие расстояния своим ходом, а для этих целей более приспособленными являлись именно легкие машины. В связи с этим боевая масса нового легкого танка не должна была превышать 12 т.

Весной 1947 г. в КБ завода №40 выполнили эскизный проект авиатранспортабельного танка массой 4,5 т, во вращающейся башне которого размещалась спаренная установка 45-мм пушки обр. 1942 г. и 7,62-мм пулемета ДТ. Защита экипажа и внутреннего оборудования машины от пуль и осколков обеспечивалась 10-мм листами стальной брони высокой твердости. В качестве силовой установки предполагалось использовать шестицилиндровый карбюраторный двигатель ГАЗ-11 мощностью 63 кВт (85 л.с.). Ввиду недостаточной огневой мощи основного оружия проект одобрения не получил.

Поэтому НТК ГБТУ ВС в 1947 г. приступил к разработке ТТТ к легкому плавающему танку, получившему неофициальное название ПТ-20, и плавающему БТР на его базе. Согласно ТТТ тан к должен был иметь боевую массу до 20 т и обладать огневой мощью и подвижностью на уровне среднего танка Т-34-85. Главной проблемой при создании ПТ-20 являлось обеспечение необходимого уровня защиты от снарядов малокалиберных автоматических пушек вероятного противника, что обуславливало наличие только противопульной (противоосколочной) броневой защиты. Один из основных доводов противников плавающего танка, касавшийся его герметизации, в связи с введением обязательного требования о применении на боевых машинах противоатомной защиты, был снят в конце 1940-х гг.

Разработанные ТТТ направили в КБ (конструкторский сектор) завода №112 «Красное Сормово», где в том же году под руководством заместителя главного конструктора А.С. Окунева по данным требованиям выполнили эскизную проработку плавающего танка. В нем предполагалось установить 85-мм танковую пушку и дизель ДОГ-400 мощностью 294 кВт (400 л.с.) с горизонтальным оппозитным расположением цилиндров. Расчетная максимальная скорость движения танка по шоссе составляла 50 км/ч, на плаву – 12–14 км/ч. Противопульное бронирование должно было обеспечить защиту экипажа и внутреннего оборудования от бронебойных пуль калибра 14,5 мм. Запас плавучести машины достигался за счет навески на борта корпуса быстросъемных поплавков, изготовленных из алюминиевых сплавов, заполненных легким наполнителем.

В результате рассмотрения конструкторской документации в Министерстве транспортного машиностроения СССР было принято решение о нецелесообразности проведения дальнейших работ по этому проекту из-за большой трудоемкости работ по установке на машину специальных поплавков и необходимостью дополнительно иметь грузовые автомобили высокой проходимости для транспортировки плавсредств за танками к месту преодоления водной преграды.

Поэтому в план НИОКР на 1948-1949 гг. по военной технике для завода №112 «Красное Сормово» включили создание плавающего танка, способного преодолевать водные преграды без применения поплавков, только за счет собственного водоизмещения. Согласно скорректированным ТТТ боевая масса машины не превышала 15 т, мощность силовой установки составляла 211 кВт (300 л.с.), а калибр танковой пушки – 76,2-мм. При этом требования по максимальной скорости движения по шоссе и на плаву практически не изменились. По решению НТК ГБТУ ВС от Военного министерства ведущими представителями по данному танку были назначены инженер-майор И.В. Гавалов и инженер-капитан И.И. Иванча (по вооружению).

Эскизные проекты плавающего танка и БТР на его базе грузоподъемностью 2 тс завершили в июне–июле 1948 г. и представили на рассмотрение в НТК ГБТУ ВС, где они получили положительное заключение. Приказом по Министерству транспортного машиностроения №237 от 16 июля того же года заводу №112 «Красное Сормово» предписывалось завершить проектирование и к 1 июня 1949 г. изготовить и испытать по два опытных образца танка и БТР, которым были присвоены заводские наименования «Объект 101» и «Объект 102» соответственно. В технической литературе эти машины известны как плавающий танк Р-39 и плавающий БТР Р-40.

В процессе разработки технических проектов в августе-сентябре 1948 г. завод №112 «Красное Сормово» изготовил пять моделей различных вариантов танка Р-39 и БТР Р-40 в масштабе 1:5. После рассмотрения технических проектов и макетов машин НТК ГБТУ ВС 13 октября 1948 г. отправил на завод выявленные замечания и предложения по доработке их конструкции. Постановлением Совета Министров СССР №368 от 19 октября 1948 г. заводу №112 «Красное Сормово» был окончательно установлен срок изготовления опытных образцов танка и БТР – к 1 июня 1949 г., а также поставлена задача по выпуску и сдаче в войска во втором полугодии 1949 г. опытной партии из 40 танков Р-39 и БТР Р-40. Решение об изготовлении опытных образцов 5 ноября 1948 г. согласовал командующий БТ и MB маршал бронетанковых войск С.И. Богданов.

Первый опытный образец Р-39 изготовили на заводе №112 «Красное Сормово» в апреле–мае 1949 г. и 27 мая того же года предъявили к заводским испытаниям, которые он не выдержал из-за недостаточной остойчивости, малого запаса плавучести, низкой надежности некоторых узлов и агрегатов и своих неприемлемо больших размеров и массы. Кроме того, танк имел значительный дифферент на корму. Временно для уменьшения дифферента на корме корпуса машины установили дополнительные поплавки, а на носовой части – приварили стальные листы. На ходовых испытаниях на плаву гребные винты из-за недостаточного тягового усилия обеспечили танку скорость около 7 км/ч, вместо требуемых 10-12 км/ч.

К решению проблемы увеличения скорости движения танка на плаву были привлечены конструкторы-судостроители во главе с главным конструктором завода В.М. Киричевым. Предложенная ими установка на лобовых листах корпуса танка обтекателей положительных результатов не дала. Выполненный перерасчет водоходного движителя показал, что для достижения тягового усилия на плаву порядка 2 тс, требовались гребные винты диаметром 600 мм, но их размещение в тоннелях днища танка оказалось невозможным и привело к выносу винтов вместе с рулями из тоннелей. При движении на суше гребные винты предполагалось убирать на крышу корпуса, а при движении на плаву – опускать в воду. Такая установка винтов и рулей потребовала их дополнительной защиты от внешних повреждений. Однако из-за отсутствия необходимого времени более детальная проработка конструкции водоходного движителя с гребными винтами не производилась.

