БРОНЕТАНКОВАЯ ТЕХНИКА В АФГАНИСТАНЕ (1979-1989) — ЧАСТЬ 3

© А.Р.Заец. Альманах «Военный комментатор», 2003. №1(5)
Материал предоставлен автором

<<< См. вторую часть

   

   


 

Глава 2. Противотанковые средства вооруженных формирований оппозиции и их применение

 

Наличие в составе 40-й Армии танков и другой бронированной техники, широкое применение ее в боях, потребовали от вооруженных формирований афганской оппозиции использования противотанковых средств и выработки специальных приемов для борьбы с бронетанковой техникой.

В качестве противотанковых средств моджахеды использовали:

• ручные противотанковые гранатометы;

• безоткатные орудия китайского, пакистанского и американского производства;

• противотанковые мины китайского и западного производства;

• фугасы различной конструкции;

• 12,7-мм пулеметы ДШК китайского производства и зенитные горные установки.

 

Кроме того, уже в конце афганской эпопеи было зафиксировано появление у противника противотанковых управляемых ракет. Скорее всего, это были китайские копии советского ПТРК «Малютка».

Благодаря зарубежной финансовой помощи, оппозиция постоянно наращивала свои противотанковые арсеналы. В 1984 году нормой считалось наличие одного РПГ на десять человек, безоткатного орудия, ДШК и 2 – 3 РПГ на группу из 25 человек, а на формирование из сотни бойцов полагалось четыре ДШК, пять БЗО и десяток РПГ. Только за первую половину 1987 года подразделениями 40-й Армии было уничтожено или захвачено 580 пулеметов ДШК и зенитных горных установок, 238 безоткатных орудий, 483 противотанковых гранатомета. Если в 1983 -1985 годах один РПГ-7 приходился на 10 -12 боевиков, то в 1987 году – уже на 5 – 6 человек. Количество и качество противотанкового вооружения продолжало увеличиваться (см. табл.11).

 

Таблица 11

Количество ПТ вооружения в формированиях моджахедов

Вооружение

ПТРК

БЗО

РПГ

1988 г.

28

1440

10140

1989 г.

1130

1750

11000

 

Ручные противотанковые гранатометы, применяемые оппозицией, в основном были советского и китайского производства: РПГ-2 и РПГ-7 (китайский аналог – «Тип 69»). Имелось также некоторое количество противотанковых гранатометов западного производства: «Лянце», М72, «Сарпак», «Пикет» (см. табл. 12).

К недостаткам РПГ можно отнести невысокую точность стрельбы на максимальную дальность и демаскирующее облако газов при выстреле.

Безоткатные орудия, используемые в Афганистане, были произведены в Китае, Пакистане или США. В Китае производилась копия советского 82-мм безоткатного орудия под обозначением «Тип 78», Пакистан и США поставляли моджахедам в основном устаревшие 75-мм безоткатные орудия М20.

К началу 1980-х годов безоткатные орудия в основном были сняты с вооружения армий западных стран, но для афганских условий были настоящей находкой, составив, наряду с неуправляемыми реактивными снарядами, артиллерию моджахедов. По существу, «безоткатки» представляли собой станковые гранатометы с увеличенной дальностью стрельбы и расширенной номенклатурой боеприпасов. Соответственно увеличивалась и масса орудия, хотя из китайского безоткатного орудия можно было вести огонь и с плеча. Имея более высокую скорость полета и массу, чем гранаты ручных гранатометов, снаряды БЗО могли не только пробивать, но и проламывать тонкие листы брони. К недостаткам безоткатных орудий относят большое рассеивание снарядов и потому невысокую точность при стрельбе на большие расстояния. Так же как и РПГ, безоткатное орудие дает при выстреле газовое облако, демаскирующее огневую позицию.

Поэтому огонь из РПГ и БЗО открывался, как правило, с минимальной дистанции и по возможности массировался, то есть по одной машине стреляло сразу несколько гранатометов и орудий. Иногда моджахедами создавались специализированные противотанковые группы, в которых 50 – 80% личного состава было вооружено гранатометами. Граната обычно переносилась в стволе гранатомета, еще одну гранатометчик переносил на плече с помощью веревки или ремня. Кроме того, две гранаты носил помощник гранатометчика, он же, как правило, перезаряжал гранатомет после выстрела, вел наблюдение в сторону флангов и тыла и прикрывал основного стрелка огнем из стрелкового оружия.

Сделав 1-2 выстрела, гранатометчик старался сменить позицию, расчет БЗО менял позицию реже. А.Лебедь, воевавший в Афганистане в должности командира батальона 345-го пдп, вспоминал о боях в Баграмской долине в 1982 году: «…засады осуществлялись, как правило, малыми силами и следующим образом. Где-нибудь, за каким-нибудь полуразваленным дувальчиком с тщательно продуманными путями отхода таились два-три гранатометчика с помощниками. Какая мимо них идет колонна – им все равно, главное, чтобы она шла. Раз – над дувалом выросли две-три фигуры. Три-четыре секунды – залп. Присели. Помощники отточенными, выверенными движениями бросили в стволы по гранате. Два! Опять над дувалами те же фигуры, те же секунды. Второй залп. Далее гранатомет за спину и… давай Бог ноги. Какой-нибудь обиженный танковый комбат разворотит все вокруг себя – но две-три машины горят, и надо оттаскивать раненых и убитых, а птички улетели…».

Стрельба с таких дистанций велась с достаточно высокой точностью по уязвимым местам машины, отмечены случаи целенаправленного попадания в ствол пушки, приборы наблюдения и прицеливания. Цели обстреливались моджахедами до момента возгорания или взрыва. Однако не стоит переоценивать меткость гранатометчиков. Тот же Лебедь вспоминал, как во время внезапной атаки моджахедами боевых порядков парашютно-десантного батальона в феврале 1982 года в районе кишлака Махмудраки из более чем двух десятков выстрелов РПГ цели достигло лишь четыре. Причем три гранаты пришли к броне под такими большими углами, что срикошетировали без подрыва боевой части, и лишь одна граната пробила броню, убив одного из десантников.

