Проблемы и возможности отечественного морского подводного оружия

Капитан 3 ранга запаса М.Климов
Материал для сайта «Отвага» предоставлен автором

 

В настоящий момент проблема морского подводного оружия (МПО) стала одной из главных в системе ВМФ. На момент распада Советского Союза в 1991 г. имело место существенное отставание в морском подводном оружии ВМФ СССР от развитых зарубежных стран. Причем отставание существенно большее, чем для других видов/образцов ВиТ Вооруженных сил СССР. В последующие годы эта проблема еще более обострилась.

Основные проблемные вопросы торпедного и противолодочного оружия (ПЛО) ВМФ России:

• малые эффективные дальности стрельбы (много меньше западных торпед),

• фактически отсутствие эффективного телеуправления торпед,

• ряд недостатков систем самонаведения (ССН) торпед, применение в качестве противокорабельного канала системы самонаведения с вертикальным лоцированием кильватерного следа (ВЛКС)

• ограниченный срок службы МПО ВМФ, существенно меньший, чем у МПО западного производства,

• большие габариты и веса МПО ВМФ,

• ограниченный боекомплект противолодочного оружия на надводных кораблях (НК) ВМФ,

• высокая стоимость современного МПО, острый вопрос обеспечения боекомплекта флота

 

Некоторые пояснения

 

Главная проблема ССН с ВЛКС – значительная потеря позиций залпа по дистанции (торпеда заведомо стреляется «за цель» и потом ее догоняет) и догонной скорости (торпеда идет не по прямой к цели, а по «синусоиде»).

Фактически, еще в 1960-х годах, позиции стрельбы нашими торпедами калибра 53 см находились в зоне поражения американского противолодочного ракетного комплекса ASROC, в благоприятных гидрологических условиях, наша ПЛ не успев выстрелить сама, получала «дубиной Асрока».

США занимались разработкой аналогичных ССН еще с 1940-х годов, однако от установки их на свои торпеды отказались.

Единственная серийная торпеда с ССН по кильватерному следу Mk-45 mod.1 «Фридом» (экспортная модификация атомной торпеды «Астор») интереса на мировом рынке не вызвала, рассматривавшийся контракт (единственный) с Турцией был закрыт в связи с боевыми действиями ВС Турции и Греции в середине 1970-х гг. из-за Кипра

Вопреки широко распространенному мнению, торпеде с ССН ВЛКС можно эффективно противодействовать, способы этого в ВМС США прекрасно известны и они отрабатываются.

Разумеется, кильватерный след корабля является весьма заметным и целесообразным объектом для использования для наведения торпед, однако существовали гораздо более эффективные варианты этого, например совершенствование горизонтального лоцирования реализованного в нашей ССН «Андромеда» еще в 1961 г., или ССН экспортной торпеды ТТ-5, обеспечивавшую минимальную потерю догонной скорости наведением торпеды исключительно внутри кильватерного следа.

 

Полный провал в ВМФ в вопросах телеуправления торпед

 

Наши работы по телеуправлению (ТУ) начались в начале 1960-х годов в ЦНИИ автоматики и гидравлики (г. Москва). «Была принята схема проводной линии связи, построенная на одновременной двусторонней размотке провода из катушки, размещенной в торпеде, и катушки, буксируемой за ПЛ-носителем. Системой телеуправления была оснащена торпеда типа СЭТ-53М, в 1969 г. она была принята на вооружение под индексом ТЭСТ-68. В 1971 г. была создана торпеда ТЭСТ-71 на базе более современной торпеды СЭТ-65, затем торпеда ТЭСТ-71М, вертолётная телеуправляемая торпеда ВТТ-1 на базе торпеды АТ-1». (цит. по «60 лет ЦНИИ «Гидроприбор», СПб 2003 г.)

В отличие от западных систем телеуправления обеспечивавших управление несколькими торпедами залпа как по курсу, так и по глубине – для максимального учета гидрологии, уменьшения шумности торпеды, изменении класса цели (например при «прыжке дельфина» ПЛ на поверхность), комплекс телеуправления наших дизельных подводных лодок пр.641Б и пр.877 обеспечивал управление одной торпедой и только в горизонтальной плоскости.

До настоящего времени, у нас применяется буксируемая лодочная катушка телеуправления. Воздействие потока воды на скорости приводит к закручиванию буксируемой катушки и обрыву провода телеуправления. Применение длинного кабель-троса, для уменьшения этого эффекта, исключает применение телеуправления на малых глубинах и возможность стрельбы многоторпедными залпами.

В конце 1960-х годов на западе пришли к шланговой лодочной катушке телеуправления, остававшейся при выстреле на задней крышке ТА. При этом стравливание провода для компенсации послезалпового маневрирования ПЛ производилось через защитный «шланг». Шланговое телеуправление позволило резко повысить надежность связи, уменьшить ограничения по скорости и маневрированию ПЛ при телеуправлении, обеспечить стрельбу многоторпедными залпами с телеуправлением, в том числе на самых малых глубинах. В результате – повысилась эффективность торпедного оружия ПЛ и значительно увеличились позиции стрельбы по дистанции.

