ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ БРОНИРОВАННЫЕ МАШИНЫ 1945–1965 ГГ. (XXII)

М.В. Павлов, кандидат технических наук, старший научный сотрудник. И.В. Павлов, ведущий конструктор
«Техника и вооружение. Вчера, сегодня, завтра...» №05, 2010 г.
Материал предоставлен авторами и публикуется с разрешения редакции журнала

<<< См. предыдущий материал

 

 

Ходовая часть зарубежных танков

 

Скачать публикацию «ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ БРОНИРОВАННЫЕ МАШИНЫ 1945–1965 ГГ. (XXII)» в формате PDF

Совершенствованию ходовой части первых послевоенных танков за рубежом также уделялось большое внимание. Широкое распространение в системе подрессоривания зарубежных танков получили индивидуальные торсионные подвески с большими динамическими ходами опорных катков. Исключение составляли лишь системы подрессоривания английских и швейцарских танков. Для интенсивного гашения колебаний использовались мощные гидравлические амортизаторы телескопического типа.

Повышение потенциальной энергии подвесок американских и французских танков обеспечивалось за счет использования в крайних узлах подвесок торсионных валов большего диаметра, чем у торсионов средних узлов. Кроме того, повышение энергоемкости подвесок осуществлялось путем установки упругих ограничителей хода катков (пружинных подрессорников). Телескопические амортизаторы, как правило, размещались снаружи корпуса на крайних узлах подвески, за исключением легкого французского танка АМХ-13, на котором амортизаторы задних узлов подвески располагались внутри корпуса. Конструкция телескопического амортизатора одностороннего действия этого танка была заимствована у немецкого танка Pz.lll периода Второй Мировой войны.

На американских танках М41, М46, М47, М48 амортизаторы монтировались на первых, вторых и шестых узлах подвески, на тяжелом М103 – на первых, вторых, третьих, шестых и седьмых узлах. На танке М60 первого выпуска амортизаторы вообще отсутствовали, однако на последующих машинах к их установке вернулись. Конструктивной особенностью амортизаторов американских танков являлось отсутствие заправочных отверстий для пополнения рабочей жидкости.

На западногерманском танке «Леопард-1» амортизаторы крепились на трех передних и двух задних узлах подвески, а в качестве ограничителей хода использовались буферные пружины.

На английских танках «Центурион» и «Чифтен» применялась блокированная (по два катка в тележке) подвеска типа «Хорстман». В качестве упругого элемента служили цилиндрические пружины. Гидравлические телескопические амортизаторы одностороннего действия устанавливались или на крайних узлах подвески (танки «Центурион»), или только на передних узлах («Чифтен»). Амортизаторы не имели компенсационной камеры, так как размещались в полости кронштейна, заполненной рабочей жидкостью. На тяжелом танке «Конкэрор» также использовалась блокированная подвеска (по четыре тележки на борт). Каждая тележка состояла из двух опорных катков, трех горизонтальных пружин и двух гидравлических амортизаторов. Применение блокированных подвесок на английских машинах объяснялось их относительно невысокими скоростями движения и желанием конструкторов вынести упругие элементы подвески из броневого корпуса для лучшего использования его внутреннего объема.

На швейцарском танке Pz61 использовалась индивидуальная пружинная подвеска. В подвеску каждого опорного катка входили 44 конические дисковые пружины (пружины Бельвилля) и гидравлический амортизатор, смонтированные во внутренней полости балансира. По мнению швейцарских специалистов, эта подвеска по своим характеристиками не уступала торсионным подвескам, стоявшим на большинстве зарубежных танков.

Размещение всех узлов подвески снаружи корпуса английских и швейцарского танков позволяло в случае боевых повреждений быстро заменять отдельные узлы в полевых условиях, однако приводило к их большой уязвимости от подрыва на минах и при обстреле. Из всех зарубежных машин американские танки имели достаточно высокие параметры плавности хода, превышавшие аналогичные показатели танков других стран.

В конце 1950-х – начале 1960-х гг. за рубежом развернулись работы по изысканию новых типов подвесок. Для шведского танка Strv-103А была разработана гидропневматическая подвеска, которая, помимо своего основного назначения, служила также для изменения положения корпуса при наводке основного оружия в цель (по углу возвышения) и для изменения клиренса машины вплоть до опускания корпуса на грунт.

Подвеска состояла из гидравлических цилиндров и баллона со сжатым воздухом, связанных системой рычагов с балансирами опорных катков. Цилиндры подвесок средних катков действовали независимо друг от друга и от подвесок передних катков. Гидравлические полости крайних подвесок были связаны между собой по диагонали (передняя правая – с задней левой, передняя левая – с задней правой) через плунжерные насосы. При перекачивании масла из одной полости в другую, диагонально противоположную, изменялось положение балансиров относительно корпуса, благодаря чему корпусу мог быть придан любой угол наклона (как в продольной, так и в поперечной плоскостях) в пределах хода подвески.

Гидропневматическая подвеска наряду с торсионной и пружинной (тарельчатой) подвесками была создана и для западногерманского танка «Леопард-1». Но несмотря на хорошие характеристики гидропневматической подвески, ее не приняли для этого танка по причине уязвимости. Тем не менее регулируемую гидропневматическую подвеску предполагалось использовать на перспективном основном танке МВТ-70, разработка которого и изготовление опытных образцов велись в США и ФРГ. Один из вариантов подвески, предложенный западногерманской фирмой «Фризке и Хепфинер» (в США аналогичной подвеской занималась фирма «Нэшнл Уэстерфлит»), обеспечивал танку МВТ-70 переменный клиренс в пределах 300 мм, а также изменение жесткости подвески (рессоры), дифферента и крена танка. Управление подвеской могло осуществляться как с рабочего места командира, так и механика-водителя.

Наряду с исследованиями гидропневматической подвески, в США велись ОКР по различным вариантам подвески с трубчатыми торсионными валами.

Практически все зарубежные танки имели гусеничный движитель с кормовым расположением ведущих колес, за исключением легкого французского танка АМХ-13 и шведского танка Strv-102А с передней установкой трансмиссии и ведущих колес. Ведущие колеса всех зарубежных танков имели цевочное зацепление с гусеницами и, как правило, были разборной конструкции, со съемными зубчатыми венцами.

На средних (основных) и тяжелых танках применялись двухскатные опорные и поддерживающие катки с наружной амортизацией. Односкатные опорные и поддерживающие катки с наружной амортизацией устанавливались на французском легком танке АМХ-13, а двухскатные опорные катки с внутренней амортизацией – на английском тяжелом танке «Конкэрор». Опорные катки всех зарубежных танков имели однорядное расположение. Отказ от шахматного расположения опорных катков свидетельствовал об отрицательном опыте эксплуатации ряда немецких танков в годы Второй мировой войны. Тем не менее на некоторых вариантах французского опытного тяжелого танка АМХ-50 (явно под влиянием немецкого танкостроения) использовалось шахматное расположение опорных катков. Только на западногерманском танке «Леопард-1»односкатные поддерживающие катки устанавливались в шахматном порядке.

Конструкция всех двухскатных опорных катков (включая односкатные опорные катки танка АМХ-13) была разъемной. Штампованные диски катков изготавливались как из алюминиевых сплавов (например, на всех американских танках), так и из стали (на танках «Центурион», «Чифтен», Strv-103А). При использовании дисков из алюминиевого сплава на них устанавливались защитные стальные реборды. В дисках опорных катков американских танков М46 и М48 имелись закрытые полости, заполняемые жидкостью для отвода тепла. Ступицы опорных и поддерживающих катков всех американских машин оснащались уплотнениями торцевого типа и заправлялись жидкой смазкой.