 

Таблица 12

Краткие ТТХ ручных противотанковых гранатометов

Показатели

Гранатометы

РПГ-2

РПГ-7

М72

«Лянце»

«Сарпак»

Производитель

СССР, КНР

СССР, КНР

США

ФРГ

Франция

Калибр, мм:

 

- гранатомета

40

40

66

44

68

- гранаты

80

85

66

67

68

Длина РПГ, мм:

 

- в походном положении

.

950

655

880

765

- в боевом положении

.

950

893

1162

1017

Масса, кг :

 

- гранатомета

2,86

6,3

2,36

10,3

2,97

- гранаты

.

2,2

1,0

1,5

1,07

Прицельная дальность, м

150

500

350

300

200

Скорость гранаты, м/с

84

300

145

168

150

Бронепробиваемость, мм

.

400

300

370

300

 

Китайские и пакистанские копии 12,7-мм советского пулемета ДШК производились под обозначением «Тип 54» и имели в боекомплекте бронебойные пули БЗТ и Б-32. Кроме того, для ведения огня по наземным целям могли использоваться китайские копии зенитной горной установки ЗГУ-1 – «Тип 75», на которой устанавливался еще более мощный 14,5-мм пулемет КПВТ, также имевший бронебойные боеприпасы (см. табл. 14).

Крупнокалиберные пулеметы позволяли поражать бортовые, а иногда и лобовые проекции легких бронированных машин. Кроме того, огонь из этих пулеметов велся по прицелам и смотровым приборам.

 

Таблица 13

Краткие ТТХ БЗО

Показатели

наименование

М20

«Тип 78»

Производитель

США

КНР

Калибр, мм

75

82

Длина, мм

.

.

Высота, мм

.

.

Масса, кг :

 

- орудия

72

34,1

- снаряда

6,5

.

Дальность стрельбы, м

 

 

- прямого выстрела

.

500

- максимальная

1500

2000

Начальная скорость снаряда, м/с

305

252

Бронепробиваемость, мм

.

150

 

Противотанковые мины поступали к моджахедам из Китая («Тип 72»), Египта (SH-55), США (М19), Великобритании (Мк7), Италии (TS-2,5 и TS-6), Пакистана (Р2Мк2, Р2МкЗ) и других западных и арабских государств (см. табл. 15).

Большим разнообразием отличались приемы и способы минирования. Одиночные мины устанавливались, как правило, в местах, где подрыв мог вызвать длительную остановку: на крутых закрытых поворотах, дорожно-мостовых сооружениях, крутых косогорах, карнизах и полках, в теснинах, выемках, на высоких насыпях.

Убедившись, что стандартная противотанковая мина разрушает лишь ходовую часть бронетанковой техники, моджахеды начали устанавливать по две-три мины в одно гнездо или использовать дополнительные заряды взрывчатых веществ, получая фугасы. В качестве заряда фугаса использовались, как правило, авиационные бомбы и артиллерийские снаряды или взрывчатка в чистом виде, уложенная в различную тару – мешки, ящики, снарядные гильзы, даже котлы и кастрюли. Ударная волна фугаса, в зависимости от мощности заряда, могла прогнуть или проломить днище, а то и опрокинуть машину. Воздействие потока вторичных осколков на внутреннее оборудование иногда вызывало подрыв боекомплекта и полное уничтожение машины. Один из танкистов вспоминал о подрыве на мощном фугасе: «…танк разорвало так, что днище вскрыло, как консервную банку, повырывало катки, гусеницы. Механик-водитель пытался выбраться через люк, показались только его руки – дальше не смог, сгорел вместе с машиной… ».

Подрыв фугаса производился различными способами. Детонацию основного заряда мог вызвать взрыв обычной мины, установленной рядом с фугасом. Использовались также электрические детонаторы, контакты которых выводились на поверхность в виде обрывков троса, проволоки и т.п. При наезде гусеницы боевой машины на оба контакта цепь замыкалась и происходил взрыв. Применялись и контакты со специальным размыкателем, который разрушался при наезде, замыкая цепь. Такой взрыватель работал как против гусеничной, так и против колесной техники.

 

Таблица 14

Краткие ТТХ крупнокалиберных пулеметов

Показатели

наименование

«Тип 54» (ДШКМ)

«Тип 75» (ЗГУ-1)

Производитель

СССР, КНР, Пакистан

СССР, КНР

Калибр, мм

12,7

14,5

Длина наибольшая, мм

2328

3900

Длина ствола, мм

1342

1342

Масса:

 

- пулемета, кг

53

140

- патрона, г

.

200

- пули, г

52

60…63,6

Прицельная дальность стрельбы, м

1600

2000

Начальная скорость пули, м/с

830-850

980-995

Темп стрельбы, выстр./мин

540-600

550-600

Скорострельность, выстр./мин

80

70-80

Бронепробиваемость с 500 м, мм

16

32

 

Ввиду того, что при проводке колонн советскими войсками широко использовались минные тралы, моджахеды начали использовать различные способы для уменьшения давления на взрыватель. Широко начали применяться итальянские противотанковые мины TS-2,5 и TS-6, имевшие пневмомеханический взрыватель. При воздействии на мину нажимная крышка прогибалась, уменьшая объем воздушной камеры. Воздух при этом проходил через калиброванные отверстия и давил на диафрагму, которая прогибалась, приводя взрыватель в действие. Вследствие такой конструкции мины срабатывали только после более или менее длительного воздействия расчетной нагрузки. Для усиления эффекта замедления при закладке мину переворачивали взрывателем вниз, оставляя под ней в грунте выемку.

Для замедления срабатывания взрывателя и затруднения поиска мина могла устанавливаться на большой глубине, но при этом ослаблялось фугасное действие заряда. При установке фугасов с электродетонаторами контакты могли различным образом изолироваться (полиэтиленовой пленкой, резиной, деревом и т.д.), и подрыв происходил только после разрушения изоляции.

Кроме того, применялись фугасы, управляемые по проводам. Пункт управления фугасом оборудовался, как правило, в 400 –500 метрахот места закладки. Для дублирования использовался детонирующий шнур.

