Танки Т-34 в Корее

Боевое применение Т-34 в корейской войне
Из книги «Т-34, история создания и применения, II часть». 1996 г.

Война в Корее (1950-1953) стала первым после 2-й Мировой войны вооруженным конфликтом, во время которого противоборствующие стороны широко использовали танки и другую бронетехнику, в число которых входило и значительное количество средних танков Т-34-85. Хотя война в Корее запомнилась прежде всего кровопролитным патовым положением, возникшим после мая 1951 года, тем не менее первые девять месяцев войны танки играли ключевую роль в сражениях. Вторжение Северной Кореи оказалось успешным из-за умелого использования танков Т-34 и отсутствия какой бы то ни было противотанковой обороны у Южной Кореи. После нескольких месяцев мучительных сражений, Соединенные Штаты вынужденно перебросили в Корею большое количество бронетехники – иначе победить в этой войне было невозможно. Быстрое наступление сил ООН от Пусана в сентябре 1950 года объяснялось в первую очередь именно широкой механизацией американских боевых частей.

 

Танковые войска Северной Кореи

 

Танковые войска Северной Кореи начали формироваться в 1948 году при активном участии Китая и Советского Союза. Небольшое количество танкистов было подготовлено в Китае на трофейных японских и американских танках, а также на советских Т-34. Американские танки, главным образом легкие М3А3 «Стюарт» и средние М4А4 «Шерман» были захвачены у Китайской национальной армии во время гражданской войны в Китае, которая еще полыхала в это время. В 1948 году в Садонге при участии советских оккупационных войск был сформирован 15-й учебный танковый полк, который дислоцировался в пригороде Пхеньяна. В этой части находились всего лишь два Т-34-85, обучали корейцев около 30 советских офицеров-танкистов. Командовал полком полковник Ю Кьён Су, который прежде служил в чине лейтенанта в Красной Армии во время 2-й Мировой войны, а позже, уже в Северной Корее, командовал 4-м пехотным полком. Назначение этого человека на столь ответственную должность объясняется тем, что Кьён Су был родственником Ким Ир Сена.

В мае 1949 года 15-й учебный танковый полк расформировали, а курсанты стали офицерами новой 105-й танковой бригады. Эту часть Ким Ир Сен предназначал для нанесения главного удара по Южной Корее, поэтому для подготовки бригады не жалели ни сил, ни средств. 105-я бригада состояла из 1-го, 2-го и 3-го танковых полков, которые в последствии получили номера: 107-й, 109-й и 203-й, соответственно. К октябрю 1949 года бригада была полностью укомплектована танками Т-34-85. В состав бригады также входил 206-й моторизованный пехотный полк. Поддерживал пехотинцев 308-й бронебатальон, состоящий из шести самоходок СУ-76М. Всю весну 1950 года бригада провела в интенсивных учениях.

 

 

Средний танк Т-34-85 (обр.1944 г.) и 76,2-мм самоходная артиллерийская установка СУ-76М, состоявшие на вооружении армии Северной Кореи

 

 

К моменту вторжения, Народная Армия Северной Кореи (HACK) имела на вооружении 258 танков Т-34-85, из которых примерно половина числилась в 105-й танковой бригаде. Около 20 «тридцатьчетверок» находилось в 208-м учебном танковом полку, который предполагали использовать в качестве резерва. Остальные танки были распределены между несколькими, только что сформированными, танковыми полками – 41-м, 42-м, 43-м, 45-и и 46-м (в действительности они представляли собой танковые батальоны, в которых было где-то по 15 танков) и 16-й и 17-й танковыми бригадами, которые по оснащенности скорее соответствовали танковым полкам (40-45 танков). Кроме Т-34-85 на вооружении HACK состояли 75 самоходок СУ-76М. Дивизионы самоходной артиллерии осуществляли огневую поддержку северокорейских пехотных дивизий. Еще две танковые бригады были сформированы уже в ходе войны и вступили в бой в сентябре под Пусаном, а новые танковые полки, сформированные к сентябрю, воевали под Инчхоном.

Хотя по современным стандартам танковые войска Северной Кореи были довольно скудно оснащены, в 1950 году в Азии HACK по количеству танков уступала только Красной Армии. Японские танковые силы были разгромлены во время войны, а китайские танковые войска представляли собой пеструю коллекцию трофейных японских и американских машин. Соединенные Штаты не имели значительных танковых формирований на Востоке, за исключением нескольких рот легких танков М24 «Чаффи», находящихся в Японии. До 1949 года значительное количество танков находилось в оккупационных войсках, расположенных в Южной Корее, но они все к этому времени уже были выведены. Собственных танковых войск Южная Корея не имела вовсе. Американцы, встревоженные воинственными планами правительства Сингмана Ри, не предоставляли танки Южной Корее, опасаясь, что южане смогут начать военные действия против коммунистов. В результате к началу вторжения Южная Корея располагала всего лишь 37 бронеавтомобилями М8 и небольшим количеством полугусеничных МЗ, которые состояли на вооружении кавалерийского полка 1-й столичной пехотной дивизии, дислоцированной в Сеуле.

Не менее важно то, что армия Южной Кореи была хуже оснащена и обучена по сравнению с HACK. Противотанкового оружия было мало, а имеющиеся в наличие средства в основном представляли собой неудобные и неэффективные противотанковые пушки калибра 57-мм (американская копия 6-фунтовой английской пушки).

 

Танковое вторжение

 

Руководство армии Северной Кореи планировало использовать 105-ю танковую бригаду на острие наступления. Корея очень гористая страна, особенно в восточной части, вдоль побережья. Поэтому «традиционный» путь вторжения проходил вдоль западного побережья, где горы переходили в равнину. Не менее важным было то, что столица Южной Кореи – город Сеул – располагался в западной части полуострова. Именно на этот город и была нацелена 105-я танковая бригада. Хотя советские военные советники противились распылению танковых сил, бригаду разделили между пехотными дивизиями, осуществляя их поддержку.