Опорные катки американских танков, японского Тип 61 и западногерманского танка «Леопард-1» являлись взаимозаменяемыми с направляющими колесами. Передний опорный каток американских танков кинематически был связан с направляющим колесом (компенсирующее устройство рычажного типа), что предотвращало провисание гусениц при подъеме крайних опорных катков при наезде на неровности и способствовало устойчивости гусеницы в обводе. На танках М46 и М47 для обеспечения постоянства натяжения гусениц, помимо компенсирующих устройств, между ведущими колесами и последними опорными катками устанавливались дополнительные натяжные ролики. Для исключения спадания гусениц на ведущих колесах этих машин также монтировались специальные направляющие кольца, а на ступице ведущих колес западногерманского танка «Леопард-1» – направляющий желоб.

Необходимо отметить, что при разработке послевоенных танков американскими специалистами большое внимание уделялось унификации узлов и деталей ходовой части, а также вопросам удобства проведения ремонтных работ. Так, например, опорные катки имели два основных типоразмера – для легких и средних машин. В случае увеличения массы машины добавлялось соответствующее число опорных катков. Использование разъемных опорных катков обеспечивало в случае повреждения какой-либо детали катка (бандажа, обода, диска) возможность быстрой ее замены без демонтажа или замены всего узла в целом. А в процессе эксплуатации английских танков «Центурион» и «Чифтен» предусматривалась разборка опорных катков и перемена местами наружных и внутренних дисков с целью обеспечения равномерного износа резиновых массивов и продления срока их службы.

Достижение высокой проходимости некоторых зарубежных танков обеспечивалось небольшим средним давлением на грунт и хорошим сцеплением гусенице грунтом за счет использования широких гусениц с развитыми грунтозацепами. Учитывая опыт Второй мировой войны, на западногерманском танке «Леопард-1» и французском АМХ-30 среднее давление на грунт было существенно снижено по сравнению с другими зарубежными машинами. Так, например, величина среднего давления на грунт у танка АМХ-30 составляла 75,5 кПа (0,77 кгс/см2).

Широкое распространение на всех послевоенных американских машинах и западногерманском танке «Леопард-1» получили гусеницы с РМШ (сайлетблочные) параллельного типа и со средней связью. Характерной особенностью гусеницы танка «Леопард-1»являлось применение принципиально нового способа крепления соединительных скоб на пальцах трака. Концы пальцев и отверстия в скобах были выполнены восьмигранными, скоба имела сквозную прорезь, соединявшую отверстия; зазоры в восьмигранном соединении выбирались за счет упругой деформации скобы при сжатии прорези стяжным болтом (момент затяжки – 314 Н-м, или 32 кгс-м).

Гусеницы с РМШ в зависимости от назначения выполнялись с каркасными обрезиненными траками, имевшими резиновую или стальную подошву, и металлическими траками. Для боевых действий ставились гусеницы с металлическими грунтозацепами. Для передвижения по усовершенствованным дорогам применялись каркасные гусеницы с резиновыми подошвами или гусеницы с металлическими траками, оборудованными резиновыми подушками. Ресурс таких гусениц составлял 3500–6500 км и ограничивался износом подошвенной части трака. С целью увеличения долговечности был разработан трак со съемными башмаками, применение которых позволило увеличить ресурс гусеницы до 6500-8000 км (за счет замены башмаков по мере их износа).

На американском легком танке М41 и среднем японском Тип 61 применялись гусеницы с РМШ последовательного типа (траки между собой соединялись с помощью восьмигранного пальца). К тракам крепились съемные резиновые подушки.

Наряду с гусеницами с РМШ на некоторых американских легких танках и САУ применялись ленточные гусеницы. Эти гусеницы были установлены на опытном танке Т95, шестиствольной САУ М50 «Онтос» и САУ М56 «Скорпион». Ленточная гусеница САУ М50 собиралась из пяти секций. Каждая секция состояла из двух армированных резиновых лент прямоугольного сечения, на которые монтировались детали отдельных звеньев, связывавших эти ленты в секцию гусеницы. Конструкция гусеницы являлась достаточно сложной, состоявшей из большого количества деталей (в число деталей комплекта входило около 2400 болтов). На английских танках «Центурион», «Конкэрор» и французском АМХ-13 использовались мелкозвенчатые гусеницы с ОМШ, а на танках «Чифтен», Pz61, АМХ-30 и Strv-103А – мелкозвенчатые гусеницы с ОМШ и съемными резиновыми подушками. Срок службы гусениц с ОМШ не превышал 1500-2000 км.

 

Таблица 53

Основные характеристики элементов ходовой части зарубежных танков

 


 

 

Электрооборудование танков

 

Совершенствование конструкции отечественных танков в первом послевоенном периоде расширило их боевые возможности, чему в немалой степени способствовало широкое применение электроэнергетического оборудования, автоматических устройств и систем, объединенных в единый комплекс – систему электрооборудования. В ее состав вошло большое количество потребителей электрической энергии и источников, обеспечивавших их питание. Система электрооборудования стала неотъемлемой частью всех послевоенных танков, эффективность применения которой в значительной степени стала определять их боевые свойства. Из вспомогательной, второстепенной системы она стала одной из основных в танке – как по своему назначению, так и по занимаемому объему и массе. На всех танках стало устанавливаться однотипное электрооборудование, рассчитанное на постоянное напряжение 24 В.

 

 

В связи с широким внедрением на танках электроприводов в системе управления вооружением, применением стабилизаторов вооружения, средств связи и навигации, ночных прицелов и приборов наблюдения, мощных двигателей, установкой систем ПАЗ, ППО, ТДА, сигнализации и освещения резко возросло электропотребление. Это потребовало увеличения мощности танковых генераторов сначала до 1,5 и 3 кВт, а затем до 5–6,5 кВт и улучшения схем электроснабжения боевых машин.

Как и в годы Великой Отечественной войны, в первый послевоенный период электрооборудование для танков выпускалось заводом №255 в Челябинске (до эвакуации – завод «Электромашина»). Главным конструктором завода был П.А. Сергеев. В соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 12 июня 1951 г. изготовление электрооборудования для танков (генераторов, ряда электродвигателей, коммутирующей аппаратуры, регуляторов напряжения, фильтров) было возложено на Московский тормозной завод (МТЗ). Для сопровождения серийного производства и разработки новых систем электроснабжения и пуска на заводе сформировали Опытное конструкторское бюро по электрооборудованию (ОКБЭ), которое возглавил П.А. Сергеев. В течение 1945-1959 гг. под его руководством на заводе №255 и в ОКБЭ МТЗ была разработана серия танковых генераторов мощностью 1,5-6,5 кВт.

На легких, средних и тяжелых послевоенных танках, не имевших стабилизатора основного оружия, использовались генераторы Г-731 (Г-73) мощностью 1,5 кВт, с введением стабилизаторов – Г-74 мощностью 3 кВт, Г-5 мощностью 5 кВт, а затем и Г-6,5 мощностью 6,5 кВт. Генераторы Г-731 (Г-73), Г-74 и Г-5 работали совместно с двухконтурными вибрационными реле-регуляторами прямого действия – РРТ-30 (РРТ-24), РРТ-31 и Р-5 (Р-5М) соответственно. Генератор Г-5 по сравнению с первыми двумя имел значительно большую удельную мощность и допускал кратковременные перегрузки по току. В связи с этим реле-регулятор (Р-5, Р-5М) не имел ограничителя тока. Генератор Г-6,5 устанавливался в серийном среднем танке Т-62. Он был создан на базе генератора Г-5 и отличался от него, помимо мощности, эффективной системой вентиляции. Для охлаждения генератора использовался воздух, забиравшийся из боевого отделения по специальному патрубку, а во время работы системы ПАЗ – из МТО. Увеличение мощности танковых генераторов потребовало, в свою очередь, нового решения проблемы регулирования напряжения, поскольку при мощности генератора свыше 5–7 кВт применение обычного вибрационного регулятора напряжения, непосредственно воздействовавшего на цепь возбуждения, стало невозможным. В результате для более мощных танковых генераторов создали новые схемы бесконтактных регуляторов напряжения с внедрением полупроводниковых приборов. На оснащение был принят одноконтурный транзисторный реле-регулятор непрямого действия (бесконтактный) с прерывистым изменением параметров цепи возбуждения Р-10Т (Р-10ТМ).