Войскам приходилось сталкиваться и с бронетанковой техникой в рядах моджахедов, причем применялась она достаточно грамотно. Так, весной 1986 года в районе Хоста при захвате базового района Джавара со стороны мятежников действовало три танка Т-55, которые находились на господствующих высотах и наносили своим огнем большой урон наступающим афганским подразделениям. Сами моджахеды, правда, писали только о двух танках, которые были ими захвачены на заставе афганской армии в Бари в 1983 году и приведены в Джавару. Войдя же непосредственно в базовый район, войска обнаружили: «…в самом дальнем участке базы боксы для техники с ямами для ремонта. В одном из них стоял танк Т-34. Обслужен, заправлен, с новенькими аккумуляторами. Завелся с ходу и выехал из бокса…».

 

Таблица 15

Краткие ТТХ противотанковых мин

Показатели

наименование

M19

Mk7

TS-6

TS-2,5

Производитель

США

Великобритания

Италия

Италия

Масса, кг : мины

12,7

13,6

9,08

3,6

- ВВ

9,5

9

6

2

Размеры, мм : диаметр

-

320

270

205

- высота

76

100

180

110

- ширина

330

-

-

-

- длина

330

-

-

-

Усилие срабатывания, Н

1600

1500

1800

1900

Материал корпуса

Пластик

Сталь

Пластик

Пластик

 

  


 

 

 

Глава 3. Боевое использование танков и легких бронированных машин

 

Как известно, поначалу широкомасштабные боевые действия советских войск не планировались. Однако все более усиливающаяся активность моджахедов и настойчивые просьбы афганского руководства неотвратимо втягивали ОКСВ в вооруженное противостояние с оппозицией. Как вспоминал Б.Громов, служивший в 1980 году начальником штаба 108-й мсд, «в конце января в Кабул прилетел главнокомандующий Сухопутными войсками генерал армии Павловский… именно от генерала Павловского мы впервые услышали о том, что 40-й Армии предстоит вести боевые действия. Тогда же началась подготовка к ним: заменялись призванные из запаса люди и старые виды вооружения…». Вполне понятно, что боевые действия подразделения должны были вести, используя штатную боевую технику, в том числе и бронетанковую.

Применение боевых машин в Афганистане имело свою специфику, связанную как с местностью, так и с нестандартными формами боевых действий. Как правило, танки и легкие бронированные машины использовались:

• на заставах и постах для охраны дорог и важных объектов;

• для проводки колонн;

• в рейдовых операциях и при блокировании районов;

• в качестве транспорта;

• при проведении специальных операций.

Как видим, среди вышеперечисленного нет как раз того вида боя, для которого и предназначены танки, БМП и БТР – стремительного наступления с выходом на фланги и в тыл обороняющемуся противнику. Генерал-майор Ляховский вспоминал: «В «афганской войне» все происходило не так, как писалось в учебниках по тактике и боевых уставах, и как обучались войска…».

Об этом же писал генерал Б.Громов: «…выяснилось, что все выработанное советской военной наукой и записанное в боевых уставах, в том числе в разделе «Ведение боевых действий в горах», годится только для западного направления и европейского театра военных действий. Здесь же, в Афганистане, мы были вынуждены многое постигать на ходу, медленно продвигаясь вперед путем проб и ошибок…».

Заставы и посты были важнейшей частью военной инфраструктуры, созданной на территории Афганистана советскими войсками. Их создание началось весной 1980 года, когда стало ясно, что от безопасности на основных транспортных магистралях полностью зависит не только успех боевых действий, но и просто выживание ОКСВ. Б.Громов вспоминал: «…вдоль этих трасс было направлено несколько рекогносцировочных групп, которые по всем правилам военной науки определяли наиболее удобные места для размещения наших застав. Специально для этого из Москвы прилетели ведущие офицеры и генералы Военной академии им. Куйбышева, военные инженеры очень высокой квалификации… вместе с ними работали и офицеры частей, в зоне ответственности которых находились те или иные отрезки дорог… за неделю мы облазили все склоны и высоты на своем участке, и с учетом мнений специалистов определили наиболее удобные места, на которых должны стоять заставы или сборно-пулеметные сооружения… через месяц создание системы охраны было закончено…». Но это в зоне ответственности 108-й дивизии, на других участках система охраны и обороны коммуникаций создавалась в течение всего 1980 года, а, кроме того, совершенствовалась и в последующие годы с учетом боевого опыта.

Всего войсками 40-й Армии было оборудовано 862 заставы и сторожевых поста, которые контролировали наиболее важные участки местности вдоль основных транспортных магистралей и вокруг советских гарнизонов. Застава (пост) занималась подразделениями от мотострелкового отделения до роты со штатным бронетанковым вооружением и на наиболее важных направлениях могла усиливаться одним, а то и несколькими танками. Танковые заставы стояли вдоль дорог Термез – Кабул, Нойбабад – Доши, Кундуз – Талукан, Кишим – Файзабад, Шинданд – Диларам.

В качестве примера можно привести организацию охраны на трассе Кабул – Термез в апреле 1985 года. Мотострелковый батальон, усиленный танковой ротой и артиллерийской батареей охранял до60 километровшоссе. Из состава батальона от каждой мотострелковой роты выделялось 5-6 застав и постов и 2-3 подвижных группы. Всего от мотострелкового полка выделялось 23 заставы и поста и 14 подвижных групп.

В феврале 1986 года на трассе Пули-Чакри – Джелалабад мотострелковый батальон под командованием М.Тубеева, усиленный танковой ротой и артиллерийским дивизионом, охранял102 километрадороги. В зоне ответственности 7-й мотострелковой роты батальона находилось32 километратрассы, 8-й мср –40 километрови 9-й мер –30 километров. Всего командир батальона располагал для организации охраны и обороны 42 БМП, 11 танками, 12 самоходными гаубицами и 27 минометами калибра82 мм.