Во главе наступающих шел 109-й танковый полк под командованием полковника Ким Те Рьёна, приданный 3-й пехотной дивизии. Эти части 25 июня 1950 года в 5:00 первыми пересекли разделительную линию около Сачхан-ни в западной части Южной Кореи. Полк перешел границу Республики Корея на участке 17-го пехотного полка. Вскоре за ними последовали другие части HACK. 203-й танковый полк полковника Чхо У Сика, приданный 1-й пехотной дивизии наступал вдоль шоссе Кесон-Сеул. 107-й танковый полк перешел границу на участке 12-го пехотного полка 1-й пехотной дивизии у Кесона и 13-го пехотного полка у брода через реку Имджинган около Корангпо. Южане сообщили, что в бою на реке Имджинган им удалось подбить 11 «тридцатьчетверок», однако, в последствии, северяне опровергли это сообщение, утверждая, что ни одного танка ими потеряно не было, хотя несколько машин было повреждено. 107-й танковый полк полковника Чхо У Сика, поддерживая 4-ю танковую дивизию, наступал вдоль шоссе Инчхон-Сеул к востоку от двух остальных танковых полков. При этом полку удалось разгромить несколько подразделений 7-й пехотной дивизии армии Южной Кореи.

Большинство южнокорейских солдат ни разу в жизни не видели танков, а неэффективность 57-мм противотанковых пушек и 2.36-дюймовых (60-мм) базук лишь увеличивала деморализующий эффект бронетехники. Некоторые корейские пехотинцы пытались остановить танки при помощи импровизированных ранцевых фугасных зарядов и тротиловых шашек, обвязанных гранатами. Много храбрых воинов погибло в тщетных попытках остановить танки, например только в 1-й пехотной дивизии около 90 солдат было потеряно в результате этих отчаянных атак. Беспомощность южнокорейской пехоты вызвала паническую боязнь танков, которая существенно ослабляла оборону.

Преодолев сопротивление 7-й пехотной дивизии, 107-й и 109-й полки соединились в районе Уджонгбу 27 июня 1950 года. Это место стало стартовой точкой для наступления на Сеул. Столица Южной Кореи пала на следующий день, а танковая бригада вышла к реке Ханган. В панике южане взорвали главный мост через Ханган в то время, когда на нем еще находилось большое количество людей – погибли сотни солдат и беженцев. Большое количество живой силы и тяжелого вооружения осталось на северном берегу реки и было захвачено северянами. Саперы HACK потратили несколько дней на восстановление взорванного моста и первые танки смогли переправиться через реку только 3 июля.

3 июля 107-й танковый полк участвовал во взятии порта Инчхон. 5 июля 1950 года северяне впервые столкнулись с американцами, когда 33 танка Т-34-85 вступили в бой около Осана с тактической группой «Смит» из 24-й пехотной дивизии. 105-мм гаубицы открыли огонь фугасными снарядами по наступающим порядкам северян, при этом погибло много пехотинцев, ехавших на броне танков (в стиле Красной Армии), но сами танки остановить американцы не смогли. Американская пехота обстреляла танки из 75-мм безоткатных пушек, но безрезультатно. Расчеты 105-мм гаубиц дождались пока корейцы приблизятся на дистанцию 500 метров и только тогда открыли огонь бронебойно-фугасными снарядами, подбив два передовых танка. Поскольку в боезапасе у батареи имелось только шесть бронебойно-фугасных снарядов, их быстро израсходовали, а обычные фугасные боеприпасы оказались неэффективны. Главное противотанковое оружие батальона – 2.36-дюймовые базуки, также оказалось бесполезно: было произведено 22 выстрела по приближающимся танкам и все безрезультатно. Тактической группе удалось вывести из строя всего лишь четыре корейских танка, а затем пришлось отступить, потеряв 150 человек убитыми – более трети личного состава.

 

 

 

 

9 июля 1950 года 105-я танковая бригада, которой было присвоено почетное название 105-й Сеульской танковой дивизии, была пополнена около Сувона для дальнейших действий. К этому времени бригада потеряла всего лишь четыре танка – два подорвалось на минах, а два было подбито в бою с американцами. Самые тяжелые потери понесли корейские самоходчики, когда 28 июня семь из шестнадцати СУ-76М было уничтожено в перестрелке со 105-мм гаубицами из 6-й пехотной дивизии около Чхунчхона. Действия сил ООН против северокорейского вторжения только начинались, а воздушные удары по танковым клиньям в начале июля были неэффективны, вопреки донесениям пилотов.

 

Американские танки прибывают

 

Четыре дивизии 8-й Армии США (7-я, 24-я и 25-я пехотные дивизии и 1-я кавалерийская дивизия), расквартированные в Японии были усилены танковыми батальонами (77-м, 78-м, 79-м и 71-м, соответственно). Однако из-за узких дорог и мостов с низкой грузоподъемностью, характерных для Японии, в действительности, каждый батальон был представлен только ротой легких танков М24 «Чаффи». Эти танки и были в спешном порядке переброшены в Корею.

Первыми в бой вступили машины роты «А» 78-го батальона тяжелых танков, которые поддерживали 21-й пехотный полк 24-й пехотной дивизии. Это произошло 10 июля в районе Чхонджу. Американские танки безнадежно уступали северокорейским Т-34-85 – американцам удалось вывести из строя только один танк, несмотря на многочисленные попадания. В тот день в результате поломок в противооткатной системе были повреждены два М24. Еще три М24 были потеряны на следующий день. Броню легких американских танков пробивали не только мощные пушки «тридцатьчетверок», но и противотанковые ружья ПТРС калибра 14.5 мм, состоящие на вооружении северокорейской армии. Американские танкисты прозвали эти ружья «баффало ганз» – «ружья на бизонов». Слабые боевые качества М24 по сравнению с Т-34-85 деморализовали экипажи. Поэтому американские танки очень «робко» поддерживали пехоту даже во время боев над рекой Кымган, где северяне не применяли танков. К августу из 14 танков в строю осталось только два. Две другие роты также столкнулись с серьезными трудностями. Рота «А» 71-го танкового батальона потеряла большинство своих танков в начале августа 1950 года, а рота «А» 79-го танкового батальона также понесла значительные потери в боях с Т-34-85. Американские командиры потеряли веру в свои танки и стали уделять больше внимания другим видам противотанкового оружия. К этому времени в Корею начала поступать 3.5-дюймовая (89-мм) «супер-базука».