Второй опытный образец танка Р-39 собрали в июне 1949 г. От первой машины он отличался смещением оси вращения башни на 240 мм в сторону носовой части корпуса для уменьшения дифферента и установкой гребных винтов с рулями вне корпуса машины. Ходовые испытания и испытания на плаву этот танк прошел во ВНИИ-100. Испытания показали, что максимальная скорость танка при движении на плаву не увеличилась и осталась на прежнем уровне. Кроме того, вынос гребных винтов и рулей из тоннелей корпуса затруднял движение машины на суше к водной преграде, а из-за большого расстояния между первыми и вторыми опорными катками, наблюдался сброс гусениц.

В итоге опытные образцы танка Р-39 были признаны не соответствующими ТТТ. Предложение начальника Отдела главного конструктора (ОГК) Главтанка И.С. Бера о необходимости дальнейшей эксплуатации опытных образцов машины до полного износа с одновременной доработкой конструкции и изготовлением новых образцов для проведения государственных испытаний в мае 1950 г., поддержки в Министерстве транспортного машиностроения не нашло. За нарушение заданных сроков КБ завода №112 «Красное Сормово» от продолжения работы по плавающему танку отстранили. За срыв правительственного задания были сняты с должности: директор завода Е.Э. Рубинчик (направлен директором Сталинградского судостроительного завода), заместитель главного конструктора А.С. Окунев (без права занятия руководящих постов), председатель НТК ГБТУ ВС инженер-полковник А.И. Благонравов (направлен для прохождения дальнейшей службы в войска). Получили выговоры начальник ОГК Главтанка И.С. Бер, заместитель Председателя Совета Министров СССР В.А. Малышев и министр Вооруженных Сил СССР НА Булганин.

Постановлением Совета Министров СССР №3472-1444 от 15 августа 1949 г. ОКР по созданию плавающего танка и БТР на его базе была возложена на Ч КЗ с привлечением специалистов ленинградского ВНИИ-100 и группы конструкторов с завода №112 «Красное Сормово». Работа развернулась одновременно в Челябинске и в Ленинграде под общим руководством главного конструктора ЛКЗ Ж.Я. Котина.

В Челябинске в группу конструкторов вошли:

• от ВНИИ-100 – заместители главного конструктора Л.С. Троянов и Н.Ф. Шашмурин; конструкторы Н.П. Петров, А.И. Попов, Е.П. Дедов, А.И. Фуксон и Н. Бажан (бюро моторной установки); Г.И. Серегин и С.А. Маслов (бюро ходовой части); В.И. Таротько и П.С. Тарапатин (бюро бронекорпусов); А.И. Кузьмин (группа трансмиссии); Г.Н. Рыбин (бюро вооружения); И.Н. Корнилаев (бюро эксплуатации и испытаний); В.А. Поляченко (бюро расчетов) и М.С. Пассов (группа общей компоновки);

• от КБ завода №112 «Красное Сормово» – заместитель главного конструктора А.С. Окунев, начальник конструкторского сектора Н.И. Юрыгин; конструкторы С.А. Розенберг, А.Т. Корнилин, В.И. Мельников (группа моторной установки), А.А. Рыбаков (группа корпуса и башни), А.И. Пронин, И.Г. Алпатов, Н.И. Казанская (группаходовой части), М.Г. Антипин (группа вооружения), А.С. Кряжев (группа трансмиссии), В.И. Дикарев (группа расчетов) и А.Н. Аксенов (группа эксплуатационной документации);

• от КБ ЧКЗ – заместитель главного конструктора П.М. Ефимов, И.С. Кавьяров (бюро трансмиссии), Д.Н. Скворцов, Писаревский (бюро моторной установки) и Б.И. Яковлев (бюро вооружений).

Ведущими инженерами по машине, получившей заводское наименование «Объект 740», назначили Л.С. Троянова и Н.Ф. Шашмурина.

В Ленинграде работу по плавающему танку возглавлял заместитель директора – главный инженер ВНИИ-100 П.К. Ворошилов. Ведущими инженерами по машине, имевшей индекс «Объект 270» являлись Г.Н. Москвин и А.Н. Стеркин. Здесь решался принципиальный вопрос о замене открыто установленных гребных винтов водометами, применявшимися на военных катерах. Вообще выбору типа водоходного движителя уделялось большое внимание. Рассматривались четыре варианта: с тоннельными гребными винтами; с убирающимися гребными винтами, водометами и за счет перемотки гусениц. Одновременно исследовалась конфигурация корпуса плавающего танка. Значительный вклад в разработку конструкции основных узлов и систем машины внесли К.Н. Ильин, Б.А. Красников, Г.А. Михайлов, Н.Т. Федорчук, Г.Н. Чунц.

Задача создания легкого плавающего танка была необычной для разработчиков тяжелых машин: им предстояло решить ряд совершенно новых проблем. Поэтому для оказания помощи к этим работам были подключены: судостроители ЦНИИ-45 им. А.Н. Крылова в Ленинграде, специалисты из ЦАГИ, НАГИ, НАМИ и в качестве консультанта – профессор Н.В. Вознесенский из Ленинградского политехнического института им. М.И. Калинина.

Эскизный проект танка, выполненный в двух вариантах, предъявили на рассмотрение технического совета ЧКЗ 20 октября 1949 г. Первый вариант (руководитель – Л.С. Троянов) предполагал, в основном, сохранение общей компоновки плавающего танка Р-39 конструкции завода №112 «Красное Сормово» и использование его узлов и агрегатов силовой установки, трансмиссии и ходовой части, за исключением обеспечения плавучести – за счет водоизмещения корпуса. Второй вариант (руководитель – Н.Ф. Шашмурин) предусматривал совершенно другую схему общей компоновки и конструкцию узлов и агрегатов танка – использование шестицилиндрового дизеля В-6 мощностью 176 кВт (240 л.с.) из семейства дизелей типа В-2 с жидкостной эжекционной системой охлаждения, коробки передач среднего танка Т-34-85, водометного движителя вместо гребных винтов, а также обеспечение запаса плавучести за счет водоизмещения корпуса машины. В гусеничном движителе отсутствовали поддерживающие катки, а опорные однорядные катки были выполнены водоизмещающими и имели наружную амортизацию.