На 1 июля 1987 года на охране коммуникаций находилось 23 советских батальона, аэродромы охраняло 14 батальонов, военные и экономические объекты – 23 батальона, местные органы власти еще 22 батальона, что составляло 60% от общего количества батальонов 40-й Армии. В частности, как вспоминал Б.Громов, 80% личного состава 108-й мсд было задействовано в 1980 году для охраны200 километровдороги от Кабула через Саланг до Доши.

Для танков и других боевых машин на заставе обязательно оборудовалось укрытие – либо в грунте, либо на грунте из подручного материала, таким образом, чтобы укрыть от огня большую часть корпуса машины, но обеспечить наилучший сектор обстрела. К укрытию мог отрываться ход сообщения. Таким образом, машина превращалась в неподвижную долговременную огневую точку, хотя ей обеспечивалась и возможность выхода из укрытия. Заместитель командира 24-го гв. танкового полка подполковник В.Певцов вспоминал о службе экипажей на постах: «…связь по рации. Вот и думай, сержант, принимай самостоятельные решения сообразно обстановке. Тут, как говорится, сам себе голова, и не только себе. Как организуешь командир, службу, как сплотишь товарищей, продумаешь все до мелочей, так и задачу поставленную выполнишь…».

Необходимо отметить, что в целом этот способ применения танков и легких боевых машин себя оправдал. Танковая пушка, обладая большой настильностью траектории и дальностью прямого выстрела, эффективно подавляла огневые средства моджахедов, находившиеся в зоне досягаемости и не имевшие, как правило, броневой защиты. Высокую эффективность показывали 23-мм и 30-мм автоматические пушки, установленные на ЗСУ-23-4 и БМП (БМД)-2, обладавшие высокой скорострельностью и большими углами возвышения, что позволяло обстреливать вершины гор. Огонь по целям, которые не наблюдались непосредственно, обычно не велся, хотя дальность стрельбы 100-мм и 115-мм танковых пушек была для этого более чем достаточной. Однако здесь сказывалось отсутствие корректировщиков такого огня, необходимость дополнительных вычислений для получения исходных данных и другие факторы.

С другой стороны, существенно увеличивалась живучесть машин. Вероятность попадания в танковую башню неуправляемого реактивного снаряда была достаточно мала, а попадание 82-120 мммин крыша башни выдерживала. Хотя в 1983 году в 177-м мсп погиб наводчик танкового орудия в результате прямого попадания мины в открытый люк башни. Приблизиться на дальность выстрела из гранатомета моджахедам не позволяла пехота и огонь танковых пулеметов. Реальную опасность представляли лишь безоткатные орудия и противотанковые ракетные комплексы, но «безоткатки» имели слишком большое рассеивание снарядов на предельной дальности стрельбы и попасть в малоразмерную цель было достаточно трудно, а противотанковых ракет было мало, да и появились они на вооружении оппозиции уже в конце 1980-х годов.

Проводка колонн была другой важнейшей задачей бронетанковой техники. Посты и заставы занимали ключевые участки местности, но между ними было несколько километров дороги, которую не всегда удавалось контролировать с постов. Генерал Громов вспоминал: «…полностью исключить воздействие оппозиции на советские колонны нам не удалось по нескольким причинам. Во-первых, душманы имели преимущество потому, что им приходилось воевать на хорошо знакомой местности. Они выросли в этих районах и горах, поэтому действовать им было значительно легче и проще, чем нам. Во-вторых, отряды моджахедов были очень мобильны, постоянно находились в движении, имели возможность маневрировать и всегда видели нас. Наши заставы, наоборот, находились в статике, всегда стояли на одном и том же месте. Охранять дорогу, используя мобильные подразделения, командование не могло – только для патрулирования нам нужно было иметь втрое больше сил, чем те, которыми мы располагали…».

Поэтому транспортные колонны проводились боевыми подразделениями, да и сами подразделения, передвигаясь по территории Афганистана, вынуждены были действовать в колоннах. Танки и легкие бронированные машины включались как в походное охранение, так и в состав самой колонны. На первых порах были и ошибки в использовании техники. Б.Громов вспоминал о первой операции 108-й дивизии в провинции Кунар весной 1980 года: «Не зная специфики Афганистана и используемой душманами тактики, мы поставили в начале колонны огромный небронированный БАТ. Все было сделано по науке, кроме одного: мы не учли, что душманы специально устраивают завалы на узких участках дороги. Когда мы дошли до первого из них, БАТ был в упор расстрелян и выведен из строя. Мы оказались запертыми своей же подбитой техникой – огромная махина загородила путь и обойти ее было невозможно. Пришлось скинуть в пропасть…».

При проводке транспортных колонн охранение назначалось из расчета один бронетранспортер или БМП на десять автомобилей. За 1-2 часа до прохода колонны дорогу обычно проходил отряд обеспечения движения, в который включалось подразделение саперов и мотострелковая рота с танковым взводом. Если в отряде не было инженерных машин разграждения и боевых машин разминирования, то на танки навешивались катковые минные тралы КМТ-5. Затем на наиболее опасные участки выдвигались подразделения блокирования, которые разворачивались в боевой порядок вдоль маршрута. Построение боевого порядка диктовалось условиями местности, как типовой вариант можно выделить размещение одиночных танков, БТР и БМП на удалении прямого выстрела друг от друга. Промежутки занимали группы мотострелков с интервалом между группами 300-400 метров. Лишь потом начинала движение транспортная колонна.

При движении колонн боевых подразделений обязательно назначалось боевое охранение. Вот, например, походный порядок боевого охранения мотострелкового батальона при проведении операции в районе Баграма 12 мая 1987 года: пешая разведка, танк с катковым минным тралом, инженерная машина разграждения ИМР-1, танк с универсальным танковым бульдозером. Следом – основная колонна батальона в следующем порядке: БМП (танк), орудие развернуто вправо, два грузовых автомобиля, снова БМП (танк), но орудие развернуто влево, опять два грузовых автомобиля и так далее.