Вместо реле обратного тока стало использоваться дифференциальное минимальное реле, обеспечивавшее лучшую зарядку аккумуляторных батарей (АКБ), т.е. включение генератора в сеть происходило не при фиксированном напряжении, а при наличии разности напряжений генератора и АКБ.

В начале 1960-х гг. в опытном танке «Объект 167» был установлен генератор Г-10 мощностью 10 кВт. Однако он не получил дальнейшего распространения, поскольку была создана новая электрическая машина постоянного тока, которая при определенном соотношении потребных мощностей в генераторном и стартерном режимах могла выполнять обе функции, сократив при этом массу и объем установленного электрооборудования.

Работы по таким электромашинам развернулись в НИ ИД в середине 1950-х гг. Совместно с КБ харьковского завода №75 в НИ ИД спроектировали стартер-генератор СГ-10 мощностью 10 кВт в генераторном режиме. Переход от стартерного режима к генераторному после пуска двигателя танка происходил автоматически за счет применения сцепляющего механизма с самовыключением шестерни. Впервые стартер-генератор СГ-10 установили в опытном среднем танке «Объект 430». В дальнейшем он использовался в опытных танках «Объект 432» и «Объект 434», а также во всех основных танках второго послевоенного периода.

Увеличение мощности танковых генераторов было достигнуто за счет повышения начальной частоты вращения обмоток возбуждения и, соответственно, сужения диапазона рабочих частот вращения вала якоря генератора. Так, например, у генератора Г-5 рабочий диапазон частоты вращения вала якоря по отдаче полной мощности равнялся 2, у генератора Г-10 он уменьшился на 25%. Сужение диапазона привело к ухудшению работы системы электроснабжения, что было связано со значительным превышением скоростного диапазона двигателя танка над рабочим диапазоном генератора. Поэтому на пониженных частотах вращения коленчатого вала двигателя генератор практически не обеспечивал питания потребителей и зарядку АКБ. Кроме того, применение стартер-генератора СГ-10 в танках значительно усложнило схему стартер-генераторного комплекта за счет наличия переключающих устройств и снизило общую надежность работы, что в дальнейшем потребовало проведения ряда НИОКР.

В 1964 г. ОКБЭ МТЗ передали в состав НИИД (отдел №10). В связи с этим функциональные обязанности НИЩ значительно расширились в части проведения НИОКР со сторонними НИИ, КБ и вузами. В НИИД под руководством ПА Сергеева изготовили макеты и провели исследования бесконтактных генераторов постоянного тока высокого напряжения с жидкостным охлаждением, стабильной частотой вращения и внешним трансформаторно-выпрямительным блоком для зарядки аккумуляторных батарей. Опытные образцы таких генераторов (Г-60 и Г-63) были исследованы в лабораторных условиях и прошли испытания в танках на НИИБТ полигоне.

Из постоянных источников тока, устанавливавшихся в танках в конце войны, АКБ 6СТЭ-128 заменили на АКБ 6СТЭН-140М – большей емкости и улучшенной конструкции. В конце 1950-х гг. разработали новую АКБ 12СТ-70 сухозаряженного исполнения напряжением 24 В. Эти АКБ испытали в опытном среднем танке «Объект 430». По сравнению с предыдущими АКБ они имели меньшую емкость, но обладали лучшими стартерными характеристиками за счет уменьшенного внутреннего сопротивления. В режиме стартера с помощью реле РСТ-10М происходило переключение четырех АКБ с 24 на 48 В.

В освоении и постановке на производство АКБ 6СТЭН-140 и 12СТ-70 принимали участие специалисты ВНИИ-100, Научно-исследовательского аккумуляторного института (НИАИ), Ленинградского аккумуляторного завода (ЛАЗ) и НИИ стартерных аккумуляторов (НИИСТА).

В системах электропуска двигателей серийных танков широкое распространение получили электрические стартеры прямого действия СТ-700, СТ-713, СТ-16 и СТ-16М, которые имели большую мощность и требовали применения аккумуляторных батарей большей емкости. Электроинерционные стартеры (ИС-9), применявшиеся в тяжелых танках периода Великой Отечественной войны, позволяли использовать аккумуляторные батареи меньшей емкости и массы. Кроме того, в этих стартерах предусматривался добавочный привод для раскрутки маховика вручную в аварийных случаях. Однако инерционные стартеры были весьма сложными и дорогими в производстве, а поэтому не нашли широкого распространения в послевоенных танках. В связи с переносом АКБ в отделение управления надежность пуска двигателей серийных танков несколько снизилась. Это было связано с большим удалением АКБ от электростартера и падением напряжения в соединительных проводах. С установкой воздушного компрессора и возможности постоянной подзарядки воздушных баллонов системы воздухопуска двигателя система электропуска из основной перешла в разряд вспомогательной.

В конце 1950-х – начале 1960-х гг. развернулись работы по системам электроснабжения и электропуска, которые проводились комплексно, то есть разрабатывалась вся система, включавшая электрическую машину, реле-регулятор, фильтр и пусковую аппаратуру для стартер-генераторов. Регуляторами напряжения занимались в НИИД совместно с Военной академией бронетанковых войск. Впоследствии работы по регуляторам напряжения передали в СКБ «Ротор» (г. Челябинск), но по отдельным направлениям они продолжались и в НИИД.

Большое количество различных по роду тока и напряжению потребителей электроэнергии, а также необходимость повышения надежности системы электроснабжения привели к необходимости более широкого применения в танках переменного тока. НИР, выполненные во ВНИИ-100 и ряде других организаций отрасли, показали, что при переходе на энергоснабжение переменным током с напряжением 115 В и частотой 400 Гц можно получить большой выигрыш в габаритах и массе потребителей, а также в мощности источников электроэнергии, поскольку преобразование переменного тока в постоянный производилось статическими преобразователями со значительно большим КПД.

По распоряжению Государственного комитета Совета Министров СССР по оборонной технике от 9 апреля 1960 г. в КБ омского завода №174 был создан опытный образец системы электропитания на переменном токе для перспективного танка. В состав системы вошли генератор переменного тока Г-60 с гидрообъемным приводом постоянной скорости, регулятор напряжения РН-63, корректор напряжения КН-63, выпрямительный блок ТВ-63, блок защиты генератора и блок контактов. Номинальная мощность системы составляла 16 кВт, напряжение питания – 208 В, частота питающего тока – 400 Гц. В том же году опытную систему электропитания смонтировали в танке Т-54 («Объект 605») и провели заводские испытания. Предполагалось, что дальнейшем при обеспечении регулирования частоты с необходимой точностью и разработке системы электрооборудования с потребителями переменного тока она получит широкое распространение в боевых машинах различного назначения. Кроме того, применение гидрообъемной передачи для привода генератора позволяло перейти на систему гидростартера с гидропневматическими аккумуляторами и тем самым значительно сократить количество АКБ. Однако дальнейшие работы в этом направлении прекратились из-за трудностей, связанных с вопросами регулирования напряжения и частоты генератора переменного тока.

Значительной модернизации в послевоенный период подверглись щитки контрольно-измерительных приборов, устанавливавшихся у механика-водителя. Начиная с танка Т-55, вместо щитка механика-водителя и щитка приборов стал монтироваться распределительный щиток механика-водителя.