В результате обсуждения эскизного проекта для представления в Министерство транспортного машиностроения и НТК ГБТУ ВС СССР приняли вариант проекта танка «Объект 740» конструкции Н.Ф. Шашмурина.

Технический проект и макет танка в масштабе 1:20 выполнили к 15 ноября 1949 г. После рассмотрения и одобрения комиссией представленных материалов развернулся выпуск чертежно-конструкторской документации, а затем приступили к сборке опытных образцов для проведения заводских испытаний со сроком их предъявления к марту 1950 г.

Параллельно с подготовкой технического проекта в ноябре 1949 г. во ВНИИ-100 для изучения водометов изготовили и провели исследования ходового макета танка массой 12 т, который имел обозначение «Объект 270-М». По результатам выполненных исследований начались углубленные проработки конструкции водометов и технологии их производства. Спроектированный водомет, получивший индекс ОД-14, оказался настолько удачным, что впоследствии более 50 лет применялся на трех поколениях плавающих машин СТЗ (ВгТЗ), обеспечивая им прекрасные характеристики водоходности.

На ЧКЗ, учитывая, что установка водометного движителя в танке осуществлялась впервые в истории отечественного танкостроения, на основании распоряжения главного инженера завода №157 от 25 января 1950 г. изготовили плавающую металлическую модель танка «Объект 740» в натуральную величину с действующими водометными движителями, получившую обозначение «Объект 728». Модель имела аналогичную с разрабатываемым танком массу (14 т) и предназначалась для определения его эксплуатационных характеристик в условиях швартовых, выявления прочности и работоспособности движителя и элементов управления при длительной работе с полной нагрузкой. Испытания модели «Объект 728» начались 1 февраля и были прекращены 3 марта 1950 г. в связи с ее отправкой в Ленинград. На этой модели прошли испытания кормовые заслонки водометов с вертикальными осями вращения и специальным уравновешивающим устройством, облегчавшим управление заслонками. В процессе проведения испытаний было установлено, что водометные установки, являющиеся реактивным водоходным движителем, обеспечивали тяговые усилия: на первой передаче – до 82 кгс, на второй передаче – до 900 кгс, на третьей передаче – до 1650 кгс. Но конструкция кормовых заслонок и уравновешивающее устройство нуждались в дальнейшем совершенствовании.

Результаты испытаний ходового макета «Объект 270-М» и модели танка «Объект 728» использовались при доработке конструкторско-технической документации и изготовлении опытных образцов танка «Объект 740».

Первый опытный образец танка «Объект 740», собранный на ЧКЗ в феврале 1950 г., сразу же направили на заводские испытания. Следующие два опытных образца танка, доработанные по результатам заводских испытаний первого образца, 15 мая 1950 г. предъявили на государственные испытания, которые успешно прошли в июле-августе 1950 г. в районе г. Полоцка. По результатам государственных испытаний танк «Объект 740» после устранения выявленных недостатков был рекомендован для принятия на вооружение Советской Армии. Постановлением Совета Министров СССР №4768-2068 от 23 ноября 1950 г. освоение серийного производства с изготовлением к маю 1951 г. установочной партии из десяти танков для проведения войсковых испытаний было возложено на СТЗ.

Одновременно с танком «Объект 740» летом 1950 г. проходил испытания опытный образец плавающего танка К-90 с двумя гребными винтами в качестве водоходного движителя. В конструкции его силовой установки и трансмиссии широко использовались автомобильные агрегаты и узлы. Танк был разработан в 1950 г. Особым конструкторским бюро инженерного комитета Сухопутных войск* под руководством А.Ф. Кравцева по единым с танком «Объект 740» тактико-техническим требованиям. Опытные образцы этой машины изготовил военный ремонтный завод №2 (ВРЗ №2) в Москве. Танк К-90 не был рекомендован к принятию на вооружение, так как по подвижности уступал танку «Объект 740». Техническая документация по нему была заложена в мобилизационный резерв.

 


* Инженерный комитет Сухопутных войск входил в состав Управления начальника инженерных войск наряду со штабом, Главным военно-инженерным управлением (ГВИУ), инженерной инспекцией и отделом кадров.


 

В соответствии с постановлением Совета Министров №4768-2068 все материалы по танку «Объект 740» для окончательной доработки чертежно-конструкторской документации и подготовки производства с ЧКЗ и ВНИИ-100 передали на СТЗ. А 28 ноября 1950 г. вышло постановление Совета Министров СССР №4769-2066, согласно которому для конструкторского сопровождения изготовления нового легкого танка на СТЗ было организовано Особое конструкторское бюро (ОКБ) с опытной базой. В его состав вошла группа конструкторов из отдела главного конструктора тракторного производства. Первоначально формированием ОКБ занимался М.С. Лопатин, а в январе 1951 г. его сменил М.М. Романов. По распоряжению правительства на СТЗ из конструкторских бюро ЛКЗ, ГАЗ, ЧКЗ и ВНИИ-100 для ускорения организации работ и выпуска рабочих чертежей для цехов завода была откомандирована большая группа конструкторов, расчетчиков, технологов и ведущих специалистов. Для изготовления установочной партии танков завод №112 «Красное Сормово» предоставил СТЗ квалифицированных сборщиков и механиков. К производству корпусов и башен машин был привлечен Сталинградский завод «Судоверфь» (завод №264).

Группу специалистов с ЧКЗ и ВНИИ-100 возглавил заместитель главного конструктора Л.С. Троянов, который фактически заменил М.М. Романова при организации всех работ, связанных с подготовкой серийного производства и выпуском установочной партии. Кроме того, ход выполнения работ жестко контролировал главный конструктор ЛКЗ Ж.Я. Котин. Уже в мае–июне 1951 г. десять танков «Объект 740» установочной партии покинули цеха СТЗ и поступили на войсковые испытания.

В августе 1951 г. начальником ОКБ СТЗ стал С.А. Федоров, который сразу же занялся четкой организацией его деятельности. В составе ОКБ был сформирован ряд конструкторских бюро: трансмиссии, вооружения, броневого корпуса, компоновки, общетехническое и расчетное, ускоривших подготовку чертежно-конструкторской документации к серийному производству. Становление серийного производства танка ПТ-76 на СТЗ состоялось в период 1952– 1953 гг. Танки, выпущенные в 1952 г., направлялись на опытную эксплуатацию в войска, по результатам которой производилась дальнейшая доработка конструкции узлов и деталей машины.

