Учения «Кавказ-2012»: послесловие

Дмитрий Кандауров
Журнал «Арсенал Отечества», №2 / 2012
Материал предоставлен редакцией журнала

 

Каждое крупное учение, проводимое в Вооруженных силах Российской Федерации, всегда приковывает к себе пристальное внимание гражданского общества, которое, несмотря ни на что, постепенно формируется в нашей стране.

Многие граждане полагают выразителем интересов и «властителями дум» этого самого гражданского общества различные средства массовой информации. В случае с армией – оно и понятно. Кому, как не специальным представителям прессы, давать объективную картину результатов расходования государственных средств в такой закрытой для обычных граждан, и одновременно – «ресурсоемкой» области государственного строительства, как Вооруженные силы?

Поэтому, как справедливо полагает значительная часть рядовых членов нашего гражданского общества, внимание прессы к мероприятиям подобного рода и размаха, как завершившееся в сентябре этого года стратегическое командно-штабное учение «Кавказ-2012», было вполне оправданным и закономерным.

Однако, исходя из анализа публикаций, которые были посвящены подготовке и ходу этого учения, интерес к нему представителей СМИ можно объяснить чем угодно, только не попыткой ответить на вполне закономерный вопрос: каковы достигнутые на СКШУ результаты с точки зрения критериев «было – стало», а также «стоимость-эффективность»? Попробую высказать предположение, чем же на самом деле, был обусловлен интерес журналистов наших СМИ к прошедшему учению.

Во-первых: яркость и динамичность «активной фазы» любых военных маневров практически всегда обеспечивает получение выигрышной «картинки» на телеэкране, или «сюжетной» фотографии в газете, журнале и интернете. Особенно, если эта самая «активная фаза» проводится с боевой стрельбой и реальными пусками ракет. И тем более, если на этом этапе присутствуют первые лица государства.

А во-вторых, – демонстрация в одном месте в течении относительно короткого времени слаженных усилий большого количества людей и боевой техники, которые практически одновременно выполняют действия, направленные на достижение единой цели – это всегда само по себе завораживающее зрелище. Вот только цели этих действий, отнюдь, не всегда и далеко не для всех очевидна.

К сожалению, уровень военной подготовленности «тружеников пера и видеокамеры», приглашенных на учение «Кавказ-2012», за редчайшим исключением, ограничивался их службой в рядах Вооруженных сил в должностях рядового и сержантского состава. В «наиболее запущенных случаях» – военный опыт корреспондентов включал в себя службу на первичных офицерских должностях. Поэтому, отсутствие понимания журналистами сути происходящих на поле боя событий, компенсировалось озвучиванием для них, так называемого «дикторского текста».

В настоящее время наиболее зрелищные этапы крупномасштабных учений, (на которые, в основном, и приглашаются представители прессы), превратились в некий аналог древнеримских гладиаторских боев. Только, несколько лучше срежиссированных. И, кстати, намного более затратных.

Не стал исключением и «Кавказ-2012». Точнее – розыгрыш боевых действий с боевой стрельбой, на полигоне «Раевский» осуществлявшийся в ходе проведения одного из этапов этого учения. Самолеты, пушки и танки грохочут, адреналин выделяется, вспышки «зер-калок» работают со скорострельностью пулеметов, количество просмотров выложенного на Ютуб видео – растет. А сопроводительный дикторский текст (кстати, – абсолютно несекретный!), выложенный в какой-нибудь социальной сети – поднимает количество комментариев на недосягаемую высоту.

В сухом остатке: суть публикаций журналистов, которые были официально аккредитованы на учении, свелась, в большинстве случаев, к некоей компиляции из официальных пресс-релизов руководства учением, выдержек из интервью со специально отобранными военнослужащими, и сугубо личных впечатлений авторов репортажей, ограниченных их собственными представлениями о военной службе. А также рамками редакторской правки соответствующего издания.

Однако, если учесть, что под Новороссийском разыгрывался только один тактический эпизод, с участием всего лишь части сил (!) всего лишь одной (!) мотострелковой бригады Южного военного округа, насчитывающего в своем составе несколько десятков соединений, то подавляющее большинство журналистских экзерсисов на анализ всего стратегического учения как-то не тянет.