Большие изменения претерпели приборы наружного освещения и сигнализации. Вместо автомобильной фары начали использовать танковую фару ФГ-12Б с одной двухнитьевой лампой, которую вскоре сменила фара ФГ-26 (разборная, с посеребренным рефлектором), а затем полуразборная фара ФГ-10 (ФГ-102). На фарах устанавливались светомаскировочные устройства (СМУ). На танке Т-62 применили герметичные фары ФГ-127 и ФГ-125 более совершенной конструкции, габаритные фонари ГСТ-64, фонари внутреннего освещения ПМВ-61 и КМТ-64, новое вращающееся контактное устройство ВКУ-330-1 герметичного исполнения, рассчитанное на подключение большего числа цепей. Начиная с опытного танка «Объект 430», в системе электрооборудования нашли широкое применение штепсельные разъемы, обеспечивавшие повышение технологичности сборки и ремонта электрооборудования, атакже вместо выключателей и плавких предохранителей стали широко применяться автоматы защиты сети АЗС, а затем АЗР.

Таблица 54

Основные технические характеристики танковых генераторов

Таблица 55

Основные технические характеристики танковых стартеров

 


 

Средства связи и танковые навигационные системы

 

Средства связи

 

В первый послевоенный период на оснащении танковых войск находилась достаточно большая номенклатура танковых радиостанций – изготовленные в годы Великой Отечественной войны коротковолновые* радиостанции типа 9Р (9PM, 9PC), 12РТ-М и 10Р, созданные на базе авиационных радиостанций, а также модернизированные варианты радиостанции 10Р, выпускавшиеся в первые послевоенные годы. Конструкторы И.А. Народницкий и Михаленко еще в годы войны подвергли значительным усовершенствованиям радиостанцию 10Р. В результате в модернизированных вариантах 10РК, 10РК-12М, 10РК-26 и 10РК-26М (для объектов бронетанковой техники с напряжением бортовой сети, соответственно, 12 и 26 В) использовалась трансиверная схема*, позволившая повысить устойчивость работы, а также был введен плавный диапазон не только для приемника, но и для передатчика.

 


* В соответствии с классификацией диапазонов радиоволн, установленной Регламентом радиосвязи в 1961 г., к диапазону коротких волн относились радиоволны с длиной волны от 100 до 10 м, частотой от 3 до 30 МГц, к диапазону ультракоротких волн – с длиной волны от 10 до 1 м, частотой от 30 до 300 МГц.


 

В 1947 г. радиостанция типа 10РК вновь подверглась модернизации с присвоением индекса 10РТ (10РТ-12, 10РТ-26). По сравнению с 10РК в этом варианте было изменено внешнее оформление для более удобной установки в объектах бронетанковой техники и улучшены технические и эксплуатационные характеристики за счет применения новых высококачественных деталей, разработанных отечественной радиопромышленностью в послевоенные годы.

С 1949 г. выпускалась радиостанция 10РТ-26Э, отличавшаяся экранированным соединением между передатчиком и антенной.

Положительной особенностью радиостанций типа 10РК и 10РТ являлось то, что они обеспечивали возможность предварительной подготовки для ведения связи на одной из двух фиксированных (кварцованных) частот. Конструктивно эти радиостанции были выполнены в пылебрызгозащищенном исполнении. В комплект каждой из них входили приемник, передатчик, блок питания, антенное устройство (штыревая антенна и антенна типа «метелка»), телеграфный ключ, запасная штыревая антенна, кассета с 15 кварцевыми блоками и ящик с запасным имуществом (ЗИП).

Военное поколение танковых радиостанций, использовавшихся в первые послевоенные годы, эксплуатировалось с различными танковыми переговорными устройствами – типа ТПУ-3-Бис-Ф и ТПУ-4-бис-Ф-26. С 1948 г. с радиостанциями типа 10РК и 10РТ стало использоваться ТПУ-47, принятое на вооружение в 1947 г. и обеспечившее значительное улучшение качества внешней и внутренней связи. Одновременно была усовершенствована и конструкция танкового шлемофона с применением танкового подшлемника. Однако после проведения испытаний на НИИБТ полигоне в декабре 1947 г. от подшлемника отказались.

Радиостанция 10РК (10РК-12) – приемо-передающая, телефонно-телеграфная, симплексная (попеременная работа на «прием» и «передачу»), рассчитанная на работу с бортовой сетью танка 12 В. Приемник и передатчик имели несколько фиксированных волн, стабилизированных кварцем («кварцованные» волны) в диапазоне волн от №150 до №240. В этом же диапазоне приемник и передатчик, кроме этих кварцованных волн, имели также плавную настройку. Передатчик и приемник радиостанции вследствие применения трансиверной* схемы функционировали на общей волне, номер которой определялся на кварцованных волнах кварцевым блоком, включавшимся в приемник, а на плавном диапазоне – установкой шкалы настройки на приемнике. Передатчик радиостанции был выполнен по простой схеме, т.е. без промежуточного контура между лампой усилителя мощности и антенной. Приемник – супергетеродинного типа.

 


* Трансиверная схема – схема приемо-передатчика, при которой часть ее деталей является общей и для приемника, и для передатчика (лампы, контуры и т.д.).


 

Радиостанция была рассчитана на работу непосредственно через шлемофон радиста и переговорные устройства ТПУ-Бис, ТПУ-Ф и ТПУ-3Р с использованием штыревой антенны высотой 1–4 м или антенны типа «метелка», устанавливавшейся наверху укороченного штыря.

Модернизированная радиостанция 10РК-26 – приемо-передающая, симплексная, телефонно-телеграфная, предназначалась для работы с бортовой сетью танка 26 В и в сетях взаимодействия с радиостанциями других типов (РСБ, РБМ). В связи с повышением напряжения в блоке питания радиостанции использовались умформеры РУ-45А или РУ-45Д и РУ-11А (вместо РУ-75 и РУ-11 Б). Работа на радиостанции велась непосредственно через шлемофон радиста и переговорное устройство ТПУ-Бис-Ф. В остальном конструкция радиостанции 10РК-26 не отличалась от 10РК.

Радиостанции 10РК-12М и 10РК-26М явились дальнейшим развитием радиостанций 10РК и 10РК-26 и отличались от них, в основном, измененной формой приемника и передатчика, обеспечивавших более плотную компоновку и компактную установку в объектах бронетанковой техники.

Радиостанция 10РТ-12 (10РТ-26, 10РТ-26Э) – приемо-передающая, телефонно-телеграфная, коротковолновая симплексная, рассчитанная на работу в бортовой сети танка с напряжением 12 (24) В. Она гарантировала надежную радиосвязь с однотипной радиостанцией при работе на штыревую антенну высотой 4 м. Также, как и радиостанции 10РК, она имела несколько фиксированных волн, стабилизированных кварцем в диапазоне волн от №150 до №240. В этом же диапазоне приемник и передатчик имели плавную настройку. Плавный диапазон обеспечивал возможность связи с радиостанциями других типов (например, с 9PM, 9PC, 12РП, РБМ).

Передатчик радиостанции мог непрерывно действовать в течение 15 мин, после чего его следовало выключать для охлаждения. При переменной работе на «прием» и «передачу», связь велась в течение длительного времени. Радиостанция использовалась совместно с танковыми переговорными устройствами ТПУ-4Бис-Ф-26 и ТПУ-47.

Серийный выпуск модернизированных радиостанций до 1956 г. осуществлял Омский приборостроительный завод им. Козицкого и Сарапульский завод им. Орджоникидзе. Танковые переговорные устройства ТПУ-47 изготавливались на Егоршинском радиозаводе.

С целью дальнейшего повышения надежности внешней и внутренней связи для объектов бронетанковой техники в 1950-1951 гг. в Центральном научно-исследовательском испытательном институте связи Советской Армии (ЦНИИИССА, до 1946 г. – Научно-исследовательский институт связи РККА (НИИС РККА), до августа 1948 г. – Научно-исследовательский испытательный институт связи Сухопутных войск (ЦНИИИС СВ), г. Мытищи, Моск. обл.) совместно с КБ Сарапульского завода им. Орджоникидзе создали ультракоротковолновую радиостанцию первого послевоенного поколения Р-113 «Гранат» и танковое переговорное устройство Р-120. С 1954 г. новый комплект радиосредств начали устанавливать во всех линейных танках вместо коротковолновых танковых радиостанций военных лет. От коротковолнового диапазона радиостанций типа 9Р и 10РК был осуществлен переход в диапазон частот 20–22,375 МГц, что позволило при мощности излучения антенны радиостанции 16 Вт обеспечивать в любое время суток в условиях среднепересеченной местности уверенную двустороннюю радиосвязь между танками, находящимися на расстоянии до 20 км друг от друга. В отличие от радиостанции типа 10РТ, Р-113 имела частотную модуляцию, которая значительно уменьшала влияние помех при радиоприеме по сравнению с амплитудной модуляцией при одинаковой мощности излучения антенны. Эта особенность способствовала значительному повышению надежности радиосвязи в условиях помех.