 

 

Американский легкий танк M24 «Chaffee»

 

 

3-я и 4-я пехотные дивизии северян без танковой поддержки преодолели сопротивление американцев на Кымгане в середине июля. 16 июля 107-й танковый полк 105-й танковой бригады переправился через Кымган, чтобы нанести удар по уцелевшим подразделениям 24-й пехотной дивизии американцев у Теджона. К этому времени американцы успели получить 3.5-дюймовые базуки, которые и применили 20 июля, подбив два Т-34-85. В течение следующих дней во время уличных боев в Теджоне американцам удалось уничтожить еще несколько «тридцатьчетверок». Для борьбы с танками организовали специальные отряды бронебойщиков, один из которых возглавил командир дивизии генерал-майор Вильям Ф. Дин. Генерал хотел лично убедиться в том, что теперь в войсках есть оружие против Т-34, который до сих пор был неуязвим. За время уличных боев северокорейская армия потеряла около 15 танков, но самые тяжелые потери были еще впереди. Семь танков было подбито из базук, а пять уничтожила авиация. Но и 24-я пехотная дивизия потеряла в Теджоне около трети личного состава и была вынуждена оставить город.

 

Круговая оборона Пусана

 

После падения Теджона 20 июля, войска Соединенных Штатов и Южной Кореи отступили к реке Нактонган и дальше к Пусану – самому юго-восточному городу Южной Кореи, в ожидании подкреплений. В этот период потери в танках у HACK были вызваны прежде всего плохими дорогами и гористой местностью. К этому времени у машин появились первые признаки износа, обусловленные интенсивной эксплуатацией в сложных условиях местности и постоянными боями. Несколько наиболее пострадавших танков разобрали на запчасти. Большие потери бригада понесла 23 июля под Кумчхоном, где несколько танков попало на минное поле, а несколько было подбито из базук в кровопролитной схватке с «Волкодавами» из 27-й пехотной дивизии. Это был первый случай за всю войну, когда американцам удалось остановить танковую атаку при помощи умелого использования нового противотанкового оружия – 3.5-дюймовых базук. Минные поля и сопротивление пехоты задержали продвижение корейских танков, а 28 июля во время атаки авиации ООН по меньшей мере пять танков было уничтожено ракетами или сожжено напалмом. К началу августа в бригаде оставалось около 40 боеспособных танков, много машин нуждалось в ремонте. Воздушные атаки оказались опасны прежде всего тем, что они нарушали снабжение запчастями и резервами, хотя непосредственные потери от налетов были не так велики.

Постоянная угроза с воздуха вынудила корейских танкистов изменить свою тактику. Теперь, чтобы избежать атак авиации ООН, любые передвижения осуществлялись под покровом темноты. Попытка форсировать Нактонган дважды заканчивалась неудачей именно из-за ударов авиации, которые вывели из строя еще пять танков. В это время вновь активизировались американские танковые войска. В токийских артиллерийско-ремонтных мастерских в спешном порядке отремонтировали три тяжелых танка М26 «Першинг», которые срочно перебросили в Корею. Эти три танка вместе с несколькими уцелевшими М24 «Чаффи» составили временный танковый взвод, который участвовал в обороне Чхонджу 28 июля. Однако солдатам из 6-й пехотной дивизии удалось подбить эти танки и они были брошены американцами.

Катастрофическое положение вынудило американцев мобилизовать свои танковые войска и перебросить их в Корею. Однако сделать это было не так то просто – после окончания 2-й Мировой войны и проведенной демобилизации Соединенные Штаты располагали всего тремя боеспособными танковыми батальонами: 6-м (оснащенным танками М46 «Паттон»), учебным 70-м (М4АЗ «Шерман» и М26 «Першинг», Форт-Нокс) и 73-м (М26, Форт-Беннинг). Танки М26 70-го батальона раньше стояли на постаментах вокруг базы в качестве памятников, а две роты M4A3(76)W HVSS были получены из арсенала в Рок-Айленде (танки M4A3(76)W HVSS больше известны как М4АЗЕ8). Кроме того 8-я Армия в Японии смогла наскрести 54 переделанных танка М4АЗЕ8 «Шерман», которые в спешном порядке объединили в 8072-й (позднее 89-й) батальон средних танков. Первая рота этой части прибыла в Корею в конце июля и вступила в бой 2 августа 1950 года. Рота «А» 1-й бригады морской пехоты была перевооружена танками М26 «Першинг» (вместо гаубичных танков М4АЗ(105)); в Пусан эта часть прибыла в начале августа.

89-й танковый батальон, состоявший из трех рот средних танков М4А3Е8 и одной роты тяжелых танков М26 «Першинг» был первой значительной танковой частью, вступившей в бой в Корее. Уцелевшие М24 из 79-го батальона составили пятую роту 89-го батальона. Начало боевых действий американских танкистов оказалось крайне неудачным: 2 августа под Масаном рота М4А3Е8 угодила в засаду 45-мм противотанкового взвода HACK и потеряла восемь танков. В начале августа батальон не вступал в танковые дуэли, но оказывал поддержку пехоте в тактических боях. Получив танки, американцы начали оказывать большее сопротивление противнику, временами переходя в контратаки. Успех постепенно стал переходить на сторону американцев, и одновременно к ним возвращалась вера в силу своих танков.