Основная опасность в таких операциях исходила как от мин и фугасов, так и от засад моджахедов, а основная трудность заключалось в том, что боевые машины на горной дороге в составе колонны были лишены свободы маневра. При организации засады противник стремился еще больше ограничить эту свободу минированием. Например, во время операции «Магистраль» в ноябре 1987 года в один из дней на1800 метрахдороги было обнаружено 64 противопехотные мины, 126 противотанковых мин и 32 фугаса. Поэтому впереди колонны всегда двигались саперы, а возглавляла ее боевая машина разминирования БМР-2 или танк с Катковым минным тралом. Именно они первыми принимали на себя минные сюрпризы. Так, в мае 1986 года при проведении операции в уезде Даджи, при продвижении к перевалу Нарай, БМР-2 рядового Байрамова из состава 45-го оисп пришла в район сосредоточения Алихейль с перебитыми торсионными валами первых опорных катков, подрывами с машины было сбито все навесное оборудование. Машина в этом случае осталась на ходу, но, к примеру, при проведении очередной операции в Панджшере в июне 1985 года взрыв фугаса под минным тралом был настолько силен, что БМР-2 отбросило на15 метров, а экипаж машины погиб.

Отсутствие инженерного обеспечения практически срывало выполнение боевой задачи. Так, 1 февраля 1981 года в районе кишлака Кучи танки, сопроводив бензовозы к месту назначения, возвращались в пункт постоянной дислокации. Головная машина подорвалась на фугасе, когда же к ней приблизился второй танк, вновь произошел подрыв. Экипаж третьего танка решил, что теперь опасность миновала, и подъехал к остановившимся машинам для буксировки, но также подорвался. Таким образом, танковый взвод был выведен из строя буквально на пятачке, и пришлось выбрасывать вертолетный десант для спасения боевой техники и экипажей.

Но и саперы и тралы помогали далеко не всегда. 2 апреля 1984 года во время марша в районе Файзабада батальонная колонна испытала пять минных подрывов, причем головной танк подрывался трижды. Подразделение вернулось в Файзабад, не выполнив боевой задачи. В танковой роте старшего лейтенанта В.Малышева во время совершения марша за короткий промежуток времени подорвалось на минах сразу семь (!) танков.

Большие трудности возникали с протраливанием мин и фугасов, установленных на постепенное срабатывание. Герой Советского Союза Игольченко вспоминал, что при его четвертом подрыве по фугасу предварительно прошло семь автомобилей и два бронетранспортера, но взрыватель сработал лишь под третьим катком танка (что, впрочем, спасло жизнь механику-водителю). Взрыв был такой силы, что днище танка выбило по сварным швам. А.Лебедь описывал сходный случай, когда по противотанковой мине прошло два танковых тягача, бронетранспортер, две БМД, и лишь под последним катком шестой машины мина взорвалась. Механик-водитель при этом отделался контузией, находившиеся на броне люди были сброшены на землю, а солдат в десантном отделении погиб.

Минирование могло представлять собой как самостоятельную акцию, так и средство остановки колонны для последующего обстрела со склонов гор или из «зеленки». Когда колонна останавливались, танки и другие боевые машины могли вести огонь только с места, выйти из колонны было достаточно трудно. Таким образом, они становились неподвижной мишенью, огонь же велся в основном по бортовым проекциям, а при расположении огневых средств ярусами по склонам гор – и сверху, в крышу башни и корпуса. В.Кубатин, служивший в Афганистане наводчиком-оператором БМП-1, вспоминал о засаде 15 сентября 1981 года в ущелье Шинкарак близ Асадабада: «…танки спустились в русло. Наша БМП доехала до воронки, и вдруг со всех сторон выстрелы, сверху, с гор, засвистели пули… я прыгнул в башню, начал водить прицелом по камням, чтобы определить, откуда стреляют. Нашел одного, второго, третьего. Уничтожил осколочным. Но стрельба не прекращалась, а только усиливалась. В нашу сторону полетели трассеры из дома, что стоял вверх по ущелью метров за двести. Я туда, в окно два снаряда вкатил, утихло. БМП поднялась в гору, уже проехали сухое русло реки…только я развернул башню, вдруг впереди метрах в двух разорвался снаряд. Врезался прямо в стену, в скалу. Думаю: «Мама родная, это ведь из гранатомета, сволочь, стреляет…» Сам прицелом внизу ущелья место ищу, где он может прятаться. В это время Гия проехал метров пять, снова остановился. Тут же снова взрыв сзади, в стену, в скалу снова ударил… когда душман стрелял второй раз, я увидел его по вспышке и пыли, которая поднялась за его спиной. Тут же выстрелил в него бронебойным. Он в это время заряжал третью гранату в гранатомет. Судьба распорядилась, видимо, так, что ему остаться в горах, а не нам. Опоздай я на несколько секунд…он как раз бы попал в БМП…».

С другой стороны, угол возвышения основного оружия Т-55 и Т-62 не позволял вести огонь по вершинам гор, что и заставляло включать в состав боевого охранения установки ЗСУ-23-4. Если позволяла обстановка и местность, танкисты использовали для увеличения углов возвышения склоны гор. «…Развернули машины, загнали на бровку дороги так, что башни лбами в небо смотрели…» – вспоминал капитан Шпак. Лишь появление БМП-2 и БМД-2 несколько снизило остроту данной проблемы, так как 30-мм пушка могла вести огонь почти вертикально вверх.

Таким образом, подчас при нападениях на колонны разыгрывались серьезные бои, и 40-я Армия несла в засадах ощутимые потери. Так, 5 сентября 1983 года на участке дороги Кабул – Вулусвали колонна топливозаправщиков в сопровождении парашютно-десантной роты войдя в зеленую зону, попала в засаду. Дорога на этом участке шла вдоль реки Логар, причем сады и виноградники подходили к дороге на 50 –100 метров. Силы мятежников были таковы, что командир батальона, обеспечивающего проводку, был вынужден отправить на помощь еще одну роту. Несмотря на это, колонна прорывалась через участок длиной 12 километров в течение 3,5 часа. Потери составили 12 автомобилей и два бронетранспортера.