В 1970-х годах все необходимые проработки шланговой катушки были сделаны и у нас, однако на пути внедрения встал флот. Необходимость после выстрела снять с задней крышки торпедного аппарата катушку и удалить из торпедного аппарата «шланг» требовало ручной работы матроса. В ТТЗ ВМФ жестко стояло требование автоматической перезарядки ТА, выполнимое лишь в случае буксируемой катушки.

Флот не пустил шланговое телеуправление на корабли, более того – широко распространялось мнение что «нам это не нужно», так как наши ПЛ уступают иностранным в шумности, у наших торпед высокая шумность и т.д. Основная торпеда атомных подводных лодок 3 поколения – УСЭТ-80 – так и не получила телеуправления предписанного ей в ТТЗ на разработку.

Между тем даже кратковременное телеуправление резко повышает эффективность залпа по ПЛ в реальных условиях, а возможность реализации позиций стрельбы по надводным кораблям, следующим противоторпедным зигзагом на дистанции свыше 11-13 км, возможна только с телеуправлением. А главное – до середины 1980-х годов телеуправление оставалось единственным эффективным средством обеспечения помехоустойчивости залпа в условиях мощного гидроакустического противодействия. Все ССН, всех стран до начала 1980-х гг. не обладали необходимой помехоустойчивостью, поэтому для эффективной стрельбы для ПЛ еще с 1950-х годов в ВМС США появилось обязательное условие – телеуправление, а для надводных кораблей – большой боекомплект ПЛО – возможность выполнения многократных атак ПЛ.

ВСЕ западные тяжелые торпеды, и даже новые торпеды ВМФ Китая, имеют шланговое телеуправление.

 

 

Ситуация такова что, например, ни одна из представленных на Международном военно-морском салоне IMDS-2009 торпед, не имела шланговой катушки телеуправления, даже новейшая УГСТ (!). У всех буксируемые …

Применение буксируемой катушки на наших торпедах это рудимент 50-летней давности. Это ставит подводные лодки ВМФ России, фактически под расстрел оружия противника с много большими эффективными дистанциями.

 

Отказ ВМФ СССР от разработки перспективной тепловой универсальной торпеды в пользу электрической

 

В 1964 г. ВМФ СССР был произведен конкурс эскизных проектов перспективной универсальной торпеды УСТ – тепловой, и электрической. Несмотря на то, что ТТХ тепловой на глубинах до 600 м получались существенно выше электрической, для дальнейшей разработки, под предлогом скорого появления в ВМС США атомных подводных лодок с глубиной погружения до 1000 м, была принята электрическая торпеда. Образцом для ее батареи послужила выловленная американская торпеда Mk-44 с батареей активируемой морской водой – водно-химический источник тока (ВХИТ).

В период 1964-1980 гг. были разработаны и приняты на вооружение электрические торпеды с ВХИТ – СЭТ-72 (40 уз, 8 км), УМГТ-1 (41 уз, 8 км), УСЭТ-80 (свыше 45 уз, 18 км).

Выбор «электрического направления» развития универсальных торпед ВМФ привел к:

• заведомому значительному отставанию универсальных торпед ВМФ от торпед ВМС США по скорости, дальности, эффективным позициям залпа,

• большому весу торпед,

• высокой стоимости торпедного оружия ВМФ,

• ограниченным сроком службы батарей торпед (не более полутора десятка лет),

• снижению ТТХ торпед в процессе эксплуатации (свойственно всем электрическим торпедам),

• из-за малой солености исключалось применение новых торпед в Балтийском море,

• зависимость мощности от условий, ставящей под сомнение «официальные ТТХ» («СЭТ-72… В боевой комплектации произведено около двадцати выстрелов. … Условий, при которых промышленность обещала скорость хода 40 узлов нигде обнаружить не удалось. Имеем некоторый недобор по скорости хода. … Ведь у нас с торпедой УСЭТ-80 будет та же проблема» — цит. по «Такова торпедная жизнь» Гусев Р.А. 2004 г.)

Причиной развития электрических торпед в европейских странах (Mk-24, DM2, SUT, F-17 и т.д.) была меньшая шумность в сравнении с тепловыми – возможность скрытной атаки, «тихого убийства». Однако малошумность ни в коей мере не относилась к нашим электрическим торпедам, «гремевшим» много более западных тепловых.

Сегодня новейшие образцы зарубежных электрических торпед – «Блэк Шарк», DM2A4 – практически догнали тепловые по транспортным характеристикам, однако достигнуто это было на высокотехнологичных батареях с парой «алюминий–окись серебра». Не смотря на то, что разработка таких батарей у нас упоминались в отчете ЦНИИ Крылова за 2006 г., сегодня эти батареи в предложениях наших электротехнических кампаний отсутствуют.