Радиостанция Р-113 обеспечивала телефонную связь в симплексном режиме на 96 фиксированных частотах, расположенных с интервалом 25 кГц. Все рабочие частоты были стабилизированы десятью кварцами. Связь осуществлялась с помощью 4-метровой штыревой антенны. Время перестройки с одной частоты на другую не превышало 1 мин. Питание радиостанции обеспечивалось от бортовой сети танка.

Выбор диапазона волн (13,4–15 м), близких к ультракоротким, позволял резко сократить количество мешавших радиоприему других работавших радиостанций, так как с уменьшением длины волны величина угла между направлением распространения отраженной радиоволны и слоем ионосферы значительно уменьшалась. Поэтому в этом диапазоне радиоволн помехи радиоприему были возможны только со стороны сверхдальних мощных радиостанций, число которых в диапазоне радиостанции Р-113 было небольшим. Следовательно, для Р-113 предельная дальность радиосвязи в течение суток оставалась постоянной. В ней впервые для серийной радиостанции была введена система автоматического управления приемом и передачей от голоса оператора (дуплекс).

В комплект радиостанции Р-113 входили приемопередатчик, блок питания, блок настройки антенны, антенное устройство, запасная штыревая антенна и ящик с ЗИП.

ТПУ Р-120 использовалось для внутренней телефонной связи в танке между четырьмя членами экипажа и выхода двух из них на внешнюю связь через две радиостанции, а также для связи членов экипажа с абонентом, находящимся снаружи танка (например, командиром танкового десанта). Оно было рассчитано на установку в объектах бронетанковой техники с напряжением бортовой сети 13 и 26 В. С ТПУ Р-120 стал применяться танковый шлемофон, в ларин-гофонной гарнитуре которого использовались электромагнитные ларингофоны.

С 1953 г. радиостанция Р-113 серийно производилась на Сарапульском заводе им. Орджоникидзе, а с 1959 г. – на Рязанском радиозаводе.

Для установки радиостанции Р-113 и ТПУ Р-120 на модернизированных танках военного периода ИС-2М и ИС-3М в конструкторском бюро ЦЭЗ №1 в середине 1950-х гг. разработали соответствующую техническую документацию, которая позволяла монтировать новые средства связи не только на ремонтных заводах, но и непосредственно в частях силами войсковых ремонтных органов.

Эксплуатация радиостанции Р-113 в войсках показала, что ее 96 фиксированных частот оказалось недостаточно для организации радиосвязи между танковыми подразделениями и подразделениями других родов войск. Поэтому во втором поколении радиостанций диапазон частот был значительно расширен.

К разработке новой танковой ультракоротковолновой радиостанции второго поколения, получившей шифр «Магнолия», в 1957 г. на конкурсной основе приступили конструкторские бюро Сарапульского завода им. Орджоникидзе и Воронежского завода «Электросигнал». Созданием переговорного устройства к этой радиостанции занималось конструкторское бюро (главный конструктор – В. В. Поляков) Московского завода №745 3-го Главного управления НКЭП СССР (с 1963 г. – завод «Красная Заря»). Однако в 1958 г. был образован Воронежский НИИ связи, в который перевели ведущих специалистов из КБ Воронежского завода «Электросигнал» во главе с главным конструктором Э.Я. Янутаном, и дальнейшая работа по радиостанции продолжилась в этом институте под его руководством. Осенью 1959 г. новая радиостанция поступила на НИИБТ полигон для проведения государственных испытаний, по результатам которых в 1960 г. ее под маркой Р-123 «Магнолия» вместе с ТПУ Р-124 приняли на вооружение. С 1961 г. новый комплект средств связи стал устанавливаться в серийных линейных танках вместо радиостанции Р-113 «Гранат» с ТПУ Р-120. Р-123 была выполнена в габаритах Р-113, что значительно упростило перевод танков на новые средства связи.

Радиостанция Р-123 – приемо-передающая, телефонная, ультракоротковолновая, с частотной модуляцией обеспечивала прием и передачу на одной общей частоте в следующих режимах работы:

• телефонным симплексом (прием и передача велись попеременно; радиостанция переключалась на прием или передачу нагрудным переключателем);

• телефонным дуплексом (управление приемом и передачей осуществлялось автоматически от голоса оператора);

• дежурный (длительный) прием.

Р-123 имела 1261 рабочую частоту с интервалом 25 кГц. Диапазон рабочих частот, составлявший от 20,0 до 51,5 МГц (длина волн от 15 до 5,82 м), был разбит на два рабочих поддиапазона: от 20 до 35,75 МГц и от 35,75 до 51,5 МГц. Такой широкий диапазон фиксированных частот впервые использовали для танковой радиосвязи. Одним из важнейших преимуществ танковой радиостанции Р-123 являлась возможность быстрого перехода на одну из четырех заранее подготовленных частот. Причем переход с одной частоты на другую происходил автоматически (после поворота переключателя фиксированных частот). На всех частотах, как и в радиостанции Р-113, связь обеспечивалась без поиска и подстройки. Время перехода с одной запасной частоты на другую в любых условиях составляло 20-30 с.

Совмещение большей части диапазона частот радиостанции Р-123 с диапазонами частот радиостанций вероятных противников обеспечивало лучшие условия для защиты от активных помех, создаваемых средствами радиопротиводействия. В армии США танковая радиостанция AN/VRC-12 работала в диапазоне частот 30–75,95 МГц, в армии ФРГ применялась радиостанция FugVsem-25, имевшая диапазон частот 20–69 МГц. Кроме того, рост мощности излучения танковых радиостанций (Р-113 – 16 Вт, Р-123 – 20 Вт) объяснялся в первую очередь стремлением повысить защиту от радиопомех, поскольку мощный передаваемый сигнал требовал и более мощной станции подавления.

При скорости движения танка до 40 км/ч радиостанция Р-123 в любое время года и суток обеспечивала надежную двухстороннюю телефонную связь с однотипной радиостанцией или с Р-113 на расстоянии не менее 13 км с включенным подавителем шумов и на дальности не менее 20 км без его включения. При этом отношение времени приема к времени передачи должно было составлять 3:1. Вести непрерывную передачу разрешалось до 10 мин.

В комплект радиостанции входила штыревая антенна, состоявшая из четырех стальных колен (каждое длиной 1 м), но был возможен радиообмен и при уменьшенной высоте антенны (3, 2, 1 м) или с аварийной антенной – в виде фрагмента изолированного провода, однако дальность связи при этом уменьшалась.

Электропитание радиостанции производилось от бортовой сети танка через блок питания, выполненный на полупроводниковых приборах. При работе на передачу радиостанция потребляла не более 250 Вт электроэнергии, а на прием в симплексном режиме – не более 80 Вт, при дежурном режиме – до 60 Вт.

Конструкция Р-123 допускала одновременную и независимую совместную работу ее на одну антенну как с коротковолновой радиостанцией Р-112, так и с однотипной ультракоротковолновой радиостанцией Р-123. При совместной работе радиостанций Р-123 и Р-112 на одну антенну обе радиостанции могли действовать независимо друг от друга как на прием, так и на передачу в своих диапазонах частот. В случае совместной работы двух Р-123 на одну антенну одна из них могла действовать в диапазоне частот 20,0–27,5 МГц, другая – в диапазоне 37,5-51,5 МГц. Диапазон частот 27,5-37,5 МГц при этом не использовался.