Другой категорией очных и заочных «наблюдателей», внимательно следивших за ходом «сетецентрического сражения» на полигоне «Раевский», являлись представители военного экспертного сообщества. Как правило, это уважаемые в военной среде генералы и старшие офицеры, пребывающие в запасе, или в отставке. Их компетентность в сугубо военных вопросах, безусловно, не подлежит сомнению, однако, представителей этой категории можно разделить на две группы:

1. Приглашенные руководством. Эту группу военачальников, ветеранов военной службы, вместе с журналистами пригласили на этап розыгрыша, с предоставлением трансферта к месту его проведения, почетных мест на «гостевых» трибунах. Данной категории после окончания розыгрыша на полигоне «Раевский» даже предоставили возможность пообщаться с руководителями учения и первыми лицами государства. Естественно, что оценки хода и результатов стратегического учения в целом они дать не могут.

2. «Генералы от оппозиции». Это те, кто, мягко говоря, не совсем согласен с политикой, которая проводится в области оборонного строительства. Свои выводы они пытаются делать, опираясь на те крохи информации, которые попали к ним в виде слухов, в потоке открытых публикаций в прессе, а также интернет-откровений участников учения. Короче, надеяться на объективность оценки проведенных учений людьми, постоянно пребывающими в состоянии «информационной войны» с руководством Министерства обороны, также не приходится.

Тем не менее, существует в нашем обществе огромная по численности группа людей, которые кровно заинтересованы в получении достоверной и объективной информации о целях учения, а также о том, в какой мере они были достигнуты. И основной составляющей этой группы являются, как это ни странно, обычные граждане нашей страны.

Не профессиональные военные, которые связанны корпоративной этикой и ограниченны в распространении информации о своей деятельности федеральными законами и ведомственными подзаконными актами. Не эксперты обоих направлений, зарабатывающие

себе на хлеб анализом результатов мероприятий оперативной и боевой подготовки. Не журналисты, не имеющие ни достаточного опыта и знаний, ни соответствующей мотивации, для того, что бы дать объективную картину происходящего.

Просто обычные граждане, рядовые налогоплательщики. Те, на чьи деньги устраиваются масштабные военные мероприятия стоимостью в годовой бюджет иного субъекта Российской Федерации. Те, чьи сыновья, мужья и отцы служат, или будут в скором времени проходить службу в рядах ВС РФ. Те, кого наши Вооруженные силы обязаны оберегать и защищать. Те, кому небезразлично состояние нашей армии как одной из важнейших составляющих обороноспособности страны и жизнеспособности Российского государства.

 

Стратегические или нет?

Цели учения и состав участников

 

Учения, в отличие от войн, всегда проводятся в соответствии с планом. План проведения учения любого уровня предусматривает достижение определенных целей, которые определяются еще на самой начальной стадии его подготовки. Цели учения, как высшей формы обучения войск, практически всегда предусматривают проверку боеготовности и боеспособности органов управления и войск, отработку их слаженности, а также совершенствование навыков командующих (командиров) всех степеней при управлении войсками при подготовке и входе выполнения ими поставленных задач. При проведении стратегического командно-штабного учения «Кавказ-2012» эти цели были определены, как главные.

Еще одной целью стратегического командно-штабного учения «Кавказ-2012» являлось осуществить проверку совместимости перспективной автоматизированной системы управления оперативно-стратегического уровня «Заря» с АСУВ тактических звеньев различной видовой (и родовой) принадлежности, большинство из которых в настоящий момент уже вышли, или близки к проведению государственных испытаний. Но об этом – несколько позже.

Вообще, на командно-штабном учении (и это неоднократно подчеркивалось должностными лицами Генерального штаба при подготовке и в ходе проведения СКШУ «Кавказ-2012»), приоритетной целью является слаживание органов военного управления. То есть, основной задачей при проведении СКШУ было не столько произвести практические пуски ракет, нанести реальный удар авиацией, уничтожить условного противника огнем артиллерией по реальным целям и красиво завершить сражение действиями общевойсковых соединений и подразделений, сколько проверить: а способны ли органы управления всех уровней справиться с задачами организации боя (операции).