По результатам войсковых испытаний и опытной эксплуатации танк «Объект 740» под маркой ПТ-76 был принят на вооружение постановлением Совета Министров СССР №3636-1447 от 6 августа 1952 г.

По сравнению с серийными довоенными танками-амфибиями танк ПТ-76 имел не только значительно более высокие боевые и технические характеристики, но и совершенно другую компоновочную схему. По своим водоходным качествам, простоте и надежности конструкции он являлся в то время лучшим танком в мире среди машин аналогичного типа.

Впервые на отечественном танке в качестве водоходного движителя были установлены два водомета, при этом обеспечивалась возможность их одновременной работы с гусеничным движителем. Танк имел большой запас плавучести, мог достичь берега при высадке с десантного корабля при волнении моря до 4 баллов, а также буксировать на плаву однотипную машину. Он отличался простотой конструкции и высокой надежностью в эксплуатации, обладал высокой проходимостью по снегу и грунтам с низкой несущей способностью (среднее давление на грунт не превышало 46,1 кПа (0,47 кгс/см2).

Постановлением Совета Министров СССР №1372-633 от 10 декабря 1957 г. на вооружение Советской Армии был принят модернизированный легкий плавающий танк ПТ-76Б, который отличался от предшествующего образца установкой стабилизатора основного оружия и унифицированного противопожарного оборудования. Серийное производство машины было организовано в 1959 г. С1961 г. танк стал оснащаться системой ПАЗ. Выпуск ПТ-76Б продолжился и во втором послевоенном периоде (по 1967 г. включительно. – Прим. авт.).

В ходе серийного выпуска танков ПТ-76 и ПТ-76Б в ОКБ СТЗ совместно с ЧТЗ, ВНИИ-100 и Военной академией БТВ велись НИОКР, направленные на дальнейшее совершенствование их боевых и технических характеристик. Некоторые результаты этих работ нашли свое воплощение в опытных образцах, а часть из них была внедрена в производство.

С целью повышения огневой мощи танка в середине 1950-х гг. в Военной академии БТВ им. И.В. Сталина рассматривались варианты установки вместо 76-мм пушки Д-56Т 57-мм пушки Ч-51 с механизмом заряжания и 85-мм пушки ЗИС-С-53.

Для успешной борьбы с танками противника на подступах к водной преграде в отрыве от своих главных сил для легкого танка предпочтительной была установка более мощной 85-мм пушки ЗИС-С-53. Дульная энергия и бронебойное действие этого орудия в 1,5–2 раза превышала аналогичные показатели пушки Д-56Т; осколочно-фугасный снаряд также был мощнее 76,2-мм снаряда. Однако по габаритно-массовым показателям и по величине силы отдачи пушка ЗИС-С-53 оказалась неприемлемой для легкого танка. При ее установке и размещении соответствующего боекомплекта масса машины возрастала примерно на 1 т, что было не допустимо для плавающего танка по причине нарушения его остойчивости на плаву. Кроме того, монтаж 85-мм системы (с учетом обеспечения остойчивости на плаву) требовал существенных конструктивных изменений как башни, так и корпуса машины, что, по сути, вело к созданию новой плавающей машины.

Установка 57-мм пушки в башне танка имела ряд преимуществ перед 76,2-мм пушкой Д-56Т. Она являлась мощным противотанковым средством, основные бронебойные снаряды которой пробивали броню в 1,5 раза большей толщины, чем снаряды орудия Д-56Т и броню примерно такой же толщины, как и снаряды пушки ЗИС-С-53. При этом броня современных на тот момент средних зарубежных танков могла поражаться из этой пушки на дальностях 1500 м. Габаритно-массовые показатели орудия 4-51 были меньше, чем у Д-56Т, что позволяло увеличить боекомплект танка не менее чем вдвое и применить механизм заряжания при сохранении массы танка. Меньшая, чем у Д-56Т сила отдачи гарантировала возможность ведения стрельбы из орудия в любых условиях (включая стрельбу на плаву), что также допускало возможность увеличения бронепробивемости путем увеличения начальной скорости снаряда за счет повышения давления пороховых газов при выстреле до 334–353 МПа (3400– 3600 кгс/см2). Кроме того, легко могла быть обеспечена стабилизация пушки в двух плоскостях, вследствие небольшой массы орудия и башни, причем последняя могла быть уменьшена по габаритам, благодаря меньшим поперечным размерам самой пушки.

Основными недостатками установки 57-мм пушки 4-51 в танке ПТ-76 являлись несколько ослабленное осколочно-фугасное действие снаряда по сравнению с 76,2-мм орудием и увеличенная (на 35%) длина ствола. В результате использование пушки как калибра 85 мм, так и 57 мм для существующей конструкции танка было признано не целесообразным.

Для повышения эффективности ведения огня танком ПТ-76 сходу и на плаву (при больших волнениях) весной 1954 г. в ОКБ СТЗ совместно с ЦНИИ-173 при участии НИИБТ полигона развернулись работы по системе стабилизации 76,2-мм пушки Д-56Т. Монтаж, отладка и замер основных параметров экспериментального образца двухплоскостного стабилизатора конструкции ЦНИИ-173, получившего наименование СТП-2П «Заря», были выполнены с участием заводских специалистов и представителей НИИБТ полигона в мае-июне 1955 г. Они показали необходимость доработки ряда узлов стабилизатора в части изменения характеристик (пульт управления, гироблок) и их размещения в танке, с последующим проведением заводско-полигонных испытаний.

В результате дальнейших доработок усовершенствованный образец стабилизатора СТП-2П «Заря», установленный в танке, получившем заводское обозначение «Объект 740Б», в июне–июле 1957 г. успешно прошел сравнительные испытания с серийным ПТ-76. Результаты этих испытаний подтвердили повышение эффективности стрельбы (частости попадания) у танка «Объект 740Б» на дальности 1200-800 м при фронтальном движении – в 5,25 раза, при фланговом на дальности 1000 м – в 6,3 раза и при движении с курсовым углом 15° – в 4 раза, по сравнению с танком ПТ-76 без стабилизатора.