Возможность установки в одном танке двух радиостанций Р-123 и наличие в каждой станции четырех заранее подготовленных частот с автоматическим переходом с одной на другую позволяли создать более развитые системы радиосетей в звене полк – батальон – рота.

В комплект радиостанции Р-123 входили приемопередатчик, блок питания, антенное устройство, запасная 4-метровая штыревая антенна и ящик с ЗИП.

ТПУ Р-124 обеспечивало хорошую связь при уровне акустических шумов до 120 дБ, что соответствовало скорости движения танка 40 км/ч. Оно было выполнено полностью на полупроводниковых приборах с высокой механической и радиационной стойкостью, в герметичных корпусах, установленных в амортизационных рамах.

Доводку конструкции радиостанции Р-123 первых выпусков по результатам полигонных испытаний и войсковой эксплуатации производил Сарапульский заводе им. Орджоникидзе, на котором в 1960 г. был организован ее серийный выпуск. С 1966 г. к серийному производству радиостанции подключили Рязанский радиозавод. Выпуск ТПУ Р-124 осуществлялся на Московском заводе «Красная Заря» (с 1965 г. – Московский завод «Волна»).

В связи с тем, что танковые радиостанции военного времени 9Р (9PM, 9PC) и 10РК (10РТ) не обеспечивали одновременной работы двух радиостанций на одну общую антенну, во всех послевоенных танках (как линейных, так и командирских) первоначально устанавливалась одна радиостанция. В этом случае радиосвязь в танковом полку организовывалась путем сведения всех танковых радиостанций в одну общую радиосеть. Число радиостанций в сети доходило до 65-70. Такое большое число радиостанций, действовавших на одной общей частоте, значительно усложняло управление подразделениями и отдельными танками, так как командиры батальонов и рот могли работать на передачу только поочередно.

Поэтому еще в октябре 1945 г. по техническим условиям ТУ ГБТУ для установки в танках командиров частей и соединений (батальон, полк, дивизия) в отделе электро- и радиооборудования НИБТ полигона была создана танковая радиостанция 2РТ, рассчитанная на функционирование от бортовой сети танков с напряжением 12 и 24 В. Она имела два кварцованных канала для действия в двух сетях без перестройки радиостанции. Настройка передатчика – жесткая, кварцованная, с возможностью работы в плавном диапазоне. Настройка приемника – полужесткая, кварцованная и плавная. 2РТ обеспечивала дальность связи радиотелефоном на стоянке днем: по мощному каналу с 4-метровой штыревой антенной до 70 км, с 6-метровой антенной – 90 км, по маломощному каналу с 4-метровой антенной – до 40 км. Масса радиостанции не превышала 18 кг. Однако радиостанция 2РТ так и осталась в опытном образце.

Одновременно в инициативном порядке группа инженеров того же отдела НИБТ полигона под руководством инженер-подполковника Малявина спроектировала танковую дуплексно-симплексную радиостанцию на базе 10РК-26, которая предназначалась для обеспечения гибкой и быстрой связи в звене батальон–полк–дивизия за счет использования дуплексного режима (одновременной работы приемника и передатчика с возможностью ведения переговоров, как по обычному телефону). Радиостанция оснащалась двумя антеннами (отдельно для приемника и передатчика), но имела возможность работы и на одну антенну.

Дуплексный режим обеспечивался за счет «разноса» волн в результате небольших изменений в схеме радиостанции (без введения новых деталей). Кроме того, для более компактной установки во всех серийных танках изменили компоновку радиостанции. «Разнос» волн был принят равным 17 фиксированным волнам, который являлся наиболее приемлемым для кварцев, придававшихся к серийной радиостанции 10РК-26. Из 15 кварцев получалось 14 парных волн, на которых могла функционировать дуплексная радиостанция. Наличие такого количества парных комбинаций позволяло организовать дуплексную связь со штатными радиостанциями 10РК-26 в семи различных радиосетях. При работе на две 4-метровые антенны дальность связи соответствовала дальности связи базовой радиостанции 10РК-26. В случае использования одной антенны дальность связи сокращалась до 8-10 км.

В мае 1946 г. танковая дуплексно-симплексная радиостанция прошла полигонные испытания, но так и осталась только в опытных образцах.

На первом варианте командирского танка Т-54К, небольшую партию которых выпустили в 1955 г., устанавливалась радиостанция РСБ-3Т – модификация радиостанции РСБ-Т (РСБ-Ф), использовавшейся еще в годы Великой Отечественной войны на командирских танках Т-34-85. Эта коротко-средневолновая, приемопередающая симплексная, телефонно-телеграфная радиостанция обеспечивала радиосвязь в радиосетях командующего механизированной армией и командира танковой (механизированной) дивизии. Плавный диапазон рабочих частот передатчика обеспечивал длину волны от 48 до 300 м, градуировка шкалы была выполнена в номерах фиксированных частот от №40 (300 м) до №250 (48 м). Весь диапазон передатчика был разбит на четыре поддиапазона. Плавный диапазон рабочих частот приемника имел длину волны от 25 до 1714,3 м и градуировку шкал в диапазоне номеров фиксированных частот от №17 (1714,3 м) до №480 (25 м). Сам диапазон был разбит на пять поддиапазонов. К радиостанции придавались полутелескопическая штыревая антенна высотой 10 м для работы на стоянке и штыревая антенна высотой 4 м – на стоянке и на ходу. Дальность круглосуточной связи в условиях высокого уровня помех составляла: при работе на 10-метровую антенну телефоном – 35-40 км и телеграфом – до 30-100 км; при работе на 4-метровую антенну телефоном – 10 км.

Питание радиостанции осуществлялось от силового бензоэлектрического агрегата и от аккумуляторных батарей танка. Вся материальная часть радиостанции, кроме антенны, размещалась внутри танка.

Радиостанция РСБ-3Т выпускалась Горьковским государственным союзным заводом № 326 им. М.В. Фрунзе.

С 1956 г. в командирских танках стала использоваться новая танковая коротковолновая радиостанция повышенной мощности Р-112, созданная в СКБ Омского приборостроительного завода им. Козицкого под руководством И А. Народницкого в начале 1950-х гг. и предназначавшаяся для радиосвязи в командных сетях танковых войск. В командирских танках она монтировалась вместе с ультракоротковолновой радиостанцией Р-113 и ТПУ Р-120, а затем и с Р-123 и ТПУ Р-124. Радиостанция Р-112 использовалась для связи со старшим начальником, а Р-113 (Р-123) – для управления подчиненными подразделениями и отдельными танками. ТПУ Р-120 (Р-124) обеспечивало командиру танка и радисту-заряжающему возможность работать на одной из двух установленных в машине радиостанций и позволяло при необходимости быстро переходить на внутреннюю связь, переключаться с одной радиостанции на другую.

Радиостанция Р-112 была рассчитана для работы телефоном и телеграфом, с питанием от бортовой сети танка напряжением 26 В и силового бензоэлектрического агрегата. Она имела 220 жестко фиксированных частот, распределенных через 10 кГц в диапазоне частот от 2800 до 4990 кГц (от 107 до 60,1 м). На всех фиксированных частотах Р-112 обеспечивала вхождение в связь без поиска и ведение связи без подстройки с однотипной радиостанцией. Это значительно повысило надежность радиосвязи и упростило работу на радиостанции.

Отличительной особенностью радиостанции являлось то, что для стабилизации 220 жестко фиксированных частот в ней использовалось только 32 кварцевых блока. Между тем, в радиостанции 10РТ, имевшей только 15 фиксированных частот, требовался отдельный кварц для каждой такой частоты. Стабилизация большого количества частот сравнительно малым числом кварцев достигалась в радиостанции Р-112 за счет многократного использования одних и тех же кварцев для стабилизации различных частот.