С учетом вышесказанного, необходимо отметить, что масштаб проводимого командно-штабного учения (стратегический (фронтовой), армейский, дивизионный, бригадный) определяется не количеством реально привлекаемых войск, а степенью охвата привлекаемых на это учение органов военного управления различных звеньев. Каковые органы и должны в ходе учения решать указанные выше задачи. В условиях сложной оперативно-тактической обстановки. В крайне ограниченные сроки. Сверху вниз. В идеале – на всех уровнях: от командующего округом (оперативно-стратегическим командованием) до командира мотострелкового отделения.

При проведении СКШУ «Кавказ-2012» заявленная численность реальных войск, привлекаемых на учение, составила достаточно скромное количество: 8000 военнослужащих и около 300 единиц боевой техники.

В то же время к участию в учении были привлечены органы военного управления от оперативно-стратегического командования, до штабов бригад включительно. Кроме этого, в учении были задействованы органы управления других силовых министерств и ведомств. Которые должны осуществлять взаимодействие с войсками при решении ими учебно-боевых задач на всех этапах учения. К какому уровню можно отнести учения, на котором в качестве обучаемых выступают командующие и штабы оперативно-стратегического командования, двух объединений сухопутных войск, объединения ВВС и ПВО, флота и флотилии?

Командно-штабные учения (КШУ) именно поэтому так и называются, что основным обучаемым (и проверяемым) контингентом на них являются не войска, а командиры и штабы. На тактических учениях, обучаемые войска действуют в полном соответствии со своей штатной организацией, т.е. в них принимают участие все – от командира, до последнего повара включительно.

На командно-штабных учениях (в отличие от тактических!) действуют в полном составе только органы управления, то есть – командиры и штабы, а также относительно малочисленные подразделения, непосредственно обеспечивающие их работу (разведка, связь, РЭБ, охранение и инженерное оборудование пунктов управления). Но, для того, что бы командующие и командиры в ходе таких учений получили реальную, а не виртуальную практику управления своими подчиненными в бою, для участия в КШУ обязательно привлекаются так называемые «войска обозначения».

Эти войска – всего лишь небольшая часть общевойсковых, артиллерийских и других соединений и частей, реально имеющихся в подчинении командующего (командира). Как правило, в армии – это одна общевойсковая бригада (из нескольких, входящих в состав этой армии). На учение эта бригада может привлекаться как в полном, так и в ограниченном составе. Со средствами усиления, или без таковых.

Так, в ходе проведения учения Кавказ-2012 на четырех полигонах ЮВО подготовку и ведение боевых действий в качестве войск обозначения в составе 49-й и 58-й армий осуществляли следующие соединения:

на полигоне «Прудбой» – часть сил 20-й отдельной мотострелковой бригады и 56-я отдельная десантно-штурмовая бригада;

на полигоне «Ашулук» – часть сил 5-й отдельной мотострелковой бригады (переданных на время учения в состав 49-й армии из Западного военного округа), а также десантно-штурмовой батальон из состава 7-й десантно-штурмовой дивизии (горной), обозначавший условного противника;

на полигоне «Капустин Яр» – соединения ракетных войск и артиллерии.

на полигоне «Раевский» – часть сил 19 отдельной мотострелковой бригады и часть сил береговых войск Черноморского флота, обозначавших условного противника. Естественно, что внимание, которое уделялось руководством Вооруженных сил, представителями прессы и экспертного сообщества войскам обозначения в составе 19 омсбр 58 армии, ввиду запланированного визита Верховного Главнокомандующего и Министра обороны РФ на полигон «Раевский», было, скажем так, повышенным.

Однако, как очевидно из классификации и целей СКШУ «Кавказ-2012», этап ведения боевых действий, (а именно его продемонстрировали руководителям страны, министерства обороны и журналистам), – являлся завершающим фрагментом длительной и сложной работы, которую проделали командиры и штабы еще до первого реального выстрела. Причем, боевые действия 19-й омсбр на этом небольшом полигоне, несмотря на их безусловную зрелищность и насыщенность световыми и звуковыми эффектами, стали всего лишь небольшим эпизодом всех практических действий войск обозначения, предусмотренных общим планом учения.

