«ЕСЛИ ВРАГ НЕ СДАЕТСЯ…». КАК СТАЛИН БОРОЛСЯ С НАЦИОНАЛИСТАМИ

Сергей Петров
Журнал «Солдат удачи» №1, 2002

 

 

На фото: националисты, их лидеры и пособники, действовавшие на территории СССР

Еще не закончилась Великая Отечественная война, а лидер Советского Союза Иосиф Сталин столкнулся с проблемой националистических движений в Прибалтике, в западных землях Украины и Белоруссии. Враг был силен и коварен.

Борьбу с «лесными братьями», бандеровцами и другими вооруженными формированиями вели в основном местные органы безопасности. Однако центр жестко контролировал ситуацию, всячески помогая местным чекистам оружием, опытными кадрами оперативников и силовиков. Что касается верхушки бандитских вооруженных формирований, главарей националистических движений, то ими занималась непосредственно Москва. Кстати говоря, отобраны были лучшие специалисты по украинским и прибалтийским регионам.

Здесь впервые в послевоенное время применяются препараты секретной технической лаборатории, во главе которой стоял Майрановский. В 1990-е годы раскрытие тайн «секретной лаборатории» наделало много шуму в нашей стране, однако думается, и до сих пор о делах этого учреждения известно далеко не все.

То, что известно, лишь подтверждает мысль: послевоенная борьба с главарями националистического движения укладывается в рамки традиционного сталинского мышления, суть которого ярко выразил великий пролетарский писатель М. Горький: «Если враг не сдается – его уничтожают».

Кому-то методы, которыми боролся со своими врагами Сталин покажутся жестокими. Однако не следует наивно представлять лидеров украинских и прибалтийских националистов как сугубо политических деятелей. За каждым из них стояли хорошо вооруженные банды, представляющие реальную силу. Члены этих банд в период немецкой оккупации активно сотрудничали с фашистами, воевали в составе карательных соединений, таких, к примеру, как печально известная дивизия СС «Галичина» или батальон «Nichtigal», уничтожали мирное население.

Тот же Шухевич, правая рука Бандеры, координировавший вооруженное сопротивление на Украине с 1943 по 1950 год, имел звание гаупштурмфюрера и был одним из руководителей батальона «Nichtigal».

Да и сам известный митрополит униатской церкви Андрей Шептицкий, в прошлом офицер австрийской армии, был в свое время замешан в достаточно скандальной истории. Его арестовала еще царская контрразведка, и Шептицкий оказался в ссылке. Он вернулся во Львов лишь в 1917 году, освобожденный Временным правительством.

В чем же обвинялся граф Шептицкий? Ни больше ни меньше, как в сотрудничестве с австрийской разведкой!

Война обнажила истинную сущность лидера униатов. Не успел первый сапог немецкого солдата вступить на брусчатку львовских улиц, как Шептицкий направил поздравления Гитлеру, в котором восторженно приветствовал приход фашистов.

В 1943 году митрополит благословил только что созданную дивизию СС «Галичина».

Дивизия, как известно, присягнула на верность Гитлеру и была брошена на уничтожение партизан, мирных жителей, евреев. Полки этой дивизии прошлись «огнем и мечом» по городам и селам Украины, Словакии, Югославии.

Кстати говоря, капелланом в дивизии «Галичина» служил не кто иной, как духовный ученик Шептицкого – архиепископ Иосиф Сиплый. Это он благословлял карателей на кровавые дела.

Однако Сиплый не побоялся в составе делегации униатской церкви, посланной по приказу Шептицкого, приехать в Москву. К тому времени НКВД уже располагало точными сведениями о связи руководства униатов с фашистами, о чем и было заявлено делегации.

Правда, Сиплого арестовали уже позже, после войны.

Террористическое подполье украинских националистов действовало очень активно. Бандеровцы не только запрещали молодежи идти в Красную Армию, убивали, сжигали семьи тех, кто боролся с фашистами, но и решались на достаточно громкие дела. Взять хотя бы убийство архиепископа Г. Костельника на ступенях львовского собора или террористический акт против известного украинского писателя Ярослава Галана.

Помнится, в первые дни своего обучения во Львовском высшем военно-политическом училище мне удалось побывать в музее-квартире Ярослава Галана. Выросший в российской глубинке и, право же, не подозревавший, что такое национализм, я здесь увидел подлинное лицо этого дикого явления.

Фотографии зарубленного писателя, рукописи, обагренные кровью, потрясали. Попахивало мрачным средневековьем. Не верилось, что такое произошло всего двадцать четыре года назад.

Однако сколь наивен я был. Средневековье, замешенное на кровавом национализме, способно возвращаться, казалось бы, из далекого небытия – и оно вернулось после развала СССР. Не скажу, есть ли ныне во Львове улица Галана, но то, что существует улица Бандеры, – все знают точно. Помню, как тогда позвонил мне сокурсник по военному училищу: «Поздравь меня, теперь живу на улице Бандеры. В самом жутком сне такого не могло присниться.»