В связи с развертыванием работ по созданию танков с ракетным оружием (истребителей танков) на базе танка ПТ-76 в 1956– 1958 гг. был разработан ряд проектов таких боевых машин*. Так, в 1956 г. в ОКБТ ЛКЗ коллективом конструкторов под руководством Л.И. Горлицкого спроектировали легкий танк «Объект 280». Его опытный образец, представлявший собой базовое шасси танка ПТ-76 с двумя пакетными двухрядными пусковыми установками НУРС М-140Ф, был изготовлен в конце того же года, в 1957 г. прошел полигонные испытания.

 


* Более подробное описание всех легких танков с управляемым и неуправляемым ракетным оружием будет приведено в разделе «Танки с управляемым и неуправляемым ракетным оружием (истребители танков)».


 

В 1958 г. в ОКБ СТЗ под руководством заместителя главного конструктора А.Т. Корнилина на базе танка ПТ-76 разработали проект танка с управляемым ракетным оружием, получившего наименование «Объект 170». Проектом предусматривался и второй варианта танка – «Объект 170К», вооруженный только неуправляемыми реактивными снарядами. Эскизный проект машины был рассмотрен в ГБТУ и получил одобрение. В работе над техническим проектом машины принимал участие и ВНИИ-100, в котором в качестве одного из вариантов системы подрессоривания предложили гидравлическую подвеску. В 1959 г. СТЗ изготовил действующий макет машины, но в июле того же года дальнейшие работы по танку «Объект 170» прекратили ввиду отсутствия отлаженной конструкции системы управления ракетой.

Аналогичные ОКР по повышению огневой мощи серийного танка ПТ-76 велись в 1958-1959 гг. и во ВНИИ-100, где был разработан ряд проектов установки в машине управляемых ракет, НУРС и активно-реактивных снарядов, выстреливаемых через ствол. Но воплощения в металле эти проекты не получили.

В 1962 г. развернулись работы по установке на танках в качестве дополнительного оружия управляемых по проводам ракет ПТРК «Овод» и «Малютка», предназначавшихся для поражения бронированных объектов противника на больших дальностях. В соответствии с планом ОКР, утвержденным ГБТУ, ГРАУ и ГКОТ, в ОКБ ВгТЗ в 1963 г. для экспериментальной проверки возможности использования данных ПТРК изготовили опытный образец танка ПТ-76Б с наружной установкой на башне двух направляющих ПТУР 9М14 ПТРК «Малютка». Осенью 1964 г. машина была предъявлена к проведению испытаний на НИИБТ полигоне, с которых ее сняли из-за низкой надежности конструкции пусковой установки.

Большое внимание уделялось и совершенствованию пулеметного оружия танка. Так, с целью уменьшения габаритов и массы спаренной установки в Военной академии БТВ в середине 1950-х гг. предложили вариант использования специально сконструированного на базе ручного пулемета РПД-44 танкового пулемета под патрон обр. 1943 г. Установка такого пулемета позволила бы повысить эффективность пулеметного огня на небольших дальностях (200–600 м) и увеличить его боекомплект. Но дальнейшего развития это предложение не получило.

В связи с появлением в армиях вероятного противника противотанковых средств ближнего боя, борьба с которыми, как правило, велась с помощью спаренных пулеметов, использование последних было затруднено из-за значительного непростреливаемого (мертвого) пространства (свыше 30 м). Кроме того, они не обеспечивали кругового обстрела без поворота башни или машины. Проведенная в этом направлении работа – использование на танках автомата Калашникова с криволинейным стволом конструкции К.Г. Куренкова (установка ТКБ-450А) не дала ожидаемых положительных результатов и в 1 955 г. была прекращена. В 1957 г. офицеры НИИБТ полигона инженер-полковник И.К. Кобраков и старший техник-лейтенант В.М. Бойцов разработали и изготовили в мастерских Полигона установку 7,62-мм пулемета СГМТ с дистанционными управлением, которую предполагалось использовать на различных отечественных танках, танковых тягачах, САУ и БТР.

Установка пулемета СГМТ с дистанционным управлением (изнутри машины) предназначалась для уничтожения живой силы противника на близких расстояниях и размещалась на машинах вместо одного из поворотных смотровых приборов типа МК-4 или ТПК-1. На танке ПТ-76 установка монтировалась вместо прибора МК-4 заряжающего. Для стрельбы из пулемета использовался перископический прицел ППКС-4. Пулемет наводился на цель свободной наводкой с помощью двух рукояток, стрельба велась при нажатии на кнопку электроспуска в левой рукоятке. На правой рукоятке располагался механизм торможения по вертикали. Перезаряжание пулемета производилось тросовым механизмом. Углы наводки установки по вертикали составляли от -9 до +18°. Усилия наводки без торможения достигали: по вертикали – 4-4,5 кгс, по горизонтали – 1,5–2 кгс. Мертвое пространство при стрельбе из пулемета с дистанционным управлением составляло 13 м.

При пробном монтаже установки на танке ПТ-76 в апреле 1958 г. выяснилось, что стрельба из пулемета могла вестись только вперед и на правый борт в секторе 130–135°. Открытие и закрытие люка башни при таком размещении пулемета было невозможно. В дальнейшем для обеспечения кругового обстрела предполагалось разместить установку на правой стороне крышки люка. Для этого необходимо было обрезать правую часть крышки люка и закрепить ее неподвижно на корпусе башни.

В выводах НИИБТ полигона отмечалась целесообразность дальнейшей доработки конструкции установки пулемета СГМТ с дистанционным управлением после устранения отмеченных недостатков с последующим проведением ее всесторонних испытаний на танке ПТ-76.

 

 

НИОКР по совершенствованию броневой защиты танка ПТ-76 (ПТ-76Б) в 1957-1958 гг. велись в ЦНИИ-48 в направлении обеспечения защищенности от бронебойных пуль Б-32 калибра 14,5 мм с начальной скоростью 1000 м/с за счет применения разнесенной конструкции броневой защиты корпуса и совершенствования его формы с сохранением запаса плавучести. Были разработаны схемы противопульной броневой защиты по типу «блок-пакета», испытания которых подтвердили возможность их использования для верхней части бортов корпуса. Одновременно в 1957– 1961 гг. для снижения боевой массы танка московским филиалом ВНИИ-100 совместно с НИИ пластмасс, НИИ стекловолокна Госкомитета по химии, НИИ-571 и МФТИ были проведены исследования по созданию корпусов с противопульной защитой из высокопрочных пластмассовых материалов – стеклопластиков (см. Часть 10 данной монографии).