 

 

Американские танки – тяжелый М26 «Першинг» и средний М4АЗЕ8 «Шерман» – основные противники северокорейских «тридцатьчетверок»

 

 

105-я танковая бригада наконец смогла переправиться через Нактонган и 12 августа приняла участие в наступлении на Тэгу. 2-й батальон 109-го танкового полка был стерт с лица земли несколькими воздушными атаками авиации ООН в окрестностях Чхонджу 13 августа, а полк в целом потерял за это время 20 танков и несколько машин было повреждено. Оставшиеся танки полка распределили между пехотными частями, наступавшими на Тэджон, Йондон, Кимчхон, Вэгван, Тэгу и Йончхон, расположенных вдоль линии обороны Пусана, прежде чем они были собраны для нанесения нового удара. 15 августа из учебного танкового центра прибыл отдельный танковый батальон, имевший на вооружении 21 Т-34-85, который компенсировал потери, понесенные в недавних боях. Во время переправы через Нактонган около Вэгвана бригада вновь подверглась атакам с воздуха.

Танки морской пехоты США заставили отступить прежде непобедимые Т-34-85. 17 августа 1950 года колонна танков 107-го танкового полка перешла в атаку на позиции, которые защищала 1-я временная бригада морской пехоты около Вегвана в районе Нактонганского выступа обороны Пусана. В первый Т-34 попали из базуки, но танк продолжал движение. На повороте дороги этот танк наткнулся на М26 «Першинг». Корейские танкисты были уверены в своем превосходстве над американскими танками. Приняв, по-видимому, М26 за М24 корейцы безрассудно двинулись вперед. Два быстро последовавших попадания 90-мм снарядов подожгли Т-34. Один танкист попытался было выбраться из горящего танка, но очередь из пулемета не позволила ему это сделать. Второй танк, получив два попадания из безоткатной пушки и базуки, продолжал вести огонь. Два «Першинга» открыли ответный огонь и уничтожили этот танк. Третью «тридцатьчетверку» подбили похожим образом. Четвертый, и последний, Т-34 повернул назад, но был настигнут самолетами ООН. Этот бой смыл пятно с репутации американских танкистов, а прежде непобедимый и внушающий ужас Т-34 вскоре получил прозвище «банка с икрой».

Следующий танковый бой произошел возле Табудона, где 27-й пехотный полк пытался прорвать кольцо вокруг Тэгу. Рота «С» 73-го танкового батальона была придана для усиления пехоты. Ночью 27 августа корейцы предприняли свою последнюю крупномасштабную танковую акцию в долине. Атакующих корейцев встретила американская пехота и «Першинги». За два дня боев корейцы потеряли 13 танков Т-34 и 5 самоходок СУ-76М.

 

 

Т-34-85, подбитые в бою 17 августа 1950 г. У ближайшего танка внутренним взрывом  сорвало крышу башни

 

 

После мелких танковых стычек под Табу-доном и Вегваном корейцы стали очень осторожно использовать свои танки в значительных количествах. Кроме того, большая концентрация танков, представляла собой прекрасную мишень для авиации ООН, которая доминировала в небе над Пусаном, а танки являлись главной целью.

Прошедшие сражения показали недостаточную обученность корейских танкистов. Достаточно хорошо действуя против пехоты и легких танков, танкисты оказались неспособными вести встречный танковый бой. Огонь из танковой пушки велся медленно и неточно. По непонятной причине некоторые экипажи вели огонь по танкам фугасными снарядами. При этом даже попав в танк, что случалось не так уж редко, они не причиняли ему никакого вреда. «Першинг» выводил из строя Т-34 с одного попадания – американские танкисты были обучены великолепно, но, как правило, по танку делали несколько выстрелов, чтобы вызвать пожар. Потери американцев были, в основном, вызваны не танками, а минами и 45-мм противотанковыми пушками образца 1942 года.

Северокорейская пехота была оснащена противотанковым оружием немногим лучше пехоты южнокорейской, поэтому практиковались массированные пехотные атаки на танки в надежде взобраться на танк и открыть люк. Это была расточительная тактика, но иногда она приносила удачу, особенно ночью или на закрытой местности. В одном из таких боев, который будет описан ниже, американским танкистом была заслужена единственная, за всю войну в Корее, Медаль Почета.

31 августа 1950 года части HACK попытались форсировать Нактонган около Агока. Небольшое американское пехотное подразделение удерживало этот участок обороны. Поддерживали пехотинцев два танка М26 «Першинг» из роты «А» 72-го танкового батальона, 40-мм самоходное орудие М19 и полугусеничный автомобиль М3А1. Танкам удалось разрушить мост, который корейцы строили через реку, но более 500 северокорейских пехотинцев пересекло реку вброд. Корейцам удалось поджечь бронеавтомобиль и вынудить американцев отступить. Самоходка М19 отошла вместе с остальными на вторую линию обороны. Здесь двум «Першингам» пулеметным огнем удалось остановить пехоту противника. Вскоре один из танков пришлось бросить из-за технической неисправности и в строю остался только один М26, которым командовал старший сержант Эрнест Коума.

Коума вел огонь из 7.62-мм пулемета, а когда противник приближался слишком близко, использовал пистолет и гранаты. Во время этого ближнего боя, продолжавшегося девять часов, сержант был дважды ранен. К утру в танке закончились патроны и Коума приказал отступить. Корейцы вскарабкивались на танк, пытались открыть люки. Американцам ничего не оставалось, как вращением башни отгонять атакующих. На протяжении 12 километров, которые танк Коумы проехал, отступая к основным силам, были израсходованы последние снаряды. При этом экипажу удалось уничтожить три огневые точки противника. Выйдя к своим Коума приказал заправить танк, погрузить боезапас и снова двинуться в бой, но его самого пришлось срочно эвакуировать в тыл для оказания медицинской помощи. Когда была восстановлена исходная линия обороны, выяснилось, что танк Коумы уничтожил более 250 солдат противника. За этот бой сержант Коума был представлен к Медали Почета.