Нет, это не сон. Фашизм проклят во всем мире, а в братской Украине увековечили память гитлеровского подручного. Что это? Это – махровый национализм. У него нет разума. У него только ненависть. Он слеп и безумен. Именно такие безумцы подняли в 1949 году руку на публициста Ярослава Галана. Костью в горле украинским националистам стал писатель Галан, и наемный убийца сделал свое дело.

Так что не стоит воинствующих националистов, террористов представлять этакими безмолвными жертвами бесчеловечного сталинского режима. Надо прямо сказать, методы борьбы были адекватными.

Кровавые преступления, служба в фашистских частях СС, подрывная бандитская деятельность не остались безнаказанными – иногда расправа наступала без суда и следствия. Так Майрановский, начальник секретной токсикологической лаборатории МГБ, сделал смертельный укол одному из руководителей украинских националистов Шумскому. Яд подействовал безотказно. Общественности было объявлено, что Шумский скончался от сердечной недостаточности.

Кто знает, как бы сложилась его судьба, если бы не дерзкое, с угрозами письмо, которое он отправил Сталину. Шумский, находившийся в это время в ссылке в Саратове, потребовал вернуть его на родину, угрожал покончить с собой. Сталин такого не прощал. Тем более НКВД стали известны связи Шумского с украинскими эмигрантами за рубежом и националистическим подпольем на Украине.

Так же закончил жизнь и архиепископ униатской церкви Ромжа. Существует версия, что инициатором его убийства был Никита Хрущев, в ту пору первый секретарь ЦК Компартии Украины. Он и обратился к Сталину с настоятельной просьбой: уничтожить террористическое гнездо Ватикана в Ужгороде. Сталин дал добро. Местные органы госбезопасности устроили Ромже автомобильную аварию, в результате которой архиепископ был лишь ранен, но не убит.

В Ужгород выехал Майрановский. Он передал ампулу с ядом агенту МГБ – медсестре больницы, где лечился Ромжа. Она сделала укол.

Особый резонанс на Украине и в Москве имел теракт против Я. Галана. Сталин был вне себя. Во Львов вылетела целая группа чекистов во главе с заместителем министра госбезопасности генерал-лейтенантом Селивановским. Перед ними стояла задача: разыскать и уничтожить главарей бандеровского подполья.

Первым в этом списке стоял гаупштурмфюрер Шухевич, правая рука Бандеры.

Он обладал разветвленной, глубоко законспирированной агентурной сетью. Сам Шухевич, человек, безусловно, неординарный, весьма авторитетный в кругах националистов, был умен и храбр, имел большой опыт конспиративной работы.

Достаточно сказать, что в ту пору, когда группа Селивановского уже работала во Львове и на ноги были поднята все местные чекисты, Шухевич делает достаточно дерзкий шаг – посылает на похороны своего знакомого, известного на Западной Украине театрального деятеля, венок. На траурной ленте значится фамилия Шухевича.

Однако агенты разведывательно-диверсионной службы уже шли по его следу.

Сначала известный во Львове адвокат, участник бандеровского движения Гробовой, а потом и академик Крипякевич раскаиваются в своих взглядах и заявляют об этом открыто.

Чекисты выходят на связного Шухевича, футболиста команды «Динамо». Приспешник Бандеры начинает нервничать: он убивает милиционера, который, ни о чем не подозревая, заходит в дом, где располагается Шухевич.

Вновь на некоторое время матерый бандит исчезает, но вскоре оперативная группа «накрывает» его в одной из деревень под Львовом. Отстреливаясь, Шухевич гибнет.

С уходом лидера оуновское движение угасает.

В то же время бандеровские главари в Германии, Англии, не знавшие о гибели Шухевича, встревожены его молчанием.

Наконец они решают забросить на Украину группу диверсантов во главе с опытным, расчетливым боевиком, начальником службы безопасности ОУН Матвиейко. Он должен связаться с Шухевичем и придать второе дыхание «повстанческому» движению.

Разведывательно-диверсионная служба вовремя узнает об этом плане. Агент МГБ, засланный в один из отрядов бандеровцев, сообщает о маршруте движения группы Матвиейко и предполагаемом месте ее высадки.
Действительно, вскоре британский самолет вторгся в воздушное пространство Советского Союза. Предупрежденные заранее, средства ПВО молчали. В районе Ровно с борта самолета была десантирована группа парашютистов.

Матвиейко и его боевиков тепло встретили оуновцы-подполыцики на явочной квартире. В роли подпольщиков умело выступили советские контрразведчики. Вскоре начальник оуновской службы безопасности оказался в Москве на допросе. Им лично занимались министр, его заместители и начальник разведывательно-диверсионной службы МГБ.

Шел уже шестой год вооруженной борьбы на Украине. Сталин, руководство страны, органов госбезопасности хотели как можно быстрее завершить эту борьбу. К Матвиейко не применялись меры физического воздействия. Его пытались если уж не перевербовать, то хотя бы переубедить, заставить обратиться к оуновцам внутри страны и за рубежом с призывом к примирению.