Конечно, практические действия войск на полигоне «Раевский» обозначались, отнюдь не в соответствии с теми планирующими и директивными документами, которые были выработаны управлением 19-й омсбр в соответствии с задачей, «нарезанной» бригаде в ходе КШУ. Возможно, что эти действия служили достижению иной, но не менее важной цели – демонстрации и проверке возможностей новой бригадной организационно-штатной структуры при ведении ею боя в горно-лесистой местности при поддержке различных средств усиления? Вопрос только кому предназначалась эта демонстрация?

Но, в любом случае, судить о достижении целей всего стратегического учения по действиям всего лишь одного мотострелкового батальона (пусть даже усиленного самоходным артиллерийским дивизионом и поддерживаемого двумя десятками самолетов и вертолетов), было бы, по меньшей мере, некорректно.

 

Замысел и политика

 

Замыслом учения предусматривалось, что войска Южного военного округа в ходе нескольких его этапов пришлось решать, как минимум две сложные и взаимоувязанные задачи:

1. Участие войск в изоляции и уничтожении незаконных вооруженных формирований, а также восстановлении стабильности и порядка в регионе.

2. Отражение внешней агрессии некоего неназванного иностранного государства.

Если не вдаваться в большую политику, то полагаю, что никто не будет отрицать необходимость и актуальность обучения войск именно Южного военного округа нашей страны выполнению двух этих задач. Тем более, что основным смыслом существования военной организации любого нормального государства является создание такой ситуации, когда потенциальный противник (кто бы он ни был) десять раз подумает: а стоит ли решать спорные вопросы с государством и его союзниками, путем применения вооруженной силы? Или, (как вариант) – пытаться дестабилизировать обстановку в этом государстве путем поддержки незаконных вооруженных формирований, действующих на его территории? Опять же, вне зависимости от национальной, конфессиональной и политической «окраски» этих формирований. Перефразируя известное высказывание: «Армия действует уже тем, что существует».

Насчет угроз безопасности сопредельных государств. Учение «Кавказ-2012» никому не угрожало. Что касается условного противника, то при проведении подобного рода мероприятий могут быть избраны абсолютно любые организация и тактика его действий. В том числе – организация и тактика собственных вооруженных сил! Страна, проводящая учение, имеет на это полное и исключительное право. В международном законодательстве это называется «суверенитет».

При этом обеспокоенность Грузии, проведением СКШУ «Кавказ-2012», а также заявления руководителей НАТО о необходимости транспарентности в вопросах подготовки Россией своих войск, дислоцирующихся на Северном Кавказе, понятны и, в какой-то мере, возможно, оправданы.

Однако, сложившийся в настоящее время в Кавказском регионе «статус-кво», который так не нравится руководству одного из соседних с Россией государств (и некоторым его заокеанским друзьям), представляет собой результат авантюрно- агрессивной политики этого самого государства. Каковая политика, в конечном счете, привела это государство к потере своей территориальной целостности от состояния «де-факто» к состоянию «де-юре».

Что же касается армии России вообще и войск ЮВО в частности, то Вооруженные силы не являются ни объектом, ни субъектом политики. В том числе – проводимой государством международной политики, как выражения государственных интересов, направленных «вовне». При этом армия России являются всего лишь инструментом внешней политики России. Но инструментом очень сложным, острым и требующим к себе постоянного внимания и уважения.

Естественно, что как всякий сложный и дорогостоящий инструмент политики, предназначенный для выполнения важных государственных функций (операций), он должен соответствующим образом содержаться. Причем – безотносительно желаний и советов, как недругов, так и всевозможных «стратегических партнеров», «друзей» и т.д.

Исходя из этого, учения для армии (с точки зрения государства) являются своего рода профилактикой содержания политического инструмента – т.е. проверкой условий его «хранения», а также мерой по его настройке и поддержанию работоспособности. А при необходимости – и тренировкой тех должностных лиц, кто этот инструмент, может и обязан (в некоторых случаях) применять. Применять, естественно, только при наступлении соответствующих условий, в соответствии с международным правом, и в интересах Российского государства и его граждан.

Именно поэтому присутствие Президента России – Верховного главнокомандующего и Министра обороны в районе проведения учения подобного уровня является обязательным.

В этом смысле появление В.В. Путина на полигоне «Раевский» целесообразно и оправдано. И «показательные выступления» 19 омсбр с реальной демонстрацией огневой мощи и выучки всего лишь одной бригады Российской армии, предназначались, в том числе, и любителям «транспарентности» в вопросах проведения военных учений.