 

 

Десант в Инчхоне

 

К сентябрю силы ООН, оборонявшие Пусан, уже имели численный перевес над наступающими корейцами. Американская армия и корпус морской пехоты имели в своем составе до 400 танков, тогда как в 105-й танковой бригаде их оставалось всего лишь около 40. Однако местность вокруг Пусана была гористой и неудобной для наступления и командующий силами ООН в Корее генерал Дуглас Макартур предложил совершить великолепный по своему замыслу маневр – высадить десант в тылу северокорейской армии в порту Инчхон. Для проведения десанта выбрали Х-й Корпус. Инчхон располагался на побережье Желтого моря несколько западнее Сеула. Макартур полагал, что высадка сильного десанта в глубоком тылу противника вынудит его отступить.

Передовой частью Х-го корпуса была 1-я дивизия морской пехоты, усиленная 1-м танковым батальоном морской пехоты. Вслед за морскими пехотинцами последовали 7-я пехотная дивизия США и 73-й танковый батальон. Операцию по высадке десанта осуществили 16 сентября. Десантируемые силы использовали гусеничные плавающие бронетранспортеры LVT-3, поскольку густая прибрежная грязь не позволяла морским пехотинцам произвести высадку вплавь, как это было принято. Были атакованы три участка: рано утром десант высадился в Грин Бич на полуострове Влмидо, а ближе к полудню десантники высадились в Ред Бич и Блю Бич, по обоим берегам полуострова. Сильный прибой в районе Инчхона, а также ограниченные ресурсы не позволили произвести высадку одновременно.

 

 

Единственной бронемашиной, встретившей десантников оказался северокорейский бронеавтомобиль БА-64, который тут же был уничтожен выстрелом из 90-мм пушки танка М26 «Першинг». Десантирование в районе Ред и Блю Бич осуществлялось силами 1-й бригады гусеничных амфибий и 56-й бригады плавающих танков и амфибий, которая имела несколько LVT(A)4 для оказания огневой поддержки.

Хотя советская разведка, получив информацию от своих английских агентов о готовившемся десанте, и предупредила об этом руководство КНДР, Ким Ир Сен не прислушался к предупреждениям «Большого брата» и продолжал подготовку к новому наступлению на Пусан. Он полагал, что падение Пусана неизбежно и что десант вместо Инчхона будет направлен на выручку в Пусан. Силы ООН в Пусане действительно находились на грани поражения и поэтому все северокорейские войска были собраны под Пусаном, а Сеул остался практически без прикрытия.

 

 

В районе Сеула у северян находился только один необученный 42-й механизированный полк (18 Т-34-85). Однако сразу же после начала десанта 105-я танковая бригада получила приказ идти на север, а 43-й танковый полк (10-15 Т-34-85) был переброшен под Вонсон. Рота 42-го механизированного полка (меньше 10 машин) нанесла 16 сентября контрудар по десантируемым силам, но потеряла три танка во время налета авиации и еще три в столкновении с танками М26. 17 сентября двигаясь к аэродрому в Кимпо морские пехотинцы наткнулись на шесть Т-34-85, экипажи которых наслаждались завтраком. В атаке морской пехоты, которую поддержали М26 из 1-го танкового батальона морской пехоты, огнем из безоткатных пушек и танков все шесть «тридцатьчетверок» были уничтожены. Вскоре после боя мимо горящих танков проехал сам генерал Макартур, который увидев уничтоженные машины сказал: «При всем моем уважении к русским, хочу заметить, что эти танки получили свое». Большое количество корейских танков под Сеулом было подбито из базук. За период между 16 и 20 сентября американцы вывели из строя 24 Т-34-85, при этом 42-й механизированный полк был полностью разгромлен. 25 сентября было подбито еще 12 Т-34-85 из 43-го танкового полка, из них минимум семь на счету у танкистов, поддерживающих морскую пехоту. Во время уличных боев в Сеуле главной задачей «Першингов» стала поддержка огнем наступающей пехоты. Корейцы соорудили баррикады почти на всех главных улицах города и танки помогали преодолевать эти препятствия.

20 сентября рота «В» 73-го танкового батальона, поддерживая 31-й пехотный полк, попала под жестокий огонь корейцев, оборонявшихся вдоль дороги на Сувон. Один М4А3Е8 был потерян, но танкистам удалось уничтожить восемь окопанных Т-34-85. Затем несколько танков из этой части отбили танковую атаку корейцев, смявших передовой заслон американских войск. В этом бою корейцы потеряли еще три Т-34-85. В последнем танковом бою под Сеулом рота «А» вошла в Сувон с запада, уничтожив при этом еще четыре Т-34-85. Затем танки перебросили на юг к Осану, для поддержки тактической группы «Ханнум». Во время перехода были обнаружены и подбиты еще четыре Т-34-85.

 

Снятие осады с Пусана

 

После высадки десанта в Инчхоне планы предусматривали проведение наступательной операции 8-й Армии из Пусана. Корейцы получили подкрепление – 16-й и 17-й танковые полки, которые участвовали в одной из попыток захватить Пусан, состоявшейся 1 сентября. Во время этого наступления потери были велики с обеих сторон, но прорвать оборону 8-й Армии корейцам не удалось.

Контрнаступление 8-й Армии США назначили на 17 сентября – на следующий день после высадки десанта, предполагая, что известие о высадке десанта в тылу достигнет осаждавших и снизит их боевой дух. Наступление имело целью заставить отступить корейские части. Как и ожидалось, получив известие о десанте в глубоком тылу корейцы начали общее отступление. Самоуверенная и нахальная всего неделю назад Народная армия Северной Кореи во время сентябрьского отступления вдруг поникла, американцы же наоборот воспрянули духом. К началу отступления многие корейские части были сильно потрепаны деморализованы. Хотя поступил приказ отступать к Сеулу, многие солдаты бежали в горы, надеясь там укрыться от американцев. В это время 105-я танковая бригада продолжала отступление. Многие танки бригады были повреждены во время первых атак. Те танки, у которых пушка осталась цела, поставили на ключевых направлениях, планируя использовать их в качестве дотов.