При телефонном режиме связи между радиостанциями Р-112 и 10РТ обеспечивалось беспоисковое вхождение в связь на трех частотах радиостанции 10РТ (№176, 180 и 190), совпадавших с фиксированными частотами радиостанции Р-112 (4400,4500 и 4750 кГц). Кроме того, имелась возможность связи радиостанции 10РТ с Р-112 на 124 ее частотах (от 3750 до 4990 кГц) с настройкой на эти частоты радиостанции 10РТ, работавшей на плавном диапазоне. Таким образом, при оснащении танков ультракоротковолновыми радиостанциями Р-113 связь с парком танков, имевших старые радиостанции 10РТ, осуществлялась через радиостанции Р-112, установленные на командирских танках.

Радиостанция Р-112 работала на общую с радиостанцией Р-113 (Р-123) штыревую антенну высотой от 1 до 4 м и 10-метровую полутелескопическую антенну. Антенное устройство Р-112 по сравнению с антеннами танковых радиостанций предыдущего поколения было более надежно в эксплуатации. В нем для закрепления антенны был применен конусный изолятор-амортизатор из резины вместо хрупкого керамического изолятора с металлическим пружинным амортизатором. 10-метровая антенна устанавливалась на башне танка и закреплялась с помощью четырех оттяжек к кольям, забитым в грунт.

В комплект радиостанции, помимо приемопередатчика, блоков питания передатчика с приемником и 10-метровой антенны, входили блок настройки антенны с приводом дистанционного управления, телеграфный ключ и ящик с ЗИП.

Одним из важных преимуществ радиостанции Р-112 являлась простота управления. Для настройки или перестройки с одной частоты на другую требовалось выполнить всего три простые операции.

Для настройки на заданную частоту без выхода в эфир в конструкции радиостанции предусматривалось специальное устройство, позволявшее производить подготовку к работе и настройку радиостанции в непосредственной близости от противника. В качестве источника электромагнитных колебаний, используемого для настройки антенного вариометра на установленную на приемопередатчике частоту без включения радиостанции на передачу, применялось зуммерное устройство. Момент настройки антенного контура на заданную частоту определялся по появлению в телефонах характерного звука зуммера.

В целях облегчения эксплуатации и ремонта радиостанции Р-112 в ней имелся стрелочный индикаторный прибор, который обеспечивал контроль питающих напряжений радиостанции, проверку основных каскадов радиостанции и исправности радиоламп без выемки приемопередатчика из кожуха.

Установка на командирских танках коротковолновой радиостанции Р-112 и ультракоротковолновой Р-113 (Р-123) позволила разгрузить радиосети танковых частей и создать отдельные радиосети для подразделений. Это значительно повысило надежность и оперативность радиосвязи и облегчило командиру управление подчиненными подразделениями.

В 1958 г. во ВНИИИС Министерства обороны СССР (до июля 1958 г. – ЦНИИИС СА) совместно с Воронежским НИИ связи приступили к разработке однополосной коротковолновой радиостанции Р-130 «Выстрел-М» нового поколения (главный конструктор – Л.Т. Болотин). В ней впервые применили однополюсную модуляцию, которая давала выигрыш в дальности связи при той же мощности передатчика и большую помехазащищенность. В 1964 г. радиостанцию Р-130 приняли на вооружение, но устанавливали уже в командирских танках второго послевоенного периода. Серийное производство этой радиостанции было развернуто на Запорожском заводе «Радиоприбор».

Таким образом, в первом послевоенном периоде были созданы и приняты на вооружение два поколения танковых радиостанций и ТПУ. Успехи радиоэлектроники определили тенденции совершенствования танковых средств связи в первом послевоенном периоде:

• увеличение дальности действия радиостанций и повышения стабильности связи за счет увеличения мощности приемника, а также применения в схемах радиостанций кварцевой стабилизации частоты;

• увеличение количества каналов связи за счет расширения KB и УКВ диапазона радиостанций;

• переход с телеграфного на телефонный вид связи;

• повышение мощности танковых радиостанций, расширение их возможностей при сохранении размеров и массы;

• переход на более помехоустойчивые виды модуляции.

На всех этапах развития средств связи уделялось внимание надежности их работы при движении танков под водой, в условиях возможного применения ядерного оружия и огнесмесей, а также при изменяющейся электромагнитной обстановке внутри танка. В результате были разработаны предложения, нашедшие свое отражение в улучшении конструкции машин и средств радиосвязи, устанавливаемых на них. Кроме того, успех современного боя во многом зависел от надежности радиосвязи в условиях помех, создаваемых противником. Практическим решением этого вопроса стало введение жестких организационных мер соблюдения правил скрытности передачи, работа в диапазоне, совпадавшем с диапазоном рабочих частот противника, а также увеличение числа подготовленных частот и скорости перестройки на них.

 

Таблица 56

Характеристики отечественных серийных танковых радиостанций первого и второго послевоенного поколения

 

Танковые навигационные системы

 

В первые послевоенные годы резко возросла роль и значение управления подразделениями и частями в целях обеспечения своевременного и точного выхода их в назначенные районы. Обычные способы ориентирования на местности в сложных условиях (ночь, туман, лесная и степная местность, слабо развитая дорожная сеть и т.п.) путем сравнения местных предметов и ориентиров с их изображениями на карте вызывали затруднения и не всегда обеспечивали своевременное выполнение боевых задач.

В таких условиях, как показали проведенные исследования, ориентирование на местности лучше всего осуществлялось при использовании наземных средств навигации, которыми требовалось оснащать подразделения танковых и мотострелковых войск.

В 1950 г. по заданию НТК ГБТУ в НИИ-5 Академии артиллерийских наук (ААН) был разработан и установлен в танке Т-34-85 опытный комплект навигационной аппаратуры (курсопрокладчик), что стало первой попыткой использования навигационных средств в танковых войсках. Эта аппаратура предназначалась для определения курса (дирекционного угла*) движения танка, автоматического вычерчивания в координатной системе на карте или бумаге пройденного танком пути, непрерывного автоматического определения прямоугольных координат положения танка на местности.

 


* Дирекционный угол – угол между северным направлением вертикальной линии координатной сетки топографической карты и направлением продольной оси машины, измеренный по ходу часовой стрелки. В танке для измерения дирекционных углов используется азимутальный указатель.


 

В состав ТНА, размещавшейся в Т-34-85, входили гироскоп типа «Янтарь-2М», преобразователь тока для гироскопа, датчик пути, курсопрокладчик (счетно-решающий прибор), курсоуказатель механика-водителя, оптический визир (смотровой прибор МК-4 заряжающего), буссоль ПАБ с треногой и ящик с ЗИ П. Весь комплект аппаратуры имел массу 116 кг и занимал в танке объем 128,8 дм3 (площадь – 60,5 дм2).

В октябре-декабре 1950 г. танк Т-34-85 с опытным комплектом ТНА прошел испытания на НИИБТ полигоне. Результаты испытании подтвердили высокую надежность аппаратуры и соответствие ее характеристик предъявленным ТТТ. Однако недостаточная экранировка и блокировка искрящих цепей привела к невозможности ведения радиосвязи из-за помех. Кроме того, установка оборудования ТНА, имевшего большие габариты, привела к сокращению боекомплекта на 12 выстрелов (боеукладка в нише башни) и 6 магазинов к пулемету ДТ (справа в носовой части корпуса), ухудшила условия работы механика-водителя, радиста-пулеметчика, а также заряжающего, который, помимо выполнения своих обязанностей, одновременно должен был обслуживать дополнительную аппаратуру. По этим причинам первый комплект ТНА не рекомендовали для использования в бронетанковых и механизированных войсках.

По заключению комиссии, дальнейшая доработка и совершенствование ТНА производились по следующим направлениям: максимальное уменьшение габаритов всех приборов с сохранением боекомплекта танка и устранением неудобств в работе экипажа; замена штатного прибора МК-4 другим, позволявшим с большей точностью производить отсчеты; улучшение ТТХ курсопрокладчика при движении танка со скоростью свыше 40 км/ч при углах подъема (спуска) более 25°, при температуре окружающего воздуха выше 35°С при скорости поворота танка более 22 град./с.