 

Автоматизация

 

Данная статья не является попыткой проанализировать абсолютно все аспекты проведения учения, а также действия руководства учения и войск в ходе подготовки и выполнения учебно-боевых задач. Остановлюсь лишь на двух принципиальных и взаимосвязанных моментах: планировании боевых действий и контроле выполнения боевых задач с использованием автоматизированных систем управления войсками и оружием.

Как уже упоминалось, одной из целей проведения СКШУ ставилась проверка сопрягаемости автоматизированных систем управления тактического и оперативно-тактического уровня. В настоящее время в Вооруженных силах РФ имеются несколько образцов различных автоматизированных систем управления войсками (АСУВ). Большинство из них находится в стадии государственных испытаний и проверки их межведомственной комиссией (МВК).

В частности. Воронежским концерном «Созвездие» вот уже несколько лет ведется опытная конструкторская разработка комплекса Единой системы управления тактического звена (ЕСУ ТЗ). Последняя версия ЕСУ ТЗ имеет шифр «Созвездие М2». Опытный (и пока единственный) комплект системы проходит апробацию на базе 5-й отдельной мотострелковой бригады 20-й армии Западного военного округа.

Поэтому участие именно 5-й мотострелковой бригады Западного военного округа в стратегическом учении «Кавказ-2012» обусловлено в первую очередь тем, что в ходе него предстояло состыковать перспективную АСУВ оперативно-тактического звена «Заря» с комплектом ЕСУ ТЗ, который в полном составе имеется только в этой бригаде.

Несмотря на неоднократные заявления в прессе представителей командования ЮВО о поставках ЕСУ ТЗ в общевойсковые соединения округа, полных бригадных комплектов пока нет ни в одной общевойсковой бригаде ЮВО.

Пока в соединениях 49-й армии и 58-й армии, а также в 4-й военной базе ЮВО имеются в наличии лишь некоторые элементы системы связи ЕСУ ТЗ. Они представлены, в основном, единичными командно-штабными машинами, находящимися по штату в управленческих звеньях бригада-батальон, а также немногочисленными аппаратными связи, которые пока невозможно использовать с реализацией всего заложенного в них потенциала, до тех пор не закончится поставка в бригады всех элементов комплекса в полном объеме.

Поэтому, в ходе планирования учения «Кавказ-2012» и было принято решение о временном включении в состав 49-й армии соединения, оснащенного ЕСУ ТЗ из состава Западного военного округа.

Таким образом, одновременно решалось две задачи: с одной стороны – проверка возможностей по переброске общевойскового соединения из одного округа в другой (межокружная перевозка соединения железнодорожным транспортом), а с другой стороны – обеспечение выполнения задачи стыковки АСУВ различного уровня в условиях максимально приближенных к боевым.

По плану учения 49-я армия (и 5-я мотострелковая бригада) должны были выполнять наступательные задачи на полигоне «Ашулук». А в качестве их противника, т.е. противоположной стороны, действовал десантно-штурмовой батальон из состава 7-й десантно-штурмовой дивизии (горной).

Интрига заключалась в том, что 7 дшд(г) уже с 2011 года имеет на вооружении комплекс автоматизированной системы управления воздушно-десантными войсками «Андромеда-Д», которая по официальным документам является подсистемой ЕСУ ТЗ в части воздушно-десантных войск и полностью совместима с ней. На самом же деле, «Андромеда-Д» представляет собой самостоятельную систему, имеющую, хотя и совместимое с ЕСУ ТЗ, но свое специальное программное обеспечение, а также построенную на принципиально иных решениях систему передачи информации (систему связи). При этом разработка программных продуктов и средств передачи информации, отличных от «пехотных», продиктовано особенностями боевого применения воздушно-десантных войск, а также предшествующим опытом, полученным при проведении ОКР по теме «Полет-К».