Последствия конкурса 1964 г. действуют до сих пор. Разрабатывавшаяся долго и мучительно, но так и не пройдя всех необходимых испытаний, торпеда УСТ была принята на вооружение ВМФ СССР как УСЭТ-80 в 1980 г., и была «унаследована» со всеми проблемами Военно-морским флотом России.

Высокая стоимость и ограниченный срок службы электрических торпед создали большие сложности ВМФ РФ. Фактически флот сегодня вынужден закупать дорогостоящие, и морально устаревшие еще 30 лет назад торпеды, например – госзакупка 253/08/02 (2008 г.) – на поставку 15 торпед УСЭТ-80 общей стоимостью 421 874 тыс. руб.

Для сравнения – «ВМС США заказали отделению Naval & Martine Integrated Systems фирмы «Raytheon» изготовление 115 комплектов аппаратуры для создания новой модификации торпеды Мк-48 мод.6 ADCAP. Стоимость работ составляет 14 млн. долл., срок окончания – середина 2004 г. Торпеда Мк-48 мод.6 будет отличаться от модификации 5 усовершенствованными гидроакустическими ССН, системами управления и двигательными установками». Naval Forces, 2001, v.22.

«Закупка новых торпед ВМС США не производилась с 1993 г. до 2006 г. Однако, благодаря модернизационным комплектам, даже новейшая торпеда Mk-48 mod.7 может быть получена доработкой старых модификаций Mk-48.

Серийное производство торпед Mk 48 Mod 7 было начато в июне 2006 г. В августе 2006 г. ВМС США подписали контракт стоимостью 95,4 млн. долл. на поставку 107 торпед (в том числе и для ВМС Австралии по программе сотрудничества в области морского партнерства Maritime Partnership Initiative), а также комплектующих для преобразования других модификаций торпед в модель Mod 7». Janes Defence Weekly, 2006, v. 43, №51, p. 10

Заместитель начальника УПВ ВМФ в 1980-х годах Гусев Р.А. на вопрос «Почему УСЭТ-80 не Mk-48?» отвечал – «потому что «Запорожец» не «Мерседес»». Госзакупка 253/08/02 – фактически была закупкой «золотых по стоимости» «Запорожцев» но уже в XXI веке.

Торпеда Мк-48, разработанная по программе RETORC-2 (1962-1971 гг.) был принята на вооружение ВМФ США в 1972 г. Конструктивно предельно простая и надежная, она была оснащена совершенной для своего времени ССН, шланговой системой телеуправления, мощной и энергоемкой энергоустановкой с аксиально-поршневым двигателем работающем на унитарном топливе.

Появление торпеды Mk-48, ее высокие боевые качества заставили командование ВМФ и руководство Министерства судостроительной промышленности (МСП) все-таки начать разработку перспективной универсальной тепловой торпеды УГСТ «Тапир» с высокими ТТХ – скоростью свыше 70 уз на дальность более 20 км и глубине хода до 1000 м. Рекордные транспортные характеристики «Тапира» достигались применением паровой турбины замкнутого цикла, высоких параметров пара и гидрореагирующего топлива.

В 1983 г. начались морские испытания «Тапира». В конце 1985 г. был произведен успешный пуск торпеды на половинную дальность. Однако надежная работа ЭСУ «Тапира» в тот период времени не могла быть обеспечена технологически. С учетом этого, была выполнена проработка перекисного варианта торпеды, значительно превосходящая по транспортным характеристикам не только УСЭТ-80 но и Mk-48. Тем не менее, жесткое противодействие этой разработке со стороны МСП, стоявшего за электрические торпеды привели к закрытию темы.

Так нами была потеряна возможность создания дешевой (себестоимость изготовления торпед опытной партии составляла 70 тыс. руб., при цене серийной УСЭТ-80 в 360 тыс. руб) универсальной торпедой с высокими ТТХ и большим сроком службы.

Работы по созданию «кислородной версии» УГСТ – «Магот» велись на заводе им. Кирова (Алма-Ата) до развала СССР, однако поддержкой ведущих «торпедных организаций» флота и промышленности не пользовались и до развала СССР закончены не были.

Тепловые торпеды стояли на вооружение ВМФ СССР только как противокорабельные. Их развитие шло в направлении увеличении дистанции и скорости хода, наибольшие надежды ВМФ в 1960-х связывались с «чемпионом» – перекисной торпедой 53-65 (скорость 68,5 уз на 12 км или 44 уз на 22 км). Задача решалась «в лоб» – больше энергии, мощности, … увы, но при разработке были полностью упущены вопросы эксплуатации на флоте, создания комплекса корабль-оружие (например – применения других типов ССН и телеуправления для повышения эффективных дистанций залпа). Флот был вынужден отказался от ее эксплуатации, выбрав кислородную 53-65К.