Совершенствование ТНА продолжалось в течение 1952– 1955 гг. в НИИ-5 ГАУ (в 1953 г. ААН была упразднена), к которому в 1955 г. подключился ВНИИ «Сигнал» (г. Ковров), образованный в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 19 ноября 1954 г. В результате совместной работы летом 1955 г. была создана малогабаритная ТНА, которую после проведения испытаний и необходимых доработок приняли на вооружение под наименованием «Янтарь-Трасса». Она предполагалась для оснащения командирских танков Т-54Ки командно-штабных машин.

ТНА «Янтарь-Трасса» обеспечивала непрерывное определение координат местоположения и указание дирекционного угла движущегося танка в делениях угломера, а также нанесение на топографическую карту пройденного пути. Таким образом, с ее помощью могли решаться три вида навигационных задач:

• определение координат местонахождения танка и его дирекционного угла;

• вычисление текущего направления на заданный пункт назначения и расстояния до этого пункта;

• вычисление координат наблюдаемых объектов и целей.

В комплект аппаратуры «Янтарь-Трасса» входили гироскопический курсоуказатель КМ-2 «Янтарь AM», датчик пути, курсопрокладчик КП-2М1 «Трасса М», преобразователь ПМ-3, мотор-генератор МГ-12 и пульт управления.

Гирокурсоуказатель КМ-2 предназначался для измерения углов поворота машины и выработки ее дирекционного угла. Датчик пути служил для определения скорости движения танка и передачи ее в курсопрокладчик. Курсопрокладчик КП-2М1 обеспечивал вычисление координат местоположения танка, его дирекционного угла и отображение на карте пути движения машины. Питание гиромотора курсоуказателя трехфазным переменным током частотой 220 Гц и напряжением 65-75 В осуществлялось от преобразователя ПМ-3, а мотор-генератор МГ-12 обеспечивал счетно-решающие элементы аппаратуры переменным током частотой 500 Гц и напряжением 110В.

На линейных танках для выдерживания заданного направления при движении в сложных метеоусловиях, ночью и при преодолении водных преград в отделении управления с 1956 г. устанавливался гирополукомпас ГПК-48, замененный впоследствии ГПК-59.

Во второй половине 1950-х гг. во ВНИИ «Сигнал» разработали усовершенствованный вариант танковой навигационной аппаратуры ТНА-2 «Сетка», которая с 1959 г. монтировалась в командирских танках Т-55К и Т-10МК, а с 1963 г. – в Т-62К.

ТНА-2 «Сетка» также позволяла определять текущие координаты местоположения и дирекционный угол движущейся машины. Она дала возможность водить отдельные машины и колонны в заданном направлении, прокладывать колонные пути, получать схемы маршрута, а также осуществлять топографическую привязку боевых порядков. Принципиальным отличием ТНА-2 от ТНА «Янтарь-Трасса» являлось отсутствие в ней курсопрокладчика, что существенно упростило данную аппаратуру, уменьшило ее размеры и массу.

Точность работы ТНА-2 определялась среднеарифметическими относительными ошибками выработки координат хи у. Величина этих ошибок обычно не превышала 1,3% от величины пройденного пути в течение 3–3,5 ч движения. В наземной навигационной аппаратуре использовался принцип преобразования полярных координат в прямоугольные.

В состав ТНА-2 входили гироскопический курсоуказатель ГПК-52, датчик пути, координатор, пульт управления, два указателя курса (в зависимости от типа машины мог устанавливаться один указатель курса) и преобразователь ПТ-200Ц11.

Гирокурсоуказатель (датчик курса) ГПК-52 предназначался для измерения углов поворота и выработки дирекционного угла движущегося танка и передачи его в координатор. Датчик пути служил для непрерывного измерения скорости движения танка и пути, проходимого машиной. Координатор осуществлял непрерывное вычисление координат положения танка и дирекционного угла. Указатели курса дублировали показания шкалы грубого отсчета дирекционного угла координатора. Один указатель курса устанавливался на щитке механика-водителя, другой – у командира. Преобразователь ПТ-200Ц11 питал электрической энергией элементы ТНА.

В середине 1960-х гг. во ВНИИ «Сигнал» приступили к разработке следующей модели ТНА, получившей наименование ТНА-3 «Квадрат», предназначавшейся для решения тех же навигационных задач, что и ТНА-2. Кроме того, ТНА-3 могла работать в режиме встроенного контроля, обеспечивавшего проверку функционирования системы и точности решения навигационных задач. Отличительной особенностью аппаратуры ТНА-3 по сравнению с аппаратурой ТНА-2 являлось применение импульсных счетно-решающих устройств.

В комплект аппаратуры входили курсовая система «МАЯК» (гирокурсоуказатель, пульт управления и преобразователь тока ПТ-200Ц11), механический датчик скорости, координатор и указатель курса. Благодаря наличию вакуумного гироскопа с повышенной частотой вращения ротора и системы обогрева гирокамеры курсоуказатель системы «МАЯК» имел более высокую точность по сравнению с ГПК-52 и КМ-2. Эта навигационная аппаратура устанавливалась на командирских танках уже во втором послевоенном периоде.

Производство танковой навигационной аппаратуры было налажено на Свердловском заводе точной механики (СЗТМ), а с 1961 г. – на Саратовском агрегатном заводе.

 


 

Опознавательные знаки и условные номера танков

 

С окончанием Великой Отечественной войны и войны с Японией все названия танковых колонн, личностные названия и лозунги, нанесенные на боевых машинах, были закрашены в связи с переходом на однотонный защитный цвет хаки, а обозначения (нумерация) машин приведены в соответствие с требованиями Боевого устава бронетанковых и механизированных войск Красной Армии 1944 г., который действовал до 1959 г.

В соответствии с Боевым уставом танковых войск Советской Армии (рота, взвод, боевая машина), введенного в действие приказом Главнокомандующего Сухопутными войсками Маршалом Советского Союза А. Гречко в 1959 г., для облегчения распознавания боевых машин в бою их условные обозначения по сравнению с обозначениями, использовавшимися в Боевом уставе 1944 г., практически не изменились. На боевые машины наносились:

• опознавательный знак соединения (части), устанавливавшийся старшим начальником, который периодически менял его. Опознавательный знак наносился на правой стороне башни танка левее условного номера, а на левой стороне – правее его;

• условный номер, устанавливавшийся командиром соединения, который представлял собой трехзначное число. Для нанесения условных номеров командир соединения выделял каждой части сто номеров. Условный номер наносился на борта и корму башни.

Летом опознавательный знак и условный номер наносились белой краской, зимой – красной (черной). Размер опознавательного знака составлял по высоте 25-30 см, ширина его устанавливалась пропорционально высоте.

Размер цифр условного номера составлял: по высоте 30-40 см, ширине – 2/3 высоты, толщине – 1/6 высоты. Первая цифра условного номера соответствовала номеру батальона, вторая – номеру роты, третья – номеру машины в роте.

Аналогичным образом опознавательные знаки и условные номера наносились на самоходно-артиллерийских установках – на боковых и кормовых листах броневой рубки и на бронетранспортерах – на верхних бортовых и кормовых листах корпуса.

 

См. продолжение >>>


Поделиться в социальных сетях:
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Мой Мир


При использовании опубликованных здесь материалов с пометкой «предоставлено автором/редакцией» и «специально для "Отваги"», гиперссылка на сайт www.otvaga2004.ru обязательна!


Первый сайт «Отвага» был создан в 2002 году по адресу otvaga.narod.ru, затем через два года он был перенесен на otvaga2004.narod.ru и проработал в этом виде в течение 8 лет. Сейчас, спустя 10 лет с момента основания, сайт переехал с бесплатного хостинга на новый адрес otvaga2004.ru