С возрастанием вероятности применения на поле боя ядерного оружия был осуществлен комплекс НИОКР по изысканию способов защиты от его поражающих факторов. Проведенные в 1953– 1958 гг. в ВА БТВ, КБ заводов №75 в Харькове, №183 в Нижнем Тагиле и ВНИИ-100 работы позволили создать систему автоматической системы ПАЗ, основанной на принципе максимальной герметизации корпуса и башни с использованием постоянных уплотнений и автоматически закрывавшихся устройств. Система ПАЗ стала устанавливаться в танке ПТ-76Б с 1961 г.

В 1959 г. в ВА БТВ развернулись исследования по изучению способов и средств защиты органов зрения членов танкового экипажа от воздействия светового излучения ядерного взрыва. В качестве одного из способов защиты органов зрения было предложено исключить прямое наблюдение за местностью через оптические смотровые приборы, использовав для этой цели телевизионную аппаратуру, получившую во второй половине 1950-х гг. интенсивное развитие. В конце того же года в ВА БТВ изготовили малогабаритную телевизионную установку, предназначавшуюся для определения возможности наблюдения за местностью и вождения танка с ее помощью. Телевизионная аппаратура была выполнена по замкнутой схеме, в которой передающая камера соединялась непосредственно с видеомонитором с помощью кабеля. В качестве передающей трубки телевизионной камеры использовался видиокон типа ЛИ-23. Приемной трубкой видеомонитора служил кинескоп 18ЛК5Б. Все узлы электронной схемы были выполнены на полупроводниковых приборах, благодаря чему удалось получить малые размеры и массу всей аппаратуры, а также малую потребляемую мощность. Видеомонитор монтировался на рабочем месте механика-водителя перед щитком контрольно-измерительных приборов.

Для проверки опытной телевизионной установкой был оборудован опытный легкий танк ПТ-76Б, который в феврале-апреле 1960 г. прошел испытания на НИИБТ полигоне. В процессе испытаний были опробованы три различных варианта установки видеокамеры: на площадке крепления инфракрасного прожектора ночного прицела – справа и слева от него, и на стволе пушки. Наиболее удачным по результатам испытаний признали установку видеокамеры на стволе пушки, особенно при работающем стабилизаторе. Испытания подтвердили возможность практической реализации управления движением танка по пересеченной местности в дневных условиях с помощью телевизионной аппаратуры. В дальнейшем результаты работы использовали в ОКР по телемеханическим танкам*.

 


* Более подробное описание этого типа боевых машин будет приведено в разделе «Телеуправляемые танки».


 

В 1954-1955 гг. в танке ПТ-76 на НИИБТ полигоне прошел испытания опытный образец унифицированной системы противопожарного оборудования (УС ППО). Она предназначалась к установке на всех типах отечественных танков и САУ. Целью испытаний являлось определение следующих факторов: эффективности и надежности данной системы при тушении пожара в танках; оценка их противопожарной защиты; уточнение необходимой концентрации углекислоты, необходимой для тушения пожара в боевом отделении; количества и мест установки термозамыкателей и распылителей в танке, а также целесообразности установки УС ППО и ее принятия в серийное производство. В процессе проведения испытаний было установлено, что эффективность данной системы – низкая из-за малой чувствительности к воздействию пламени термоэлектрозамыкателей с биметаллическими мембранами (ТЭЗ). Поэтому на НИИБТ полигоне разработали и изготовили принципиально новую конструкцию термопарного термоэлектродатчика (ТЭД) с измененным поляризованным реле РП-5, который по своей чувствительности к воздействию пламени в десятки раз превосходил ТЭЗ. В виду того, что СТЗ при подготовке танка ПТ-76 выполнил монтаж термоэлектрозамыкателей и распылителей без учета наиболее целесообразного их размещения, НИИБТ полигоном по результатам испытаний был предложен оптимальный вариант их расположения в отделениях танка. С учетом использования нового термоэлектродатчика ТЭД конструкции НИИБТ полигона и после устранения других выявленных недостатков, УС ППО была рекомендована для установки в танке ПТ-76. В дальнейшем опыт работы поданной системе использовали при создании унифицированной автоматической системы ППО (УА ППО), которая устанавливалась в серийных танках ПТ-76Б.

Для повышения защищенности танка ПТ-76 на поле боя в 1956– 1957 гг. была разработана система ТДА многократного действия. После проведения испытаний на НИИБТ полигоне и соответствующей доработки она с 1957 г. стала устанавливаться в серийных танках ПТ-76, а затем и ПТ-76Б.

Повышение подвижности танка ПТ-76 (ПТ-76Б) осуществлялось в направлении установки дизеля большей мощности, повышения запаса хода за счет увеличения емкости топливных баков и применения многотопливных двигателей. Работы по исследованию и установке в танках ПТ-76 и ПТ-76Б многотопливных двигателей начались на ВгТЗ совместно с НИ ИД в 1960 г. В 1961 г. к ним активно подключился НИИБТ полигон. В 1961 г. на ВгТЗ был изготовлен дизель В-6 мощностью 176 кВт (240 л.с.), приспособленный для работы на автомобильных бензинах А-66, А-72 и авиационных топливах ТС-1 и Т-2. Многотопливный вариант двигателя получил марку В-6М и в 1962 г. прошел испытания на НИИБТ полигоне в танке ПТ-76. Основной целью испытаний являлась проверка надежности работы двигателя при применении данных видов топлива в ходовых условиях в пределах его гарантийного срока службы (250 ч), а также оценка динамических качеств танка при работе двигателя на этих топливах. Кроме того, прошли испытания по постановки дымовой завесы с использованием системы ТДА, которые показали, что при применении топлива ТС-1 и бензина А-72 дымообразование в системе ТДА танка ПТ-76 было незначительным и не обеспечивало возможности постановки дымовой завесы. По окончании испытаний было решено провести дополнительные исследования многотопливного двигателя и его испытания для проверки надежности работы системы топливоподачи под нагрузкой и при пуске двигателя в условиях высоких температур на опытной партии танков в количестве 10-15 машин.