Матвиейко разрешили слушать радио, чекисты посещали с ним театр. Тем более что для такого «культпохода» время выбрали самое подходящее: в Москве шла декада украинского искусства. И бывший ярый оуновец с нескрываемым удовольствием слушал оперное пение на родном языке. Это произвело на него неизгладимое впечатление.

В ходе допросов Матвиейко убедился в том, что советская разведка держит «под колпаком» бандеровское движение: ему назвали вожаков украинских националистов, рассказали об их жизни, взглядах, пристрастиях.

После Москвы Матвиейко отправили в Киев, потом во Львов. Будучи опытным оперативником, начальник службы безопасности ОУН бежал из-под стражи. Его побег стал настоящим ЧП для центра. Однако не успели чекисты по-настоящему развернуть поиск, как Матвиейко сам сдался органам безопасности. «Агитпроп» советских разведчиков не пропал даром.

За несколько дней побега оуновец посетил наиболее законспирированные явки и понял: адреса были неверные, агенты вымышленные. По большому счету, той широкой агентурной сети, о которой уверенно докладывали в лондонскую штаб-квартиру ОУН, не существовало. Он осознал тщетность своих усилий.

На устроенной по этому случаю пресс-конференции бывший начальник службы безопасности осудил бандеровское движение и отказался от дальнейшей борьбы, призвав к этому своих прежних соратников.

Он остался на родине, мирно жил, работал, растил детей.

Так, собственно, закончилось бандеровское движение. Хотя уже сегодня можно утверждать, что завершение это не окончательное. Возникла же, как птица Феникс, улица Бандеры. И кто не знает, куда привела она? Хотелось бы чтобы не забыли люди, что мы уже проходили по ней однажды. Но все тщетно.

Есть подобные улицы и в Прибалтике. По ним уверенно маршируют бывшие «лесные братья». Они теперь уравнены в правах и льготах с теми, кто воевал с фашизмом. Говорят, они боролись за свободу своих республик. Даже если стояли бок о бок с фашистами.

Поразительное утверждение!

А мне хотелось бы сразу расставить все точки над i. Сегодня доподлинно ясно одно: хотя националистические движения Литвы, Латвии, Эстонии выдвигали самостоятельные лозунги и проповедовали вроде бы благородную цель – достижение независимости, они никогда не были самостоятельны. Это были полицейские формирования, созданные фашистами, с фашистским оружием, на фашистские деньги. И, естественно, прогермански ориентированные. Они всегда рассматривались как остаточные очаги фашистского сопротивления.

Большую роль в разгроме националистического движения в Прибалтике сыграл Герой Советского Союза опытный разведчик литовец Ваупшасов. Решалась эта сложнейшая проблема не с помощью массовых переселений и не проведением армейских операций, а путем агентурного проникновения в банды противника.

Надо отметить, что нынешними историками часто упускается, как правило, одна важная деталь: послевоенная борьба с бандами националистов была крайне напряженной и кровавой.

По самым скромным подсчетам, в этой борьбе погибло свыше 50 тысяч советских партийных активистов, чекистов, воинов внутренних войск, «истребителей». Эти жертвы огромны для небольших по численности населения Прибалтийских республик.

После разгрома фашистов и окончания войны бандитские формирования Прибалтики пользовались поддержкой английских спецслужб.

Наша диверсионная служба через своих агентов закордонной разведки знала о каналах связи англичан с националистическим подпольем. На этом, собственно, и удалось сыграть. В качестве представителей английской разведки были посланы опытные чекисты – литовцы и латыши, прошедшие школу партизанской войны. И это предопределило успех операции, в ходе которой удалось обезвредить руководителей «повстанческого» движения.

Ликвидация главарей бандитских формирований резко снизила активность боевых действий.

В послевоенный период у руководства Советского Союза и его разведки была еще одна проблема, о которой редко вспоминают даже исследователи того периода. Речь идет о курдских отрядах под руководством Мустафы Барзани, которые, прорвав блокаду шахских войск, перешли на территорию советского Азербайджана.

Сталину было известно, что курды постоянно конфликтовали то с персами, то с иракцами. Выступали и против англичан, и Россия неоднократно поддерживала их.

Не сей раз Сталин пообещал поддержку Барзани и даже согласился обучить в наших военных училищах курдских офицеров. Была задумана широкомасштабная политическая игра, главная роль в которой отводилась курдам.

Москва рассчитывала с помощью Барзани изменить проанглийский режим в Ираке, что, собственно, и случилось в 1958 году. Однако ирония судьбы состояла в том, что вместо правительства Нури Саида, свергнутого в результате военного переворота, к власти в Багдаде пришли наши бывшие союзники. Ирак, Сирия, а впоследствии и Египет стали играть доминирующую рай во внешнеполитических отношениях с Советским Союзом. Курды были отодвинуты в тень.

Позже, в начале 1960-х годов, мы вновь помогали курдам устоять против карательных операций иракской армии.

Однако время многое меняет. Нам давно уже как-то не до курдов и их проблем. На юге постоянно тлеет незатихающий конфликт, то разгораясь, то ослабевая. А в 1995-м вспыхнула Чечня – вечная боль России.


Поделиться в социальных сетях:
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Мой Мир