Более того. Головным разработчиком «Андромеды-Д» является московский Научно-исследовательский институт систем связи и управления (ОАО «НИИССУ»), который ранее занимался разработкой автоматизированной системы управления ВДВ батальонного и полкового звена (шифр «Полет-К»). Кстати, эта система уже давно состоит на вооружении и активно используется в трех десантных дивизиях из четырех, имеющихся в составе Воздушно-десантных войск. Кроме того, комплексами системы оснащены отдельная воздушно-десантная бригада, а также отдельный полк связи командования ВДВ. По сути, «Андромеда-Д» является дальнейшим развитием «Полета-К» и представляет собой систему управления, охватывающую все звенья управления ВДВ – от командующего до командира отделения включительно. При этом, входе реализации проекта удалось добиться максимальной унификации во всей «вертикали власти» Воздушно-десантных войск, поскольку во всех уровнях управления системы используются единые аппаратно-программные средства. Без разделения программного обеспечения и аппаратного оснащения на тактический и оперативно-тактический уровни.

В целях более тесной интеграции разработчиков АСУВ в 2011 году правительством РФ было принято решение, в соответствии с которым. Научно-исследовательский институт систем связи и управления, ранее бывший самостоятельным федеральным государственным унитарным предприятием, сменил форму собственности и стал отрытым акционерным обществом. Кроме того, вновь образованное ОАО было организационно включено в состав концерна «Созвездие».

В результате получилась ситуация, когда две войсковые группировки, «воюющие» в соответствии с замыслом учения «Кавказ-2012» друг против друга, имели две сопряженные между собой системы автоматизированного управления войсками:

с одной стороны – 5 омсбр (комплекс ЕСУ ТЗ);

с другой стороны – дшб 7 дшд (комплекс «Андромеда-Д»).

Для организации управления и контроля за действиями десантно-штурмового батальона 7 дшд(г) в районе его предстоящих действий были развермуты пункты управления 247-го десантно-штурмового полка, а также оперативной группы командования ВДВ, с которых была обеспечена прямая связь с командным пунктом ВДВ. В результате была создана уникальная ситуация для сравнения возможностей двух имеющихся АСУВ тактического звена, а также проверки их сопрягаемости с пунктами управления оперативно-тактического и оперативно-стратегического звена, оснащенными перспективной АСУВ «Заря».

Здесь уместно напомнить, что основными целями создания систем автоматизированного управления войсками является отнюдь не обеспечение возможности какому-либо генералу поговорить по «военному интернету» непосредственно с солдатом, а сокращение времени, потребного для выполнения работ организационной части цикла боевого управления, а также повышение качества принимаемых при этом решений! Как одно из следствий достижения этих целей может также рассматриваться ускорение процессов обработки и прохождения информации в разведывательно-огневых контурах боевой подсистемы, а также повышение точности и результативности ударов, наносимых непосредственно войсками и оружием.

Само по себе наличие в составе системы модулей переменного объема германского производства, удобных кресел, больших и красивых экранов, беспилотных летательных аппаратов, систем геопространственного позиционирования объектов на поле боя, а также видеоконференцсвязи между должностными лицами органов военного управления различного уровня, конечно, является желательным, но отнюдь не определяющим КАЧЕСТВО создаваемой системы управления.

В идеале методика сравнительных испытаний и проверки на соответствие своему предназначению двух (и более) комплексов АСУВ любого уровня управления должна обеспечивать использование этих комплексов обученным оперативным (боевым) составом «вертикали» органов военного управления при решении ими следующих задач:

1. Сбор, обмен, обработка, анализ, обобщение и отображение текущих данных обстановки (противник, свои войска, местность, погода, радиационная химическая, биологическая обстановка и другие).

2. Получение боевых задач различными способами и их уяснение.

3. Оценка обстановки.

4. Выработка решения.

5. Доведение боевых задач до подчиненных.

6. Организация огневого поражения, всестороннего обеспечения, управления и взаимодействия.

7. Планирование боя.

8. Контроль подготовки к выполнению боевых задач.

9. Непосредственное управление при выполнении боевых задач

При этом сравнительные испытания должны проводиться на одинаковой местности, одинаковыми (или близкими по структуре) воинскими формированиями по одинаковой тактической (оперативно-тактической) задаче, включающей в себя одинакового противника и другие элементы обстановки.

Только в этом случае возможно объективно сравнить достигнутую в каждой системе степень сокращения цикла боевого управления, а также оценить уровень повышения качества решений, которые были выработаны соответствующими командирами (органами управления).