В течение 1964–1965 гг. в трех округах БВО, ТуркВО и ДВО провели опытную эксплуатацию установочной партии из девяти танков ПТ-76БМ, изготовленной в мае 1964 г. на ВгТЗ, с доработанными многотопливными двигателями В-6М мощностью 176 кВт (240 л.с.). В ходе эксплуатации данных машин было выявлено, что запас хода танков при использовании бензинов А-66 и А-72 оказался меньшим на 20-35% (из-за не полной выработки остатков топлива в баках) по сравнению с запасом хода на дизельном топливе. Это потребовало дальнейшей доработки топливной системы. Тем не менее, применение автомобильных бензинов и авиационных керосинов наряду с дизельным топливом по 1/3 части от общего срока работы обеспечивало двигателю и танку пробег до капитального ремонта (700 ч).

В октябре-декабре того же года в ТуркВО и ПрикВО прошли длительные полигонно-войсковые испытания пяти танков ПТ-76БМ с многотопливными двигателями В-6Д мощностью 176 кВт (240 л.с.) с повышенным до 1000 ч моторесурсом. Основной целью испытаний являлась проверка надежности работы двигателей В-6Д и их систем в пределах гарантийного срока службы 500 ч при работе на различных сортах топлив (1-й этап испытаний) и до 1000 ч – при работе двигателей на штатном дизельном топливе (2-й этап испытаний). В ходе испытаний на машинах прошли проверку на надежность работы серийные и отдельные опытные узлы трансмиссий, ходовой части и системы электрооборудования (генераторы, стартеры, контрольные приборы), а также крепления боекомплекта на надежность и сохранность боевых и эксплуатационных свойств артиллерийских выстрелов при длительной транспортировке (возке).

Попыткой комплексного повышения боевых свойств ПТ-76 (ПТ-76Б) стало создание на СТЗ в 1959 г. с использованием узлов и агрегатов опытного танка «Объект 740Б» его модернизированного образца, получившего заводское обозначение «Объект 907» и известного в технической литературе как ПТ-76М. Помимо установки стабилизатора основного оружия, системы ПАЗ и ночных (инфракрасных) приборов наблюдения и прицела, форма корпуса машины была изменена в сторону некоторого увеличения водоизмещения с наклонным расположением броневых листов надгусеничных ниш, что в свою очередь усилило его броневую защиту. Кроме того, на танке использовались дизель повышенной до 221 кВт (300 л.с.) мощности и топливные баки увеличенной емкости. Опытный образец танка «Объект 907» представили на полигонные испытания, которые он не выдержал из-за неудовлетворительной остойчивости на плаву при движении на максимальной скорости. Дальнейшие работы по нему были свернуты в 1960 г.

С целью исследования дальнейших путей повышения подвижности, база танка ПТ-76 была использована в ряде ОКР при отработке принципа движения на подводных крыльях (на плаву) и на воздушной подушке. Так, в 1964 г. под руководством А.Н. Стеркина во ВНИИ-100 совместно с ЦНИИ-45 провели НИР по созданию опытных образцов танка на подводных крыльях. Была изготовлена и испытана модель танка в 1/2 величины массой 1750 кг. Внешние обводы макета соответствовали обводам корпуса танка ПТ-76 (см. Часть 12 данной монографии). Анализ результатов выполненной работы показал практическую возможность создания быстроходного танка на подводных крыльях относительно небольших размеров. Максимальная скорость при движении на воде могла быть увеличена с 11–12 до 25–30 км/ч при удельной мощности 18,4 кВт/т (25 л.с./т).

В 1965 г. на базе танка ПТ-76 в ОКБ ВгТЗ создали ходовой макет машины на воздушной подушке «Объект 8М-906» массой 13,5т*. Сравнительные испытания ходового макета на воздушной подушке с танком ПТ-76Б на проходимость по болотам подтвердили перспективность способа движения на воздушной подушке и его использования для создания боевых машин особо высокой проходимости.

 


* Более подробное описание всех опытных машин на воздушной подушке и их проектов будет приведено в разделе «Боевые машины на воздушной подушке».


 

Помимо проведения различных НИОКР по танкам ПТ-76 и ПТ-76Б, направленных на повышение боевых свойств, их база использовалась при создании различных типов боевых и обеспечивающих машин. Так, база ПТ-76 послужила основой для плавающего бронетранспортера БТР-50П, гусеничного самоходного парома ГСП, машины технической помощи МТП, самоходной установки 2П2 тактического ракетного комплекса 2К1 «Марс» и его транспортно-заря-жающей машины 2П3, машины командного состава «Объект 276», антарктического вездехода «Пингвин» и др. С использованием узлов и агрегатов танка был спроектирован подводный разведчик РПС-75.

На базе танка ПТ-76Б разработали машину управления БТР-50ПУ, самоходную установку 2П16 тактического ракетного комплекса 2К6 «Луна» и его опытную транспортно-заряжающую машину «Объект 161», самоходную установку разминирования УР-67, а также опытные образцы – зенитные самоходные установки ЗТПУ-2 и ЗТПУ-4, боевые машины пехоты «Объект 912», «Объект 914» и «Объект 914Б». Узлы и агрегаты танка использовались при создании самоходной артиллерийской установки СУ-85, зенитной самоходной установки ЗСУ-23-4зенитного артиллерийского комплекса «Шилка» и опытной самоходной пусковой установки «Объект 910» тактического ракетного комплекса 9К52 «Луна-М».

Танки ПТ-76 и ПТ-76Б состояли на вооружении Советской (российской) Армии около шестидесяти лет (танк ПТ-76Б планировалось снять с вооружения в 2010 г.). В последние годы ими оснащались подразделений морской пехоты и внутренних войск МВД РФ. Эти машины приняли участие в проведении контртерростической операции в Чечне. Благодаря своим достоинствам плавающий танк ПТ-76 (ПТ-76Б) и машины на его базе широко экспортировались во многие страны. В Китае на танковом заводе, построенном с помощью Советского Союза, в конце 1950-х гг. был организован выпуск легкого танка «Тип 60», представлявшего собой танк ПТ-76, на котором дополнительно устанавливался 12,7-мм зенитный пулемет. С 1963 по 1970 г. серийно выпускался китайский легкий танк «Тип 63» с 85-мм пушкой, также являвшийся дальнейшим развитием советского танка ПТ-76.