Командующий 8-й армией генерал Уолтон Уокер, который служил во время 2-й Мировой войны вместе с Джорджем Паттоном, решил применить мобильные части для соединения с X корпусом генерала Макартура. Для этой цели был выбран батальон из 7-го кавалерийского полка, усиленный семеркой М4А3Е8 из роты «С» 70-го танкового батальона. Эта импровизированная часть получила название тактическая группа «Линч» и выступила поздно ночью 21 сентября. Целью группы было захватить и удержать переправу через Нактонган в 55 км к северу от Табудона. Преодолевая незначительное сопротивление, американцы быстро достигли Наксондона, где наткнулись на огневую позицию 76,2-мм орудия, из которого были подбиты два передних танка. Однако задержка оказалась недолгой – пехота быстро захватила корейскую пушку, и вскоре тактическая группа догнала арьергард отступающих корейских войск. Жертвой американских танков стал транспорт с боеприпасами, а затем были захвачены 20 пушек, 50 грузовиков, потерянных ранее американцами, и четыре Т-34. Колонна корейской пехоты была настигнута и расстреляна на середине переправы через Нактонган. Успех тактической группы подвел Уокера к мысли продолжить ее продвижение. В авангарде группы шел 3-й взвод роты «С» 70-го танкового батальона лейтенанта Роберта Бейкера. Ночью с 26 на 27 сентября удалось установить связь между Пусаном и X корпусом, когда взвод Бейкера встретился около Сувона с подразделениями 73-го танкового батальона. Тактическая группа «Линч» прошла более 200 км за 11 часов. Взвод Бейкера, однако, оторвался от основных сил группы и потерял с ними контакт. А в это время тактическая группа была атакована примерно десятью Т-34. Оставшиеся у американцев танки из 2-го взвода роты «С» выдвинулись против корейцев. Два «Шермана» были тут же подбиты, но третий успел поджечь две окопанные «тридцатьчетверки». Еще один Т-34-85 врезался в пехотную колонну американцев и успел раздавить около 15 джипов и грузовиков, пока, наконец, сам не был подбит выстрелом из 105-мм гаубицы с дистанции … 9 метров. Еще четыре Т-34 подбили из базук команды бронебойщиков. Оставшиеся два Т-34-85 повернули назад и стали отступать к Хабун-ни и Пьёнтеку, где их все равно настигли снаряды танков 70-го батальона. Этот бой стал одним из самых значительных встречных танковых боев за весь прорыв.

Необычный танковый бой произошел неделей позже около Сонхьённи. Рота «В» поддерживала 8-й кавалерийский полк. На рассвете 12 октября передовой М4АЗЕ8 подорвался на мине. Неожиданно из утреннего тумана вынырнули два Т-34 и тесно встали вокруг поврежденного «Шермана». Танки стояли так близко, что оказалось невозможно даже повернуть башню. Тогда «Шерман» дал задний ход и как только это стало возможно в упор выстрелил по корейскому танку. Снаряд угодил в ствол танкового орудия и расщепил его до половины. Подоспевший на выручку танк М26 «Першинг» выстрелом прямой наводкой вывел из строя второй Т-34, поразив его в башню. Два следующих корейских танка, показавшихся в это время из тумана были тут же подбиты с дистанции 50 метров. На следующий день американские танки вывели из строя еще пять Т-34-85, окопанных около Сонхьённи.

6-й танковый батальон мало участвовал в боях, пока 22 октября рота «А» не повстречала восемь Т-34-85 и одну СУ-76М. Корейцы не успели сделать ни одного выстрела, как были все уничтожены. Еще восемь Т-34-85 было вскоре найдено брошенными своими экипажами.

 

Итоги танковых боев

 

Тяжелые танковые бои продолжались в Корее с августа по октябрь 1950 года. В ноябре 1950 года встретить корейский танк можно было уже с трудом. Хотя в начале войны корейцы имели перевес в танках, к августу численное превосходство получили американцы. Перед войной КНДР имела 258 Т-34-85, еще 150 танков было получено из СССР уже после начала войны. К концу 1950 года американцы получили 1326 танков: 138 М24 «Чаффи», 679 М4АЗЕ8 «Шерман», 309 М26 «Першинг» и 200 М46 «Паттон».

До 1954 года произошло 119 танковых боев, в 104 боях участвовали танки армии США и в 15 – танки морской пехоты (1-й танковый батальон морской пехоты). М4АЗЕ8 участвовали в 59 боях (50%), М26 в 38 (32%), М46 в 12 (10%), а М24 в 10 (8%). Большинство боев носило характер мелких стычек и лишь в 24 боях с северокорейской стороны принимало участие более трех танков. Всего северокорейским танкистам и самоходчикам удалось подбить 34 американских танка, из них 15 было потеряно безвозвратно, остальные смогли отремонтировать и вернуть в строй. Американские танкисты, в свою очередь, подбили 97 Т-34-85 точно и еще 18 машин вероятно. Не удивительно, что М24 оказались наиболее уязвимыми для Т-34-85. Большинство подбитых М24 было потеряно безвозвратно, кроме того погибли многие танкисты.

 

 

Захваченные американскими войсками северокорейские бронеавтомобиль БА-64 и самоходки СУ-76

 

 

Т-34-85 оказался в большей степени подвержен действию танкового огня. Его броню пробивали все пушки американских средних танков, тогда как пробить броню М26 и М46 Т-34-85 мог с трудом. Кроме того, при попадании в Т-34-85 более часто по сравнению с американскими танками гибли члены экипажа. Потери среди северокорейских танкистов достигали 75%, а среди американских не превышали 18%. Частично это объясняется тем, что американцы добивались нескольких попаданий в танк, вызывая пожар и взрыв. В общем можно заключить, что Т-34-85 показал себя превосходным танком, но подготовка северокорейских танкистов не шла ни в какое сравнение с подготовкой американцев. В 1950 году американцы потеряли 136 танков, большая часть которых (69%) подорвалась на минах. По своим боевым характеристикам Т-34-85 примерно соответствовал М4А3Е8. Хотя М4А3Е8 был вооружен пушкой меньшего калибра, чем Т-34-85 широкое применение подкалиберных снарядов (Т4 HVAP-T) компенсировало этот недостаток. Благодаря более мощной пушке Т-34-85 на обычных дистанциях пробивал броню М4АЗЕ8 без особых трудностей. Из-за сложных условий местности (горы и холмы, которыми изобилует Корея) танковые сражения проходили на близких дистанциях. М26 и М46 явно превосходили Т-34-85 и соответствовали скорее советскому тяжелому танку ИС-2М.