Естественно, что для осуществления контроля выполнения всех вышеуказанных задач, в ходе всего цикла боевого управления необходимо иметь контролирующие органы в лице подготовленных офицеров штаба руководства и посреднического аппарата.

Говоря другими словами, за спиной любого офицера, эксплуатирующего тот или иной элемент АСУВ, должен находиться равный ему по должности и званию офицер с секундомером в руках. При этом этот контролирующий офицер должен хорошо разбираться в особенностях работы контролируемого им должностного лица.

В ходе учения «Кавказ-2012» на полигоне «Ашулук», где должен был осуществляться розыгрыш боевых действий войск обозначения, были созданы практически идеальные условия для сравнения характеристик АСУВ тактического звена, а также проверки возможностей их сопряжения с АСУВ оперативно-тактического уровня.

Помимо ЕСУ ТЗ и АСУ ВДВ, имеющихся у «противоборствующих» сторон, непосредственно на полигоне был развернут командный пункт 49-й армии, оснащенный автоматизированным комплексом «Акация-М», производства концерна «Системпром». Аналогичные комплексы имеются в настоящее время в 20-й армии Западного военного округа, а также в составе 58-й армии ЮВО. Входе учения 58-я армия развертывала свой командный пункт, оснащенный этим комплексом, на полигоне «Раевский».

Однако.если рассматривать комплекс АСУ определенного уровня управления как совокупность системы передачи информации (комплекса средств связи), и средств обработки этой информации (программной и аппаратной части), то и на полигоне «Раевский», и на полигоне «Ашулук» программные средства «Системпрома» использовались в очень ограниченном составе. Вместо них на компьютеры должностных лиц органов управления обеих армий были установлены программные средства, разработанные в рамках реализации проекта «Заря» (см. схему).

 

 

В остальном, как мы видим, все условия для полноценного и объективного апробирования и сравнения двух автоматизированных систем управления войсками были созданы.

Состав привлекаемых войск и посреднического аппарата, сроки подготовки и проведения СКШУ, выделяемый моторесурс, а также размеры и особенности полигона «Ашулук», безусловно, позволяли провести качественное двухстороннее тактическое учение. И в ходе этапов этого учения можно было бы последовательно отработать как наступательную, так и оборонительную тематику для обеих сторон. А на основе анализа выполнения управленческих задач в ходе этих этапов, объективно оценить ЭФФЕКТИВНОСТЬ работы сразу трех автоматизированных систем управления. В том числе и в ходе ведения боя с реальной боевой стрельбой.

Однако тонны холостых и боевых боеприпасов, десятки кубометров топлива, сотни километров ресурса гусеничных боевых машин, а также труд тысяч людей были потрачены совсем на другое.

 

Тактика

 

Основной целью розыгрыша боевых действий войск на участке полигона «Ашулук» оказалась, всего лишь, ПЕРЕДАЧА ДАННЫХ о местоположении конкретных бронеобъектов, оснащенных системами глобального позиционирования из системы ЕСУТЗ, в систему «Заря». С последующим объединением и отображением их в этой системе в виде некоего овала на фоне электронной топографической карты. Причем сам этот овал был абсолютно лишен признаков выполнения какого-либо тактического действия.

Руководство мало интересовали возможности обеих систем по обеспечению выполнения всего комплекса задач управления, указанных выше. Поэтому подчиненные и сосредоточились на решении одной единственной (но самой показательной!) задаче – т.е. пытались отобразить на экране вышестоящего начальника, находящегося на полигоне «Раевский», практические действия обучаемых войск. Причем – любой ценой!

И почти месячная подготовка войск и тренировки органов управления обеих «противоборствующих» сторон в работе с использованием АСУВ на полигоне «Ашулук» свелась, по сути, к «натаскиванию» их на отработку одного учебного вопроса всего лишь одного (из трех запланированных) этапов учения.

Как результат – ни о какой работе органов управления в соответствии с руководящими документами и установленными для них алгоритмами работы, речи не шло. Начиная от управления армии и заканчивая управлениями батальонов. Не говоря уже о каких-то там замерах каких-то «малоинтересных» временных показателей в ходе выполнения органами управления управленческих задач, а войсками и отдельными военнослужащими – установленных нормативов. То есть, сами нормативы и таблицы учета их выполнения, безусловно, были. И офицерами штаба руководства и посреднического аппарата в них фиксировалось время их выполнения. И даже выставляли оценки. Но.