Поэтому проводку колонн планировали как боевую операцию. Например, когда в районе Баграма в начале мая 1987 года возникла необходимость в смене личного состава на заставах, было привлечено значительное количество сил и средств, вплоть до артиллерии и авиации. Несмотря на это, одна из колонн на переходе через ирригационный канал была встречена огнем моджахедов, сам переход оказался заминированным. Танки и БМП были выведены на прямую наводку, под прикрытием их огня саперы уложили через канал колейный мост, и все же до наступления темноты прорваться к самой дальней заставе не удалось. На следующий день1200 метровзеленой зоны войска с боем преодолевали в течение дня, причем пришлось выставить блокирующие подразделения вдоль всего маршрута. В бою была потеряна боевая машина пехоты.

Кроме того, войска были вынуждены проводить и операции по уничтожению вооруженных формирований оппозиции. До середины 1980 года пытались воевать традиционными способами по танкодоступным направлениям вдоль дорог и долин, однако опыт показал, что такие действия были малоэффективны, и войска перешли к боевой работе мобильными группами по точным разведданным против конкретных отрядов моджахедов. В состав мобильной группы включался, как правило, мотострелковый батальон на штатной боевой технике, который усиливался танковым взводом или ротой и другими подразделениями. Действия стали более успешными, и проводились по следующей схеме:

1) выдвижение в район боевых действий;

2) окружение (блокирование) района (объекта);

3) прочесывание района и уничтожение живой силы, вооружения, сооружений мятежников;

4) возвращение к месту постоянной дислокации.

Выдвижение в район и его окружение производилось, как правило, на боевой технике, танки и боевые машины выставлялись на ключевых участках местности с таким расчетом, чтобы они могли вести огонь прямой наводкой по предполагаемому расположению противника, но в то же время находились вне зоны эффективного огня противотанковых гранатометов. Интервалы между машинами в этом случае могли достигать 200 –300 м. В ходе таких операций вырабатывались и новые боевые порядки. Так, в 1981 году танковая рота капитана В.Миленного получила задачу блокировать на ночь западную границу зеленой зоны в районе Марджа и не допустить выхода моджахедов из района. Выполнить задачу в традиционном боевом порядке было невозможно, и командир роты расположил танки крестообразно, обеспечив круговой обстрел. За ночь было отражено несколько попыток прорыва противника из зеленой зоны, уничтожено несколько пулеметных гнезд и одно безоткатное орудие, причем рота потерь не понесла и на рассвете поддержала атаку укрепленного района огнем.

Если местность позволяла, пехота сближалась с противником на боевых машинах под прикрытием огня танков, но бой внутри блокированного района велся подразделением, как правило, в пешем порядке. Н.Григорьев вспоминал: « …нашим войскам чаще приходилось вести боевые действия на коротких дистанциях с противником, находящимся в укрытии. На иных условиях партизаны, как правило, в бой не вступают и стараются избежать его любой ценой. При этом сводится на нет наше преимущество в боевой технике и ее вооружении…». Примером удачных действий по блокированию и прочесыванию является операция, проведенная в апреле 1981 года в районе перевала Халан-Мердаут. По сведениям разведки, бандформирование, действующее в районе перевала, сосредоточилось в кишлаке Рабати-Поем. Для ее уничтожения было выделено два мотострелковых батальона.

Батальон под командованием майора А.Верисоцкого выступил к перевалу в ночь на 24 апреля на бронетранспортерах. На перевале батальон спешился и походным порядком обошел кишлак, заняв выгодные позиции на склоне выше кишлака. Второй батальон под командованием майора Плотникова начал движение на рассвете 24 апреля, добравшись до перевала, забрал с собой бронегруппу батальона Верисоцкого и начал охватывать кишлак с трех сторон. Моджахеды попытались уйти в горы, но были остановлены огнем и вернулись в кишлак. Бронетехника замкнула кольцо окружения, и при поддержке ее огня пехота атаковала противника. Бой продолжался в течение пяти часов, было убито 40 моджахедов, четырнадцать попали в плен.

Важным моментом, влияющим на исход операции в целом, являлся точный огонь танков и других боевых машин прямой наводкой. Так, в сентябре 1985 года в районе Доханаи-Гори, что западнее Пули-Хумри, два моджахеда огнем с удачной позиции полдня сдерживали продвижение двух батальонов 149-го мотострелкового полка. Задача была решена лишь тогда, когда бойцы буквально «на руках» вкатили БМП-2 на господствующую высоту. Огонь 30-мм автоматической пушки разнес пулеметчиков в клочья.

В октябре 1987 года в районе Кандагара подразделение спецназначения нарвалось в заброшенном кишлаке на крупную банду, имевшую два безоткатных орудия, десяток только крупнокалиберных пулеметов, переносные зенитно-ракетные комплексы. Спасти группу от полного уничтожения удалось только с помощью бронетанковой техники: танк занял господствующую высоту, откуда и открыл огонь по кишлаку. Ответный залп из пяти гранатометов лег с недолетом, танкисты могли беспрепятственно подавлять огневые точки моджахедов. Под прикрытием танкового огня два бронетранспортера на максимальной скорости влетели в развалины, забрали убитых и раненых, и столь же стремительно покинули кишлак. «…Позади грозно шел танк, развернув пушку с последним снарядом в сторону кишлака…» – вспоминал участник той операции.

В литературе описан и случай штурма укрепленного района в горной долине танковой ротой. К сожалению, автор статьи не указал ни места, ни времени действия, упомянув лишь фамилию командира роты – капитан Г.В.Жиров. Причем описана танковая карусель пока один из взводов ведет огонь прямой наводкой по опорному пункту с максимальной скорострельностью, два взвода загружаются боеприпасами. Показательно, что моджахеды приняли бой, ведя ответный и небезуспешный огонь из безоткатных орудий и гранатометов. Огневой бой продолжался в течение всего светового дня, но успеха танкистам не принес – моджахеды продолжали удерживать занимаемые позиции. Соваться в кишлак без пехоты командир роты не решился, зато за ночь поднял два танка вверх по склону долины почти на300 метров. Успеху маневра способствовала предварительная разведка маршрута и звуковая маскировка движения. Утром танки открыли огонь по позициям противника сверху с тыла, что в сочетании с фланговой атакой вынудило моджахедов оставить укрепленный район.