По данным разведки ООН к октябрю 1950 года корейцы потеряли 238 Т-34-85 и 74 СУ-76М, то есть почти все танки (258 штук), полученные из Советского Союза. 102 танка уничтожила авиация ООН (из них 60% сожжено напалмом) и 13 танков было подбито из базук. Летчики сообщали, что ими было подбито 857 танков, что в несколько раз превышает количество всех имевшихся у корейцев танков и в восемь раз больше действительных результатов. Многие из танков оказывались настолько разрушены, что трудно установить каким оружием они были уничтожены. Показатели авиации могут быть завышены еще и потому, что летчики часто атаковали уже выведенные из строя Т-34-85. И наоборот, количество танков, подбитых из базук, явно занижено.

 

 

Вот каково было мнение танкистов о своих машинах к 1951 году, когда угроза, исходившая от Т-34-85, исчезла. Все танкисты без исключения отвергали М24 «Чаффи» из-за его тонкой брони и слабого вооружения. У танков М26 «Першинг» выявились серьезные недостатки двигателя и ходовой части. М26 часто называли «паршивым», а некоторые танкисты утверждали, что это не танк, а «полная неудача». М26 приводился.в движение таким же двигателем, что и М4А3Е8, хотя был на десять тонн тяжелее последнего и имел неудачную трансмиссию. Танкисты, которым довелось эксплуатировать оба этих танка, единодушно предпочитали «Першингу» «Шерман», который был надежнее, легче в обслуживании и гораздо маневреннее. По своим ходовым характеристикам в гористой местности «Шерман» значительно превосходил тяжелый М26, при этом мощность пушки М4АЗЕ8 была вполне достаточна. У М46 исправили многие недостатки, присущие М26, поскольку на «Паттоне» стоял новый двигатель и трансмиссия. Поэтому М46 по своим боевым качествам превосходил и М26 и М4АЗЕ8, хотя некоторые танкисты сохранили верность своим М4.

 

 

Вторжение китайцев

 

К октябрю 1950 года северокорейская армия отступала вдоль обоих побережий полуострова. Хотя некоторые части продолжали оказывать ожесточенное сопротивление, в целом армия Северной Кореи оказалась на гране разгрома. Силы ООН, под командованием генерала Макартура, приближались к реке Ялундзян, отделяющую Корею от Китая. В этом заключался серьезный стратегический просчет американцев, поскольку Китай решил, что американцы предпримут попытку перейти через корейско-китайскую границу (а надо признаться, что такие планы у Макартура действительно имелись). Китайцы не были заинтересованы в войне с США, поскольку все их главные силы были сконцентрированы для нанесения последнего удара по Тайваню, где находились остатки разбитой Китайской национальной армии Чан Кай-Ши. Война в Корее заставила китайцев отсрочить вторжение. Китайская 4-я полевая армия была переподчинена XIII Армейской группе, которой командовал Пен Те-Хуай, и направлена к Ялунцзы. Против 8-й Армии США, действовавшей на западном побережье Корейского полуострова, были выдвинуты три армии (38-я, 39-я и 40-я), а против морских пехотинцев и армии Республики Корея, рвущихся к водохранилищу Чанджинхо, была направлена 42-я армия. Имея две армии в резерве, XIII армейская группа, по данным воздушной разведки сил ООН, насчитывала 18 дивизий, дислоцированных вблизи границы и на территории Кореи.

XIII армейская группа не была самым лучшим соединением Китайской народной освободительной армии. Лучшие китайские части береглись для вторжения на Тайвань. Пехотные дивизии Народной добровольческой армии были скудно оснащены даже по китайским понятиям. Едва ли каждый третий солдат имел личное стрелковое оружие, главным образом американского производства, захваченное у частей Национальной армии Китая, а остальные вооружались только ручными гранатами. Артиллерийская поддержка была слабой, а танки практически полностью отсутствовали. Китайские танковые войска в основном оснащались .трофейными американскими (захваченными у Чан Кай-Ши) или японскими (предоставленными Советским Союзом) танками. Все танки предназначались для атаки на Тайвань и поэтому поддержку пехотных частей осуществляли уцелевшие северокорейские танки. К тому же многие солдаты, служившие в китайской армии, являлись бывшими чанкайшистами. Степень укомплектованности личным составом была достаточно высока. Свои недостатки в качестве Китайская армия с лихвой компенсировала количеством.

Перед вторжением китайцы вели переговоры с Советским Союзом, прося помощи в войне. Сталин был против, опасаясь, что конфликт перерастет в полномасштабную войну, в которой Соединенные Штаты, располагая атомным оружием, вероятнее всего могли бы одержать победу. Поэтому Сталин ограничился тем, что пообещал оказать воздушную поддержку, предоставив эскадрильи новых самолётов МиГ-15. В Генеральном Штабе также обсуждался вопрос оказания китайцам танковой поддержки. Для проведения вторжения, план предусматривал использование танковой армии, состоящей из двух или более танковых и одной механизированной дивизии. Однако Сталин отверг эту идею, согласившись тем не менее направить советские танковые части для защиты китайских городов, расположенных в Манчжурии, вблизи китайско-корейской границы. Эти танковые части, в которых насчитывалось порядка 200 новейших танков ИС-4, должны были отразить возможное вторжение американцев в Китай. Кроме того, Сталин согласился предоставить Китаю танки Т-34-85 и ИС-2М.