История торпеды 53-65К весьма необычна – разработана инициативно ОКБ завода им. Кирова (Алма-Ата) без ТТЗ, НИР, ОКР на основе выпускающихся комплектующих серийных торпед. Естественно, эта «инициатива с места», ведущими организациями флота и МСП была воспринята негативно. Более того, денежные средства для серийного выпуска торпед опытной партии завод был вынужден «добыть» незаконными способами. Однако фактический провал с торпедой 53-56 сделал этого «гадкого утенка» самой массовой противокорабельной торпедой ВМФ.

Простая, дешевая (стоимость в середине 1980-х гг. – 21 тыс. руб.), надежная, эта торпеда до настоящего времени стоит на вооружении ВМФ России и ряда других стран. Торпеда 53-65К в рамках определенных условий (малой дистанции до цели, ограниченной скорости цели, волнение моря) … обладает очень высокой эффективностью и, однако эти «определенные условия», которым отлично соответствовала эта торпеда, не соответствовали тактическим требованиям морского боя уже в 1970-х годах… Главное – торпеда имела явно недостаточные дистанции залпа – следствие применения ССН с вертикальным лоцированием кильватерного следа при отсутствии телеуправления, и высокую шумность.

«Толстая торпеда». 4 марта 1958 года вышло постановление ЦК КПСС и СМ СССР на разработку перспективной ударной торпеды ВМФ калибра 65 см. По своим характеристикам это была, безусловно, лучшая ударная торпеда ВМФ и представляла большую угрозу для ВМС США, в первую очередь авианосным группам (АМГ).

К сожалению, ее уникальные возможности ВМФ воспринял слишком поздно. Государственные испытания торпеда прошла в 1965 г., но после этого торпеда долго ждала сначала носителя, потом освоения на флоте…. В 1973 г. торпеде, в комплектации с ядерным боезарядом, был присвоен шифр 65-73, в 1974 ВМФ получил первый ее носитель – АПЛ проекта 671РТ, а в 1976 на вооружение принимается ее модификация 65-76 с ССН с ВЛКС в неядерном варианте, с 1982 г. началась доработка торпеды для применения с АПЛ 3 поколения (резервом к разработке перспективной торпеды калибра 65 см ДСТ). В 1991 г. торпеда 65-76А принимается на вооружение ВМФ, начинается ее серийный выпуск.

После трагедии «Курска» эта торпеда была заклеймена как «убийца», во многих публикациях говорилось что «просвещенный запад» отказался от таких торпед еще в 1950-х. Однако это не так. До середины 1970-х годов на вооружении ПЛА и ПЛАРБ ВМС США стояла перекисная торпеда Mk-16 («ушла в отставку» с заменой всего старого боекомплекта ПЛ единой торпедой Мк-48). Перекисные торпеды разрабатывались и сегодня стоят на вооружение в ВМС Швеции и ряда других стран (Tp617, Тр613 и Тр62). При должном подходе к их эксплуатации и отработке эти торпеды доказали свою безопасность.

С закрытием темы УГСТ «Тапир», была начата разработка торпеды УГСТ «Физик» с аксиально-поршневым двигателем на унитарном топливе. Так в 1986 г. мы пошли по «американскому пути» – «повторения» Mk-48.

Этому предшествовали разработка торпед с тепловой ЭСУ на унитарном топливе – 65 см ударной торпеды ДСТ (в 1980-х гг.) и копирование в начале 1970-х американской малогабаритной торпеды Mk-46. Формально «наша Mk-46» – торпеда МПТ-1 «Колибри» была готова в 1973 г., однако «воспроизводство» американской ССН на нашей технологической базе затянулось – разработка (ССН «Керамика») завершилась только в 1982 г.. Торпеда была достаточно холодно встречена ВМФ и МСП – начиная с того, что по ряду параметров она не соответствовала требованиям ВМФ, заканчивая тем что «за копирование наград не дают». Кроме того – воспроизводство западной торпеды 1960-х годов на нашей технологической базе 1980-х не обеспечило достижения ТТХ «исходного варианта» (1960-х годов), «Колибри» существенно уступала Mk-46 … В результате место для нее в системе МПО ВМФ СССР нашлось только в составе неудачного по конструкции минного комплекса МТПК.

По хорошему – наилучшим местом для этой торпеды было бы применение в качестве боевой части малогабаритного противолодочного ракетного комплекса (ПЛРК) для надводных кораблей ВМФ – как решение проблемы крайне недостаточного боекомплекта и эффективных дистанций залпа противолодочных торпед кораблей, однако тема ПЛРК «Медведка» была закрыта (во многом в силу ряда принципиальных ошибок заложенных еще на уровне ТТЗ). Правда сейчас «Колибри» идет как боевая часть противолодочной ракеты 91Р2 комплекса «Калибр» разработки ОКБ «Новатор».