Дело в том, что стремление руководства получить на мониторе вышестоящего штаба картинку самостоятельно движущихся по карте тактических значков, обозначающих реальные танки, БТР и БМП, в очередной раз пересилило здравый смысл.

Именно поэтому все планирование боя с обеих сторон осуществлялось по принципу «с ног на голову». То есть, не дожидаясь начала собственно учения, руководство довело до командиров батальонов обеих сторон сформулированные им (а не командирами обучаемых соединений и воинских частей) боевые задачи. И даже не заслушав толком их решения, приступило к любимому методу обучения подчиненных – длительной, изнуряющей тренировке. Еще до начала учения подразделения 5-й мотострелковой бригады и десантно-штурмовой батальон, оснащенные новейшими системами управления войсками как минимум пять раз выходили на тренировки для отработки одного единственного тактического эпизода – ведения наступления (обороны) в полосе обеспечения. При этом «противники» трогательно заботились друг о друге – выставляли в степи т.н. «ориентиры», сколоченные из ящиков от боеприпасов, утилизированных на этом же полигоне, а также таблички на развилках дорог, находящихся в том числе в глубоком тылу обороняющихся, с указанием, какому подразделению и куда наступать в дальнейшем.

Одновременно в штабах обеих сторон кипела напряженная работа. На основании решений, уже принятых в подчиненных подразделениях (!), управления мотострелковой бригады и десантно-штурмового полка пытались выработать свои решения на наступление (оборону). В дальнейшем эти решения служили основой для принятия решений в штабах более высоких инстанций.

А на пункт управления 49-й армии, оснащенный комплексом автоматизированного управления «Акация-М», на время учения было установлено программное обеспечение перспективной АСУВ «Заря». На которое должны были передаваться в графическом виде «решения обучаемых» и положение бронеобъектов обеих сторон в ходе собственно «ведения боевых действий». Надеюсь, понятно, почему «решения обучаемых» и «ведение боевых действий» взяты в кавычки?

Выносные рабочие места от трех систем управления были установлены на пункте управления участкового посредника. Для контроля.

Только чего? Заранее отрепетированных действий?

Следует отдать должное руководству участкового посредника. В ходе тренировок обучаемых, проводившихся в форме тактико-строевых и тактических занятий обучаемым была практически предоставлена свобода действий. То есть, командиры противоборствующих сторон не ограничивались в способах применения подчиненных подразделений, были вынуждены вести реальную разведку, и изменять планы применения своих войск и их боевые задачи, корректируя свои действия исходя из действий противника. При этом каждый раз в ходе очередной тренировки «противники» стремились изыскать наиболее эффективный способ достижения цели боя, применяли хитроумные тактические приемы и вынуждены были учитывать реальные действия друг друга. Что практически невозможно, при проведении, например, одностороннего учения.

То есть, обучаемые получили очень ценный опыт в виде практических действий войск и управления ими в условиях противоборства с реальным противником.

Однако, целями тактических и, уж тем более, оперативных и стратегических учений является, отнюдь не предоставление возможности обучаемым по пять раз проверять свои решения в реальном столкновении с противником.

И проблемы в «стыковке» АСУВ тактического и оперативного звена управления, а также пути способы их решения находятся не только в плоскости аппаратно-программной составляющей самих комплексов.

Без серьезного анализа практических результатов, достигнутых в области создания АСУВ для тактического звена, невозможно не только осуществить их сопряжения с системами оперативного уровня, но и само дальнейшее развитие этих систем является проблематичным.

 


Поделиться в социальных сетях:
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Мой Мир


При использовании опубликованных здесь материалов с пометкой «предоставлено автором/редакцией» и «специально для "Отваги"», гиперссылка на сайт www.otvaga2004.ru обязательна!


Первый сайт «Отвага» был создан в 2002 году по адресу otvaga.narod.ru, затем через два года он был перенесен на otvaga2004.narod.ru и проработал в этом виде в течение 8 лет. Сейчас, спустя 10 лет с момента основания, сайт переехал с бесплатного хостинга на новый адрес otvaga2004.ru