Экспортируемые танки ПТ-76 и ПТ-76Б принимали участие в различных локальных военных конфликтах на Ближнем Востоке, во Вьетнаме и Лаосе, в Индо-Пакистанских войнах.

К концу 1950-х гг. по ряду причин легкий танк ПТ-76 перестал полностью удовлетворять требованиям для решения вспомогательных задач. По быстроходности он уступал среднему танку Т-55 и тяжелому танку Т-10М, а его основное оружие было неэффективно для борьбы с зарубежными танками, имевшими противоснарядную броневую защиту. Из-за отсутствия необходимого резерва массы на машине не могла быть установлена 100-мм нарезная пушка высокой баллистики.

Большие размеры плавающего танка делали его легко уязвимым при боевых действиях на суше и снижали возможности авиатранспортирования. Кроме того, большой шум, создаваемый двигателем и ходовой частью танка при движении, снижал эффективность его применения в разведке. Быстрый износ гусеничного движителя также накладывал серьезные ограничения на широкое использование этого танка для выполнения вспомогательных задач, связанных с большим пробегом машин.

В связи с этим еще в середине 1950-х гг. отечественные конструкторы, работая на перспективу и учитывая экономические факторы, выдвинули предложение о необходимости создания такого легкого танка, боевые и технические характеристики которого не только отвечали бы предъявленным требованиям, но и превосходили их.

В 1955-1956 гг. в инициативном порядке в ОКБ СТЗ под руководством главного конструктора С.А. Федорова был разработан технический проект танка, получившего заводское обозначение «Объект 150» (ПТ-85) и предназначавшегося для замены на производстве танка ПТ-76. Проектом предусматривалось увеличение боевой массы танка до 20 т и установка дизеля 8Д-12П-1 мощностью 331 кВт (450 л.с.), разрабатываемого заводом №77 в Барнауле (БЗТМ «Трансмаш»).

В проекте машины использовалась классическая схема общей компоновки с установкой во вращающейся башне 85-мм пушки. Корпус танка предполагалось изготавливать из алюминиевого броневого сплава. Расчетная скорость машины по шоссе составляла 56 км/ч, среднее давление на грунт – 55 кПа (0,56 кгс/см2). Механическая двухпоточная трансмиссия обеспечивала пять передач вперед и назад (полный реверс). В состав трансмиссии входили: главный фрикцион сухого трения, двухпоточный МПП (сходный по своей схеме с МПП самоходной установки СУ-100П) и два бортовых редуктора. Коробка передач – простая двухвальная с инерционными конусными синхронизаторами на всех передачах, кроме первой и заднего хода. В суммирующих планетарных рядах МПП солнечные шестерни при прямолинейном движении вращались в ту же сторону, что и эпициклы. При нейтрали в коробке передач и первом положении рычага поворота обеспечивался неустойчивый поворот машины на месте вокруг центра масс с вращением гусениц в противоположные стороны. В ходовой части предусматривалась установка 12 опорных катков при отсутствии поддерживающих катков. В качестве водоходного движителя применялись два водомета. Проект машины одобрения не получил, и дальнейшая работа по нему была прекращена.

Несколько позже, в 1959 г., в ОКБ СТЗ началось проектирование нового легкого плавающего танка с аналогичным вооружением и боевой массой 12 т, имевшего заводское обозначение «Объект 195». Танк разрабатывался в двух вариантах: с дизелем мощностью 294 кВт (400 л.с.) при частоте вращения коленчатого вала двигателя 2500 мин-1 и газотурбинным двигателем ГТД-051А мощностью 306 кВт (416 л.с.) с частотой вращения тяговой турбины 17982 мин-1 и удельным расходом топлива 680 г/кВт-ч (500 г/л.с.-ч). Расчетная максимальная скорость танка по шоссе составляла 90 км/ч. Совместно с ВА БТВ для этого танка рассматривались пять схем трансмиссий, три из которых после детального анализа были подвергнуты эскизной проработке.

На танке с дизелем предполагалось использовать ГМТ, что позволяло при некотором повышении удельной мощности до 28,7 кВтД (39 л .с./т) и снижении максимальной скорости танка до 80 км/ч уменьшить количество передач переднего хода до двух. Наличие гидротрансформатора ГТК-3 в трансмиссии танка позволяло ему трогаться с места при заранее включенной передаче путем увеличения подачи топлива и исключало возможность заглохания двигателя при резком увеличении сопротивления движению. В ходе проведения исследований установили, что для совместной работы с дизелем можно было использовать два типа трансмиссий: гидромеханическую с гидротрансформатором ГТК-3, имевшую три передачи переднего и одну передачу заднего хода и механическую с гидромуфтой и пятью передачами переднего и одной передачей заднего хода. Для возможности пуска двигателя с буксира между насосом и турбиной гидротрансформатора устанавливался автолог. Кроме того, для танка с дизелем была разработана схема пятиступенчатой планетарной коробки передач.

При использовании газотурбинного двигателя устанавливалась трехступенчатая механическая трансмиссия, схема которой была аналогична механической части гидромеханической трансмиссии танка с дизелем, за исключением того, что вместо гидротрансформатора ГТК-3 устанавливался понижающий входной редуктор. Трансмиссия имела систему охлаждения, связанную с системой охлаждения ГТД (см. Часть 18 и Часть 19).

Дальнейшие работы по танку «Объект 195» также завершились в 1960 г. в связи с развертыванием работ по новому плавающему танку.

 

См. продолжение >>>


Поделиться в социальных сетях:
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Мой Мир


При использовании опубликованных здесь материалов с пометкой «предоставлено автором/редакцией» и «специально для "Отваги"», гиперссылка на сайт www.otvaga2004.ru обязательна!


Первый сайт «Отвага» был создан в 2002 году по адресу otvaga.narod.ru, затем через два года он был перенесен на otvaga2004.narod.ru и проработал в этом виде в течение 8 лет. Сейчас, спустя 10 лет с момента основания, сайт переехал с бесплатного хостинга на новый адрес otvaga2004.ru