 

Организация разработки ССН торпед

 

Безусловной ошибкой, сделанной еще в 1950-е годы, стала монополизация разработки ССН торпед в организациях, не имеющих опыта и школы разработки гидроакустической техники. В связи с тем, что на данном этапе работ производилось копирование немецких разработок, задачу сочли несложной.

Между тем за рубежом время «примитивных» ССН закончилось в 1950-х. Новые требования к МПО требовали привлечения новых идей, конкуренции лучших разработчиков гидроакустической техники, привлечения таких организаций как ЦНИИ «Морфизприбор», ИРЭ АН СССР, АКИН АН СССР… Увы, у нас разработка ССН сконцентрировалась в ЦНИИ «Гидроприбор» с минимальным привлечением опыта и наработок «сторонних организаций». Большие ошибки были сделаны и при организации научного сопровождения со стороны ВМФ (28 НИИ). Вряд ли допущенные разработчиками в 1970-х – 80-х годах ошибки пропустили бы специалисты НИЦ РЭВ ВМФ, уж слишком очевидны они были …

В 1950-х – 60-х годах разрабатываются и принимаются на вооружение пассивные ССН (торпеды СЭТ-53, МГТ-1, САЭТ-60М), являющиеся во многом копиями первой самонаводящейся немецкой торпеды «Цаукенинг» 1943 года. Характерно, что эта ССН стояла на вооружении нашего ВМФ до начала 1990-х годов (торпеда САЭТ-60М) – вероятно уникальный случай долголетия для достаточно сложной военной электронной системы, и вполне свидетельствующий о нашем «благополучии» в вопросах разработки ССН торпед.

В 1961 г. принимается на вооружение первая отечественная активно-пассивная ССН для торпеды СЭТ-40. В 1960-х годах активно-пассивные ССН получают и противолодочные торпеды калибра 53 см (АТ-2, СЭТ-65). В начале 1970-х на основе разработок 1960-х годов принимается унифицированная для всех торпед ССН «Сапфир». Все эти ССН были вполне работоспособны, обеспечивали в простых условиях надежное наведение на цели, однако имели крайне низкую помехоустойчивость против СГПД и по характеристикам значительно уступали ССН торпед ВМС США.

Для перспективной торпеды 3 поколения УСТ «планка требований» была задана ССН торпеды Mk-48mod.1, способной в благоприятных гидрологических условиях обнаруживать ПЛ на дистанции значительно более 2 км. Задача «догнать и перегнать Америку» была решена созданием к концу 1970-х годов мощной низкочастотной ССН «Водопад», разрабатывавшейся для авиационной торпеды УМГТ-1, установленная, в более мощном варианте, и в торпеду УСЭТ-80. Новая ССН в условиях глубоководных полигонов Черного моря по неуклоняющимся ПЛ обеспечила заданный в ТТЗ радиус реагирования, однако испытания в реальных условиях оказались разгромными.

Начальник отдела эксплуатации торпедного оружия 28 НИИ ВМФ Л.Бозин: «Командир соединения подводных лодок 3-го поколения адмирал Томко, отправлял лодки на боевую службу с тяжелым чувством. … Зная, что торпеды не наводятся на цель, при выполнении боевого упражнения он так расположил стреляющую лодку и цель, что промахнуться было невозможно. А торпеда все равно не увидела цель…»

«А что же Военно-морской институт? … Реального вклада в разработку систем самонаведения в 1970-х – 80-х годах ученые Военно-морского института не внесли. Писали какие-то НИРы, отчеты, заключения. И на том спасибо. А смотрели туда, куда показывали. А показать разработчики могли только то, что имели: результаты работ на Черном море».

Та же ситуация в изложении разработчика (цит. по «60 лет ЦНИИ «Гидроприбор»»):

«Шел 1986 год. Северный флот в течение 5 лет стреляет практическими торпедами УСЭТ-80. Однако в режиме ПЛ результаты этих стрельб начали настораживать: может, моряки плохо осваивают эту торпеду или торпеда нестабильно наводится в условиях мелководных северных полигонов. …

После неоднократных батисферных испытаний по реальным целям было установлено: ССН торпеды УСЭТ-80 в условиях полигонов Севера не обеспечивает требуемую по техническому заданию дистанцию реагирования.

Честь Флота осталась на высоте, а ЦНИИ «Гидроприбор» потребовались еще два года, чтобы поставить на торпеду УСЭТ-80 ССН, адаптированную в том числе и к условиям Севера.»

« …радовали своими успехами … самонаведенцы …завершающие свой цикл натурных испытаний торпеды «Колибри» (изделие 294 калибр 324 мм, 1973 г) с ССН, воспроизведенной на отечественной элементной базе …эта ССН «Керамика» побила все рекорды долголетия. Практически не осталось ни одной торпеды, где бы при модернизации в качестве противолодочной ССН не была установлена эта ССН».