31 октября 1950 года 8-й кавалерийский полк и поддерживающая его рота «В» 70-го танкового батальона подверглись артиллерийскому налету 120-мм гаубиц и 132-мм реактивных минометов «Катюша». В полночь около Усана полк подвергся массированной атаке со стороны китайских 115-й и 116-й пехотных дивизий. Американцы понесли тяжелые потери: 10 М26, 3 М4А3Е8, 1 М32А1 (БРЭМ) и около батальона пехоты. Китай начал войну. В полдень 1 ноября 1950 года рота «А» 6-го танкового батальона встретила около Чхонгодона семь северокорейских Т-34-85 и всех их уничтожила. Это было последнее крупное танковое сражение в Корейской войне в самой северной точке, которую смогли достичь американцы.

Макартур планировал предпринять новое наступление в пятницу 24 ноября. Однако китайцы сумели незаметно для разведки ООН подвести подкрепления – IX армейскую группу, и теперь имели в Корее 31 пехотную дивизию. На возобновившееся наступление сил ООН, китайцы ответили Второй фазой наступления, которая состоялась 25-26 ноября и имела катастрофические последствия для американцев. 25-я пехотная дивизия вместе с 89-м танковым батальоном были разгромлены юго-восточнее Унсана. 2-я пехотная дивизия и 72-й танковый корпус были вынуждены отойти. Южнокорейский II корпус, действовавший на востоке также был разбит. К началу декабря 8-я Армия США отступила вдоль западного побережья за Пьёнъян, а 1-я дивизия морской пехоты была выбита из района Чанджинхо. Солдаты из потрепанных американских частей считали свое отступление бегством. Морские пехотинцы продолжали отступать от водохранилища Чанджинхо. О положении дел на этом участке фронта может красноречиво говорит одно из донесений, полученных от морских пехотинцев: «Мы атакованы со всех сторон, отступаем в ад». Соединившись с 7-й пехотной дивизией около Хагару, X корпус был морем эвакуирован из Вонсана и Хамхуна обратно в Пусан, откуда выступил всего шесть месяцев назад.Армия Южной Кореи продолжала продвигаться вдоль восточного побережья полуострова. Когда 1-я дивизия морской пехоты 27 октября высадилась в Вонсоне, главные силы КНДР в этом районе были уже разгромлены. 7-я пехотная дивизия высадилась в порту Хыннам, захватив эшелон с СУ-76М, который только что прибыл из СССР. Главной целью морских пехотинцев был гидроузел Чанджинхо – сердце северокорейской энергетики. Южнокорейская 3-я пехотная дивизия уже с боями продвигалась к водохранилищу. Противостоял ей китайский 5-й полк 8-й армии. Пленные, захваченные 29 октября, (главным образом бывшие чанкайшисты) сообщили, что в районе водохранилища китайцами сконцентрированы значительные силы. В течение нескольких дней китайцы предприняли по всему фронту широкое наступление, известное как Первая фаза наступления. Наступление продолжалось до 6 ноября и прекратилось так же неожиданно, как и началось. Первая фаза достигла своей цели – наступление американцев было остановлено.

Китайская добровольческая армия начала Третью фазу наступления 31 декабря 1950 года, отбросив 8-ю Армию за Ханган и вновь захватив Сеул. Это была крайняя точка, которую смогли достичь китайцы. Силы ООН получили подкрепления и смогли стабилизировать фронт к югу от Хангана. К середине января 8-я Армия насчитывала 650 танков. Среди них находилось 45 английских танков (Mk-3 «Центурион» из 8-го гусарского полка и эскадрон Mk-VII «Черчилль» из 7-го Его величества танкового полка). Кроме английских, силы ООН располагали и американскими танками: 64 М24 «Чаффи», 317 «Шерманов» различных модификаций (М4А3Е8, гаубичные М4А3 (105) и ряд других), 50 М26 «Першинг» и 97 М46 «Паттон». Штаб армии, расположенный в Вашингтоне, сомневался в ценности танков в Корее и отказался прислать дополнительные танковые батальоны. В действительности же танки очень помогли американцам остановить и разбить китайцев, начавших в феврале 1951 года Четвертую фазу наступления. При этом силам ООН удалось в который уже раз форсировать Ханган и захватить Сеул. К апрелю американцы отбросили китайцев к 38-й параллели, на позиции с которых началась эта война. По-видимому, китайцы предприняли Пятую фазу наступления, но она закончилась полным провалом. К маю 1950 года правительство США категорически запретило своим войскам пересекать 38-ю параллель. Начались длительные переговоры о мире. Они не означали окончания боевых действий, просто мобильная война, характерная для первых девяти месяцев боев сменилась кровавой ничьей – «войной передовых постов». Предпринимались только локальные маневры с целью уничтожения ключевых опорных пунктов противника. Это были напряженные бои вдоль Канзасской и Джеймстоунской линий – операции «Крюк», «Впадина», «Разочарованные горы» и «Холм Свиное рыло». В этих операциях роль танков была ограничена, хотя их продолжали широко использовать, но, главным образом, для оказания артиллерийской поддержки. Высокая точность стрельбы танковых пушек позволяла вести прицельный огонь по врагу через долины или горные хребты. Были проложены дороги и подготовлены огневые позиции, чтобы танки могли быстро перемещаться в нужную точку. Война в Корее вступила в пехотно-артиллерискую стадию, которая продолжалась с весны 1951 до самого конца войны в 1953 году.


Поделиться в социальных сетях:
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Мой Мир


При использовании опубликованных здесь материалов с пометкой «предоставлено автором/редакцией» и «специально для "Отваги"», гиперссылка на сайт www.otvaga2004.ru обязательна!


Первый сайт «Отвага» был создан в 2002 году по адресу otvaga.narod.ru, затем через два года он был перенесен на otvaga2004.narod.ru и проработал в этом виде в течение 8 лет. Сейчас, спустя 10 лет с момента основания, сайт переехал с бесплатного хостинга на новый адрес otvaga2004.ru