Проводились и более крупные десантно-ударные операции по уничтожению базовых районов, в которых участвовали подразделения и части нескольких афганских и советских дивизий. Так, для операции в Панджшере в мае-июне 1982 года привлекалось более 300 единиц бронетанковой техники. Только в первой половине 1987 года было проведено восемь крупных операций, в которых в общей сложности участвовало 50 советских батальонов.

При выполнении боевых задач в таких операциях мотострелковый батальон как правило усиливался танковой ротой, 1 – 2 артиллерийскими дивизионами и 1 – 2 взводами ЗСУ-23-4. В самом батальоне также могли создаваться штурмовые группы. Так, майор С.Столяров для штурма узла сопротивления, расположенного в пещерах и усиленного каменной кладкой и фортификационными сооружениями, сформировал штурмовые группы на основе мотострелковых рот. В каждую группу включался танковый взвод, две гаубицы Д-30, одна ЗСУ-23-4, огнеметное и саперное отделения. Все танки, БМП и ЗСУ в штурмовых группах сводились в бронегруппы для огня прямой наводкой.

Несмотря на привлекаемые для огневого поражения артиллерию и авиацию, огонь танков и легких бронированных машин прямой наводкой подчас являлся единственным способом уничтожения огневых точек противника. В аналитической записке Главного управления боевой подготовки Сухопутных войск отмечалось, что оборона базовых районов была чрезвычайно развитой в инженерном отношении. Моджахедами оборудовались траншеи, окопы, укрытия, подземные ходы и галереи, причем, как правило, в несколько ярусов. Уничтожить огневые средства, находящиеся в пещерах или под скальными козырьками, с помощью артиллерийского огня или авиационных ударов было достаточно сложно. В этом случае и требовался огонь прямой наводкой. Так, в июне 1985 года один из полков 108-й мотострелковой дивизии несколько раз пытался войти в Панджшерскую долину, но всякий раз останавливался огнем из пещер. Лишь после того, как удалось вывести на прямую наводку танки, мотострелки получили возможность продвигаться вперед. После того, как было захвачено устье ущелья и господствующие высоты на глубину 1,5-2 километра, что исключало поражение бронетанковой техники фланговым огнем, бронегруппа входила в ущелье. Боевой порядок строился таким образом, чтобы машины могли обстреливать противоположные склоны долины. Танки действовали взводами или даже парами вдоль дорог и доступных направлений с интервалами до100 метров, перемещаясь бросками от укрытия к укрытию.

А.Лебедь вспоминал, как в Ниджрабской операции в феврале 1982 года моджахеды остановили огнем в одном из ущелий два парашютно-десантных батальона: « …как-то незаметно и ненавязчиво разгорелся нешуточный бой. Пули щелкали по дувалам, деревьям, по стенам домов… я выдвинул на огневые позиции приданный танковый взвод, развернул минометный взвод батальона. Били с окружающих склонов, били с прилепившихся к этому склону домов. Роты третьего батальона находились выше тщательно замаскированных нор и пещер и практически как-либо серьезно воздействовать на них не могли. Исход боя решили танкисты. Два десятка прицельно посланных снарядов заставили замолчать несколько огневых точек, а за ними смолкли и все остальные…».

Характерен бой по уничтожению опорного пункта, проведенный в 1980 году ротой под командованием капитана В.Сидякина. При выходе к опорному пункту рота спешилась, техника вышла на прямую наводку, одновременно один из взводов совершил обходной маневр и закрепился на гребне соседней с опорным пунктом высоты. Основные силы роты имитировали атаку, вынудив моджахедов раскрыть систему огня. По выявленным огневым точкам ударила прямой наводкой бронетехника, мятежники бросили позиции и начали отход, попав под огонь обходящей группы с гребня господствующей высоты. Стремительной атакой рота овладела опорным пунктом.

Стремление к усилению мощи огня прямой наводки приводило к тому, что в штурмовые группы иногда поорудийно включались 122-мм и 152-мм самоходные гаубицы, а батареи самоходных гаубиц выставлялись для огня прямой наводкой. Так, в апреле 1987 года при штурме укрепленного района в провинции Баглан командир 201-й мед полковник Шеховцов усилил атакующие подразделения двумя батареями 2С3, выведя их на расстояние 700 – 900 метров. Участники этого боя вспоминали: «Разрывы осколочно-фугасных снарядов проламывали в стенах такие бреши, в которые без труда проходили танки и БМП, давили любое огневое сопротивление противника и обеспечили успешное выполнение задачи…». Таким же образом 2С3 были использованы в мае 1986 года в боях за город Ханабад в провинции Кундуз.

С другой стороны, если войска пытались действовать по шаблонам «большой войны», то несли потери. В марте 1980 года во время операции по захвату ущелья Луркох в районе Фараха, разведывательное подразделение попыталось преодолеть завал на входе в ущелье в бронированном боевом порядке, без спешивания, с ходу. В результате две БМП-1 подорвались, сократив и без того небольшое пространство для маневра, а подразделение попало под плотный огонь противника, оказавшись в очень тяжелом положении.

А вот другой пример, характерный с точки зрения правильного и неправильного использования бронетанковой техники. В мае 1984 года воздушно-десантное подразделение, усиленное танками, попыталось овладеть укрепленным районом моджахедов в оазисе Фахджа. Оазис представлял собой сплошные посадки винограда, пересеченные оросительными каналами, вдоль которых проходили параллельные дороги. Первоначально бронетехника в зеленую зону войти не смогла: дороги были минированы, виноградники подтоплены, противотанковые группы противника вели огонь из гранатометов, используя сплошные заросли. Поэтому командир подразделения оставил танки за пределами зеленой зоны на прямой наводке и начал атаку в пешем порядке. Пока наводчики боевых машин видели цели, десантники успешно продвигались вперед, но как только цепь углубилась на 200 –300 метровв виноградники, бронегруппа была вынуждена прекратить огонь. Десантники тут же были остановлены моджахедами, а затем и вытеснены из зеленой зоны. Повторная атака успеха также не принесла.