«УСЭТ-80К калибр 534 мм, 1989 г. … новая двухплоскостная активно-пассивная акустическая ССН «Керамика»

То есть все 1980-е годы с реальной боеспособностью торпеды УСЭТ-80 (системой самонаведения) на флоте были большие проблемы (при том, что старые ССН наводились нормально), проблема была решена только в 1989 г. путем установки «воспроизведенной на отечественной элементной базе» ССН американской торпеды … разработки 1960-х годов (!). Причем историей этой, продолжающимся серийным выпуском данной ССН разработчик гордится уже в XXI веке (!) …

Как говориться – комментарии излишни.

Характерно и то, что разрабатывавшиеся НПО «Регион» ССН для авиационных противолодочных ракет АПР-1, АПР-2, АПР-1 уже в 1960-х годах были значительно совершеннее и «умнее» чем у «основного разработчика». ССН современной торпеды УГСТ – также разработки НПО «Регион». На основе наработок по АПР НПО «Регион» была разработана противоторпеда комплекса «Пакет», но об этом чуть ниже.

Наряду с обозначенными проблемами безусловным нашим успехом следует считать разработку противолодочных ракет (ПЛР) для АПЛ.

Существует мнение, что так как «просвещенный запад» не имеет их на вооружении, то и нам «не надо». Однако – ПЛР – это скоростное противолодочное оружие обеспечивающее поражение ПЛ противника в кратчайшие сроки и на дистанциях много больших для торпед. Применение этого оружия в ситуации, когда противник «выстрелил первым» позволяет перехватить инициативу боя и победить. Причем большую роль играет скорость доставки боевой части к цели, заслуга разработчиков – ОКБ «Новатор» заключается именно в реализации это требования, наиболее ярко проявившегося в ПЛР 86Р калибра 65 см. Мнение что дальность этой ПЛР (около 100 км) была «не нужна» безграмотно. Дальность – эта следствие высокой скорости, обеспечивавшей значительное увеличение эффективности на дистанциях много меньших максимальной в сравнении с ПЛР 83Р калибра 53 см.

К сожалению, ПЛР 83Р и 86Р имели некоторые недостатки, следствие ряда ошибок в ТТЗ на их разработку.

Одной из них стала «надводная версия» «Водопада» – ПЛР 83РН. Требования старта с ПЛ налагают на ракету целый ряд дополнительных требований (а это и вес, и деньги), совершенно излишних для надводных кораблей. Боезапас наших противолодочных кораблей многократно уступал западным, более того эта тенденция с каждым новым нашим проектом нарастала, например СКР пр.11540, с абсолютно недостаточным боекомплектом из 6 ракетно-торпедных пусковых установок (РТПУ) калибра 53 см.

Причинами сложившейся ситуации были:

«Оторванность» нашей военной науки от флота вообще и здравого смысла в ряде случаев, в частности, хорошим примером чему является широко разрекламированная реактивная торпеда «Шквал». Да, 200 узлов в серийном изделии получили, однако целый ряд ограничений этого оружия делал его фактически бесполезным в бою. Интерес иностранных разведок к этой теме был направлен не на сам «Шквал», а на огромный объем стендовых отработок подводных ракет проведенный у нас, ибо идеология разрабатывавшиеся в США и Германии скоростных торпед была принципиально иной, – неядерные, с ССН, высокой скоростью и малой дальностью, для применения с авиации и в качестве боевой части ПЛРК (то есть близко к тому что у нас было на АПР).

Отрыв «науки» от «действующего» флота привел к целому ряду разработок пригодных только для «бумажных войн». «Флот», часто весьма иронично относящийся к очередным «новостям науки» просто раздавлен текучкой, начиная, от из года в год увеличивающегося объема бумажной работы, заканчивая мероприятиями суточного плана БП и непрерывным «предъявлением проверяющим» и «устранением замечаний».

Пороки подготовки (в первую очередь узкой специализации офицерского состава), организации и системы решения вопросов ВМФ. Офицер-оружейник («противолодочник») ВМФ имел, как правило, достаточно слабые знания по акустике, системам обнаружения ПЛ, так как учебные программы были нацелены на преимущественное изучение «механической части».

В ряде случаев – крайне низкое качество математики тактических моделей, разработанных для научного сопровождения разработки кораблей и МПО.

Отсутствие единого органа с полномочиями и ресурсами ответственного за перспективное развитие ВМФ. «Перспективой ВМФ» занимаются «все и понемногу» – МНК, ВМА, 1 ЦНИИ, 24 НИИ, центральные управления … в общем и целом – формально только Главком, на котором лежит огромная нагрузка текущих дел.

Данная ситуация возникла не сегодня, в книге бывшего командующего Северным флотом адмирала Михайловского А.П. «Командую флотом» она описывается поразительно – то есть никак! То что задача освоения кораблей 3 поколения ему Главкомом ВМФ ставилась особо, Аркадий Петрович упоминает не раз, однако ни разу им не упомянуты острейшие проблемы с которыми пришлось столкнуться флоту при ее выполнении (те же проблемы УСЭТ-80).

Видимо есть большой смысл проанализировать опыт других государств, имеющих мощные ВМС, в первую очередь США. Например, проработать разделение организационной структуры ВМФ на административную и оперативную, однако этот вопрос выходит за рамки данной статьи.

Вообще сохранение на наших надводных корабля торпедных аппаратов калибра 53 см не что иное, как рудимент Второй Мировой войны. Весь мир еще полсотни лет назад перешел на ТА для малогабаритных торпед, имеющих дистанции залпа аналогичные торпедам калибра 53 см (без телеуправления).

Про современные ТА НК очень хорошо сказал командир одного из американских эсминцев во время визита: «Я надеюсь никогда не испытать кошмар обнаружить ПЛ на дистанции их эффективного применения».

Малогабаритные торпеды в ВМС США являются оружием авиации, и для кораблей уже давно стали «запасным пистолетом». Главное оружие ПЛО американских кораблей – ПЛРК «Асрок VLA» с зоной поражения от 1,5 до 28 км (с перспективой дальнейшего увеличения).

В арсеналах ВМФ РФ имеется значительное количество мин МТПК, выставить которые, «если что», с учетом сокращения корабельного состава мы не сможем физически. В состав этих мин входит торпеда МПТ («наша Мk-46»), как и «американская прародительница» при условии соответствующего ремонта и модернизации эта торпеда обладает большим сроком службы и потенциалом. «Наигравшись» в 1990-х годах дорогой «игрушкой» – малогабаритной торпедой с «суперТТХ» Mk-50, американцы уже в XXI веке прагматично вернулись к разработке 1960-х – Mk-46, с новой ССН и в модернизировано виде ставшей Mk-54.

Для нас аналогичное решение еще более целесообразно. Стоимость нового боекомплекта торпед калибра 53 см «живых» надводных кораблей ВМФ вполне соизмерима со стоимостью нового корвета. Модернизация торпеды МПТ радикально решить эту проблему и с малыми финансовыми затратами. Появление на наших НК калибра 324 мм (с модернизированной торпедой МПТ) объективно прокладывает дорогу противоторпеде комплекса «Пакет» (калибр 324 мм), которая сегодня должна являться главным элементом контура противоторпедной защиты (ПТЗ) корабля.

 

Сегодня и завтра

 

Принятие с начала 1990-х годов в зарубежных странах новых образцов торпед (особенно их ССН), систем обнаружения, в том числе на основе активного подсвета, и сетецентрических многопозиционных систем, привело к еще большему обострению ситуации с МПО ВМФ, его носителями (в первую очередь подводными) уже на концептуальном уровне, принципиально ставящем под сомнение ПЛ и их оружие в их традиционном облике.

Необходимо признать что характер изменений в подводной войне, произошедший за последние 2 десятилетия, в полном объеме не осознан не только нами но и за рубежом, несмотря на огромное количество их исследований и испытаний. Выработка адекватной концепции развития ВиВТ возможна только после тщательно изучения возможностей новых сетецентрических систем, их испытаний в реальных условиях. Сегодня речь может идти только об определении направления развития МПО и первоочередных мер для разрешения наиболее острых проблем МПО ВМФ.

Наиболее принципиальными изменениями подводной войны являются:

значительное увеличение гарантированных дистанций обнаружения ПЛ новыми средствами поиска,

повышение помехозащищенности новых гидролокаторов крайне затрудняющее подавление их даже новыми средствами РЭБ.

Что такое современная ССН торпеды показывает, например, доклад конференции UDT-2001 (более 10 лет назад!):

«В течение трех лет специалисты фирмы BAE Systems и Управление оборонных исследований МО Великобритании проводили эти работы применительно к торпеде «Spearflsh».Основные направления работ включали:

– обработку широкополосного сигнала (в активном и пассивном режимах);

– использование более сложной формы огибающей сигнала;

– скрытый режим активной локации;

– адаптивное формирование диаграммы направленности;

– классификация с помощью нейронных сетей;

– совершенствование процесса слежения.

На испытаниях было выявлено, что использование широкой полосы (около октавы) позволяет повысить эффективность выделения полезного сигнала на фоне шума благодаря увеличенному времени обработки. В активном режиме это позволяет использовать процедуру сжатия длительности сигнала, что снижает влияние поверхностной и донной реверберации. Для обнаружения целей при помощи излучения сигнала малой мощности используется сложная форма огибающей сигнала со случайным заполнением и широкая полоса частот. При этом излучение торпеды не обнаруживается целью».

Необходимо особо отметить, что это не является «некими перспективными разработками», это уже факт, причем в серийных торпедах – сообщение пресс-службы командования подводных сил ВМС США от 14 декабря 2006 г.:

«Первая Мк 48 mod.7 поставлена флоту и 7 декабря 2006 г. загружена на SSN-752 «Пасадена» в Перл-Харборе».

Возможность эффективного противодействия таким торпедам требует в первую очередь противоторпед.