Командир подразделения прекратил бесплодные атаки. За ночь была проведена большая подготовительная работа, и утром следующего дня противник увидел уже иной боевой порядок. Боевые машины десанта были выстроены в колонны напротив дорог, ведущих в глубину оазиса, башни машин были развернуты «елочкой». Каждую бронегруппу возглавлял танк, перед которым находилась группа саперов. На броне танков разместились стрелки, прикрывавшие работу саперов. Колонны замыкались автомобилями «Урал-375», нагруженными танковыми боеприпасами.

После артиллерийской подготовки колонны двинулись в зеленую зону, одновременно с ними начали атаку цепи десантников, которые двигались на уровне головных машин. Таким образом, огнем танков и БМД уничтожались цели, лежащие на пути стрелковых цепей, а те, в свою очередь, не давали душманским гранатометчикам выдвигаться на позиции, удобные для обстрела бронетехники. Из трех десятков выстрелов из РПГ, которые удалось произвести моджахедам, ни один в цель не попал, с другой стороны, у десантников не было убитых, так как противник был лишен возможности вести прицельный огонь. По израсходовании боекомплекта танк останавливался, пропуская колонну вперед, пополнялся боеприпасами из «Урала», и вновь обгонял колонну, выходя на острие атаки. Операция была успешно завершена, оазис очищен от противника.

В «обычных» условиях при проведении операций подразделениями специального назначения бронетехника не используется, но афганская специфика сказалась и здесь. Уже при формировании летом 1979 года в 15-й отдельной бригаде специального назначения ТуркВО так называемого «мусульманского батальона» две роты и рота вооружения были оснащены БТР-60ПБ, еще одна – БМП-1, а зенитно-артиллерийский взвод имел ЗСУ-23-4 «Шилка».

В 40-й Армии первоначально была лишь 459-я отдельная рота СпН, не имевшая своей бронетехники, но опыт боев вынудил ввести в штат роты в декабре 1980 года одиннадцать БМП-1. А.Чикишев вспоминал: «Выходить на операцию в горы или в зеленую зону без бронегруппы, полагаясь лишь на «верный АКС», было делом весьма рискованным…». Соответственно, те отряды СпН, которые входили в Афганистан позже, обязательно имели штатную бронетанковую технику. Механики-водители и наводчики орудий для них приходили из обычных учебных подразделений.

Так, 154-й и 177-й отдельные отряды СпН имели в одной роте БМП-2, во второй – БМП-1Д и в третьей – БМД-1. Кроме того, для сопровождения колонн на боевых выходах была зенитно-артиллерийская группа из четырех «Шилок». Вошедшие в состав 40-й Армии еще позже 668, 334, 370, 168 и 411-й отдельные отряды СпН имели одну роту на БМП-2 и две роты на БТР-70 или БТР-80.

Бронетанковая техника использовалась для выдвижения к месту проведения специальной операции. За 15-20 километровот места организации засады спецназ спешивался, а машины уходили на ближайший советский пост. Теперь главной задачей бронегруппы становился максимально быстрый выход к месту проведения операции для эвакуации спецназовцев. Опоздание, как правило, грозило бойцам гибелью.

Иногда бронетанковая техника использовалась и непосредственно для организации засад.

Так, осенью 1981 года лейтенант А.Конов организовал в сухом русле реки танковую засаду. Русло было заминировано, напротив места минирования находился первый танк, чуть дальше по руслу – второй. На рассвете была обнаружена движущаяся по руслу автомобильная колонна моджахедов. Когда головная машина подорвалась на мине, танки открыли огонь практически в упор, уничтожив шесть автомобилей и 25 мятежников.

Наконец, в течение всей войны бронетанковая техника использовалась в качестве обычного транспорта для передвижения из одного пункта в другой. Перемещение на автомобильном транспорте, особенно на одиночных машинах, было достаточно рискованным мероприятием, поэтому командиры всех степеней предпочитали боевые машины. Начальник бронетанковой службы дивизии подполковник Н.Фомин вспоминал, что к июлю 1981 года «транспортная проблема была уже решена. В Кабул строго по расписанию, как рейсовые автобусы, ходили бронетранспортеры. Проезд бесплатный, надо только накануне записаться в журнале у оперативного дежурного…».

 

 

 

Заключение

 

Таким образом, Афганская война, конечно, не стала триумфом бронетанковой техники, как, например Ближневосточные войны 1968 и 1973 годов. К этому имелись объективные предпосылки в виде специфичных боевых действий. Рельеф местности сыграл здесь меньшую роль, потому что, как показали боевые действия в Афганистане после ухода советских войск, рельеф не помешал противоборствующим сторонам интенсивно использовать бронетанковую технику и добиваться с ее помощью решительных результатов. Поставки бронетанковой техники «за речку» продолжались в течение всего последнего десятилетия XX века, и она была там востребована. Поэтому нет каких-либо оснований говорить о плохом качестве советской техники или ее неправильном применении. По меньшей мере, некорректно высказывание И.Дроговоза: «…выяснилось, что оружие, так красиво смотревшееся на испытательных полигонах и парадах, в реальном бою действует не так эффективно. Меч оказался с дефектами…». Советские танкисты сделали в Афганистане все, что могли. Будь на месте Т-55 американские «Абрамсы» или немецкие «Леопарды», в партизанской войне они не добились бы большего. Характерно, что и во время операции 2001 года американцы не решились действовать в Афганистане сухопутной группировкой, предоставив грязную работу войскам антиталибской оппозиции, вооруженным советской техникой.


Поделиться в социальных сетях:
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Мой Мир


При использовании опубликованных здесь материалов с пометкой «предоставлено автором/редакцией» и «специально для "Отваги"», гиперссылка на сайт www.otvaga2004.ru обязательна!


Первый сайт «Отвага» был создан в 2002 году по адресу otvaga.narod.ru, затем через два года он был перенесен на otvaga2004.narod.ru и проработал в этом виде в течение 8 лет. Сейчас, спустя 10 лет с момента основания, сайт переехал с бесплатного хостинга на новый адрес otvaga2004.ru