В современных условиях особую роль приобретают противолодочные ракеты, тем более что в этом вопросе мы сегодня превосходим всех.

Для тяжелых торпед исключительно важным становится возможность атаковать надводные цели с дистанций более 25-35 км многоторпедными залпами с телеуправлением.

Может возникнуть вопрос – может быть с учетом обозначенных наших проблем купить торпеды за границей как когда-то в XIX веке или в 30-х годах XX-го?

Как «когда-то», увы, уже не получится, так как главным в торпеде сегодня является ее ССН, система управления, алгоритмы. И сегодня эти вопросы ведущими разработчиками закрываются жестко, вплоть до разработки специальных схем гарантированного уничтожения программного обеспечения торпеды, чтобы противник не смог восстановить его даже по обломкам.

«МО Великобритании изучает вопрос о возможном приобретении у ВМС США тяжелой торпеды Мк 48 ADCAP в качестве готовой альтернативы модернизации находящейся на вооружении ПЛ управляемой по проводам тяжелой торпеды «Spearfish». Это решение приобрело большое значение после того, как Управление оборонной промышленной политики МО заявило в декабре 2005 г., что в будущем Великобритания будет готова закупить торпеды за границей при условии, что она сохранит контроль над их тактическим программным обеспечением и устройством ССН». Цит. по — Janes Navy International, 2006, p.111, №5, p.5

То есть вопрос таков, что даже ближайший союзник США Великобритания не факт что получил полный доступ к «софту» …

За рубежом можно и нужно закупать ряд комплектующих для нашего МПО (правда сейчас в условиях санкций это исключается), но ССН, система управления должны могут быть однозначно нашими, эта работа также имеет и большую экспортную перспективу. Необходимый для разработки современных ССН научный потенциал у нас есть.

Сегодня МПО является одним из основных ударных и оборонительных средств морских сил общего назначения (МСОН), играет исключительно важную роль в обеспечении боевой устойчивости МСЯС, а в условиях значительного превосходства на ТВД и господства возможных противников в воздухе современная минная война (с применением дальноходных самотранспортирующихся и сверхширокополосных мин) может являться мощным фактором сдерживания, однако последнее заслуживает отдельного разговора.

Повторюсь – несмотря на острые проблемы с разработкой и производством современного МПО, сегодня имеется достаточный научный и производственный потенциал для разработки и производства МПО отвечающего самым современным требованиям.

 

Необходимо:

1. Внедрение в НИОКР этапов модульности. Результат даже на промежуточном этапе разработки должен быть пригоден к практическому применению.

2. Анализ всех производственных возможностей нашей науки и машиностроения для достижения максимальных ТТХ и минимальной себестоимости МПО.

3. Широкое применение гражданских технологий.

4. Крайне важны вопросы военно-технического сотрудничества, как в части экспорта, так и импорта в интересах развития МПО ВМФ. Грамотная постановка вопросов ВТС работает на обеспечение вопросов ЗГТ.

5. Участие в утилизации МПО разработчиков – использовать задел ранее выпущенного МПО для выпуска перспективных образцов, как это делается в тех же США.

6. Корректура нормативных документов по разработке ВиВТ с учетом новых подходов и требований времени для сокращения сроков и стоимости НИОКР.

7. Отказ от ТА калибра 53 см на надводных кораблях, переход на калибр 324 мм с модернизированной торпедой МПТ и противоторпедой «Пакет».

8. Категорически необходимо массовое оснащение ПЛ противоторпедой комплекса «Пакет». Вариант для ПЛ пр.877 представить на экспорт.

9. Доработка ТА ПЛ под шланговое телеуправление, модернизация тяжелых торпед под шланговую катушку, освоение шлангового ТУ на флоте.

10. С учетом ограничений в ресурсах и обеспечения боекомплекта ПЛ ВМФ целесообразно иметь на вооружении 2 типа тяжелых торпед – современный образец – УГСТ и модернизированная (с заменой батареи, ССН и установкой шлангового телеуправления) торпеда УСЭТ-80.

11. В современных условиях ПЛР становится главным оружием ПЛО, как для НК та и ПЛ.

12. Начать разработки особо малогабаритного МПО (калибр менее 324 мм). Развитие ССН позволяет обеспечить высокую эффективность даже малогабаритной боевой части малой торпеды, позволяя значительно снизить ее стоимость.

 

См. продолжение материала >>>

 


Поделиться в социальных сетях:
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Мой Мир


При использовании опубликованных здесь материалов с пометкой «предоставлено автором/редакцией» и «специально для "Отваги"», гиперссылка на сайт www.otvaga2004.ru обязательна!


Первый сайт «Отвага» был создан в 2002 году по адресу otvaga.narod.ru, затем через два года он был перенесен на otvaga2004.narod.ru и проработал в этом виде в течение 8 лет. Сейчас, спустя 10 лет с момента основания, сайт переехал с бесплатного хостинга на новый адрес otvaga2004.ru